Подхватив брошенный кем-то круглый щит, учитель отбежал к сухим кустам, и что силы застучал по щиту мечом, крича что-то неразборчивое на старокаллиройском языке. Он пытался привлечь внимание дракона, и это ему удалось. Снизившись, дракон послал огненный залп, от которого Калиган ловко увернулся, откатившись к заброшенному колодцу. Возле места, где он только что стоял вспыхнули сухие кусты. Учитель рисковал жутко, но полминуты времени было выиграно. Второй заход дракона прошел впустую.
За эти полминуты Харис с Флоей, Никтой и с одним рыцарем оттащили пострадавших Кореба и Алагара к лесу. Теламон бесцельно швырнул копье в парящего дракона и бросился уводить своих людей в лес.
Все это время Марк стеклянными глазами наблюдал за гигантским ящером. И с этим монстром возможно воевать?! Да здесь и сотни рыцарей будет мало!
— Бежим, чего стоишь как истукан! — ударил его по уху учитель.
Тут Марк пришел в себя и бросился в лес. Дракон послал вслед еще один поток огня и плавно приземлился на песок. На четырех когтистых лапах он бегал как ящерица, а может, и лучше, управляя длинным хвостом с шипом на конце как рулем. Преследовать людей он не стал, видимо, чувствуя, что в болотистом лесу у него не будет свободы для маневров. Пробежавшись по пустырю, дракон необычайно проворно, как верткая ящерка, протиснулся в свою скальную пещеру.
Упав за болотистым бугорком, Марк глянул на раненых: не повезло беднягам. Пять воинов-следопытов тяжело дышали и срывали с обожженных тел свое облачение. Хранительница помогала им, расстегивая наланитники, а Флоя и Харис прикладывали к ожогам лечебные примочки. Остальные отделались легкими ушибами, царапинами, вывалялись в песке и болоте.
— Что, повоевали, драконоборцы! — в сердцах проговорил Калиган, глядя на Теламона, запыхавшегося и замаравшего свою золоченую кольчугу в грязи.
— Мы… мы только отряд сопровождения, — глухо ответил эмиссар, впервые признав истинное назначение своей группы. — Воевать с драконами — это для миротворца. Он же у нас герой! — добавил Теламон, злобно глянув на Марка.
Марк смутился, почувствовав на себе взгляды. Надо же, еще в Амархтон не вошли, а он уже оказался в безвыходной ситуации. Чего они хотят? Чтобы он был геройски сожран драконом?
— Что я мог сделать? — процедил он сквозь зубы, потупив взор.
Воины понимающе закивали. Героизм тут излишен, пятеро раненых — верное тому подтверждение. И чудо, что никто не погиб!
— Эх, были бы у нас тяжелые копья! — проговорил басом рыцарь, который со своим побратимом остался цел благодаря доспехам.
— Или крепостной арбалет, — хмуро добавил другой.
— Ага, и еще баллиста в придачу! — съехидничал Калиган. — Сразу бежать нужно было, а не в драконоборцев играть. А ты, — он указал пальцем на хранительницу, — еще раз такое выкинешь — отправишься в лагерь, ясно?
— Она только хотела помочь… — вступилась Флоя.
— И ты вместе с ней отправишься, — прикрикнул Калиган. — Это что вам, учебный лагерь? Дракона накормить решили? Началась война, понятно?
Флоя приуныла. Никта же, напротив, гордо молчала, глядя на учителя исподлобья. Марк уже не сомневался, что поступать вопреки приказам Калигану доставляет ей удовольствие.
— Что делать будем? — отдышавшись, проговорил Теламон. — Надо как-то пробираться.
— Понятное дело, — ответил хмуро Калиган. — И что ты предлагаешь?
— Надо… надо, чтобы кто-то отвлек дракона на себя. А все остальные за это время проскочат.
— Отвлек дракона? — учитель-следопыт зло усмехнулся. — Это возможно лишь одним способом: если кто-то согласится стать кормом для нашего крылатого пожирателя. Осталось только найти добровольца. И кто им станет? Уж не ты ли, Теламон? Или, быть может, твой трусливый писец, которого ты, хаос знает зачем, притащил с собой?
— Я не трусливый, я благоразумный, — обиделся низкорослый писец.
Все замолчали.
— Согрелись, бродяги? — раздался со стороны пирамиды женский голос, усиленный магией.
Амарта! Выскочив на бугорок, Марк увидел в открытых дверях пирамиды облаченную в черную мантию дочь темного князя Эреба. Вокруг нее стояли около десятка ее легионеров.
— Вам не выбраться из болот, — громко объявила Амарта. Ее роковой, усиленный магией голос звучал словно из загробного мира. — Если сдадитесь — обещаю жизнь.
— Влипли, — процедил Калиган. — Как кабаны в трясину.
— А чего она нам сделает? Не сунется же она к нам в лес? — хлопнул мечом по щиту Харис.
— Ты вокруг посмотри, зоркий молодой лев, — отмахнулся учитель. — Туман сгущается.
Белая пелена медленно проползала между деревьев, окутывая их словно дымом, покрывала поросшие лишайником взгорки и приближалась. Приближалась. Еще минута-две, и призрачная дымка накроет всех! Начнутся видения, воображение примется рождать чудовищ, наступит истерия, когда невозможно понять, что реально вокруг, а что нет.
— За мной, — повелел Калиган, хватая меч острием вниз, как перед антимагической схваткой.
— Куда? — яростно прошипел Теламон.
— У нас два пути: встретиться в открытом бою с колдуньей и драконом или поодиночке сходить с ума в болотном тумане. Я — за первый путь.
Теламон соображал на диво быстро.
— Раненых не бросать. Луки и самострелы к бою!
Делая длинные твердые шаги вслед за Калиганом, Марк обнаружил крадущегося за ним Хариса, Никту и Флою. Как они собираются драться с Амартой и драконом, Марк не представлял, но мысль о том, что Калиган что-то придумал, вселяла надежду. Следом потянулись два рыцаря Теламона, прикрываясь прямоугольными щитами, и семеро воинов-следопытов с луками и самострелами наготове. Три легко раненых воина вместе с бесполезным в бою писцом, подхватив под руки Кореба и Алагара, держались позади.
— О-о, миротворец выходит на поединок с черным драконом? — проговорила Амарта, как будто удивленно. — А твой мудрый учитель будет давать тебе советы?
Легионеры в черных нагрудниках столпились вокруг своей госпожи у входа в пирамиду, вынуждая противников отойти подальше от леса. Калиган сознательно поддался на эту уловку: отступать не было смысла. В тумане их не ждет ничего хорошего.
«Хватит бояться, хватит!» — твердил самому себе Марк, пытаясь унять дрожь в руках.
Калиган остановился, не доходя до колдуньи шагов десять.
— Мы пришли не воевать, Амарта, — сказал он негромко. — Пропусти нас в город, и обойдемся без лишней крови.
На лице колдуньи появилась холодная усмешка.
— Крови было пролито столько, что каплей больше, каплей меньше — никак не отразится на алых реках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
