в руках тупых варваров.
Мужчина завалился в затасканное кресло, готовое рассыпаться, но Вики не обращала внимания на нытье. Она благодарила судьбу за столь удачный шанс.
– А у тебя есть такое же, только черное?
Мужчина вяло взял в руки кружева и потер их пальцами.
– Может, найдется.
– Шик! Это лучшее платье, что я видела в своей жизни! Такая работа на вес золота!
– Конечно! – оживился он. – Хоть кто-то это понял. А не носит проклятые севарские половые тряпки!
– Фу, не люблю их. Совсем нет стиля.
Она подмигнула амевану, когда портной встал с кресла и принялся лихорадочно перебирать разбросанную по полу одежду. Вики всегда знала, что доброе слово отпирает людей, как правильно подобранный ключ, а она прекрасно обращалась и с первым, и со вторым. Тем более платья были шикарны. Та гадость, от которой вся грудь вспотела, была похожа на мешок для овощей. Когда «халат» достал из-под груды мужской одежды строгие черные кружева, Вики чуть не закричала от восторга.
– Ох, наверное, у меня сегодня День рождения!
Вики тут же принялась скидывать одежду, ничуть не заботясь о нервных взглядах амевана. А вот портной и не думал отворачиваться, с любопытством ее разглядывая. Ну и пусть. Ей есть, что показать.
Портной помог ей натянуть платье, быстро работая своими ловкими и требовательными пальцами. Несколько раз он обошел ее со всех сторон, утвердительно хмыкая. Вики и без того чувствовала, что платье село идеально. Так бывало каждый раз, когда вещь покрывала тело, как вторая кожа. Появлялось это приятное холодноватое покалывание. Особенно здорово было любоваться кружевными рукавами. Платье было ровно таким, какое она всегда хотела. А главное, оно было достаточно коротким, чтобы в нем можно было свободно двигаться.
– Шик! В таком хоть к королю Десмонду на бал! Не платье, а просто мечта!
– Именно. Ох, девочка, не представляешь, как долго никто не говорил мне этих слов.
– Тебе нравится, Имва? – Она подошла так близко, что могла во всех подробностях разглядеть лицо амевана.
Странно он выглядел, конечно. Большой нос, темные глаза, черты немного необычные, но будто человек, а не рогатый.
«Интересно, другие амеваны похожи на людей? И одинаковы ли во всем?»
Вики опустила взгляд ниже и заметила, как он покраснел. Ох, это было так мило. Все-таки на этот раз у нее отличные спутники. Забавный парнишка с петухом и здоровяк, которого все будут бояться. Руки больше не связаны, а, значит, жизнь начала налаживаться.
Вики с радостью подхватила амевана за локти и принялась танцевать, задорно улыбаясь. Она бы обхватила весь мир и расхохоталась от удовольствия, если бы могла. А пока прыгала, как ненормальная, и кружилась, с трудом стараясь, чтобы Имва не отдавил ей ноги. Даже в его застенчивой улыбке было что-то забавное.
– Что здесь творится? – густой холодный голос заполнил собой всю комнату, и Вики замерла.
– Ой, Мэлви, ты вернулся? А мы тут немного отдыхаем. Посмотри, какое платье – в таком хоть к самому Десмонду на бал!
– Я спрашивал об этом, – кивнул он на разбросанные вокруг вещи.
– Ко мне приходили… кредиторы. Но благодаря твоей девушке мне удалось с ними договориться. Вернутся не раньше следующей недели, не волнуйся.
– А должен?
– Нет, конечно нет, – замотал головой портной, а сам все время держал руку в кармане.
– Наверное, нам стоит помочь здесь прибраться. Стоит отплатить хозяину за гостеприимство, – сказала Вики, чтобы избежать дальнейших вопросов ворчуна.
Она как ни в чем не бывало опустилась и принялась собирать весь хлам и прекрасную одежду. Все лучше, чем мозолить глаза этому жутковатому Мэлви. Тем более так она сможет усыпить их бдительность и покажет, что может быть полезна. Вики аккуратно отодвинула знакомого петуха и принялась складывать вещи на стул. Имва решил ей помочь, и она улыбнулась.
«Все-таки это враки, что говорят про рогатых. Вполне нормальные ребята. Только все-таки жаль, что рогов нет, так интереснее».
– Похоже, твою гениальность опять не оценили, – сказал Мэлви, усаживаясь в кресло и покручивая в руках небольшую сковородку. Помогать разгребать этот завал он явно не собирался.
– Такова судьба всех гениев. Нас никто не понимает.
Кот неожиданно запрыгнул на колени к Мэлви, и тот, на секунду удивившись, начал его гладить. Животное удовлетворенно принялось подставлять свою голову.
– Не припомню, чтобы этот меховой мешок приходил к кому-то, кроме тебя.
– Хоть кто-то меня еще принимает, – чересчур задумчиво произнес здоровяк, а потом добавил: – Я был у твоего мастерового…
Дальше Вики уже не слушала, они начали обсуждать какие-то технические штучки, политику – скука смертная. Из Имвы помощник был не очень, потому что он все прижимал к себе петуха, бросая опасливые взгляды на кота. А Вики исправно собирала одежду и остальные вещи, не упустив случая засунуть острые ножницы между грудей, пока никто не видит. Вроде бы просто наводила порядок, а запыхалась, словно пробежала несколько лиг, даже дурацкий пот выступил на лбу. Еще не хватало испортить платье.
– Ну вот, мы закончили, – Вики немного потупила взор, изображая покорную овечку. – А можно… можно?..
– Да, оставь себе, – кивнул портной, и она чуть не подпрыгнула от радости. – Покажи этому городишке, что такое настоящий стиль.
– О, они все узнают!
– Рано утром мы отправляемся в мастерскую. Так что идите спать. У тебя же найдется комната, Гуго?
– Этого добра у меня навалом. Для творчества требуется простор.
– С двумя кроватями найдется?
Гуго показал на коричневую дверь рядом с большой вазой, и Мэлви, отодвинув недовольного кота, заглянул внутрь и осмотрелся. Потом подошел к Имве и тихо заговорил ему на ухо.
«За мной приглядеть, как пить дать. Ну-ну. Вы меня еще не знаете, парнишки».
Вики как ни в чем не бывало зашла внутрь и чуть не поскользнулась. Пол здесь был накренен еще сильнее, и казалось, комната вот-вот свалится прямо на улицу. Через окно можно было рассмотреть серую брусчатку дороги. Так было даже лучше. Вики запрыгнула на диван и принялась весело подергивать ногой. Ее не смущал низкий потолок и целая гора всевозможного хлама, накиданная в самых разных местах. Перед кроватью даже возвышалась стопка одеял, которую венчал почерневший таз.
Когда Имва зашел внутрь, то напоминал заключенного с отчаянным взглядом. Он закрыл за собой дверь и только после этого, подумав, поставил петуха на пол. А сам, будто на льду, проскользил на свою кровать. Но вместо того, чтобы просто лечь, принялся подозрительно трогать матрац и мять одеяло. Покачал головой и спустился прямо на пол.
– В городах все так жить? – жалобно спросил он.
– Это обычный клоповник. Но
