Дирт несколько раз пробовал менять направление движения, но все заканчивалось одинаково, спустя некоторое время подобравшиеся преследователи выдавали себя характерным шумом. Они будто приклеились к его затылку, безошибочно находили, даже не отвлекаясь на изучение следов.
Как такие неуклюжие увальни могут столь легко его выслеживать, Дирт не представлял. Ну уж точно не по следу, ведь они всегда двигались напрямик, игнорируя все повороты и петли, которые он выписывал ради того, чтобы сбить погоню с толку.
Устав ломать пустыми и паническими раздумьями раскалывающуюся от боли голову, он миновал седловину, где в сезон неплохо заготавливал орехи, и начал забираться на склон невысокого холма, спрятавшегося от морских ветров за громадиной Сторожевого. В отличие от последнего эта возвышенность была бедна на заросли. Многочисленные каменистые проплешины покрывали ее там и сям, будто разросшиеся лишаи. Но и деревьев с кустами хватало, так что он без труда нашел удобное укрытие вблизи вершины. Отсюда открывался прекрасный вид на путь, по которому он только что двигался.
Погоня не заставила себя долго ждать, хотя перевести дух Дирт успел. Жадно вглядываясь вниз, туда, где из леса один за другим выходят преследователи, он нахмурился. Никакая не сотня, как ему казалось поначалу. Два десятка с хвостиком, почти в пять раз меньше.
Вот уж, как говорится, у страха глаза велики. Да и откуда было взяться сотне? Он ведь сам видел, как мало их осталось после магического камнепада.
Проследив, что двигаются они сейчас точно по его следу, Дирт отошел в заросли, пересек их, выбравшись в другой стороне, после чего вновь уставился на погоню. И не удивился, увидев, что она резко изменила маршрут и движется прямиком в его сторону.
Удивляло лишь то, каким образом они это проделывают.
На зрение Дирт не жаловался, потому издали мог различать движения каждого из врагов. Определил, что отряд преследователей состоял не только из спайдеров, убийцы зачем-то тащили с собой четырех хеннигвильцев. Последним оставалось только посочувствовать. Вот уж ужасов натерпелись, ведь никогда прежде ни один из них не забирался так глубоко в лес. Одного этого достаточно. А если вспомнить все, что произошло в селении, — кошмарнее ситуации не придумаешь.
Один из врагов отличался от прочих. На нем не было тяжелых доспехов, голова без шлема, прикрыта черным капюшоном, прикрепленным к такого же цвета длиннополой хламиде, скрывавшей все тело. Лишь кисти руг выглядывают из просторного одеяния.
Время от времени этот человек вынимал из сумки, болтающейся на боку, какой-то небольшой удлиненный предмет. После чего он начинал поглядывать то на непонятную вещь, то прямиком на укрытие Дирта. Временами казалось, что смотрит ему прямо в глаза.
Все стало понятно.
Дирт всю жизнь прожил под одной крышей с магом. Пусть лэрд не очень-то распространялся о темном искусстве, но все же рассказал достаточно. И сейчас пришла пора убедиться воочию в том, о чем раньше лишь слышал.
В отряде убийц есть маг, и этот маг каким-то образом может видеть Дирта. Или чувствовать. Скорее всего у него имеется вещь, принадлежащая Дирту. Темные искусники могут немало проблем доставить хозяину предмета, если у того нет защиты на такой случай.
Никакой защиты у Дирта нет, зато есть проблемы. Что бы он ни делал, как бы ни путал следы, маг все равно узнает, в каком направлении он находится.
И что делать теперь?!
Голова болела так, что думать больно, но Дирт все же попробовал и быстро созрел до простой мысли — магу самое время умереть. Жаль, что черная тварь вообще дожила до этого дня.
Ничего, Дирт сейчас это быстро исправит.
Почему маг без доспехов, непонятно. Может быть, просто слаб телом, чтобы таскать лишний груз. Да без разницы, каковы причины. Хламида из материи не защитит его даже от наконечника из мягкой красной меди. Дирт не станет бить в голову, кости черепа опасно крепки, не хотелось бы свести дело к неприятной, но не смертельной ране, после которой жертва остаток жизни будет щеголять со шрамом на видном месте.
И в грудь Дирт стрелять не станет. Грудная клетка — коварное место. Вдруг ребра не пропустят широкий наконечник до податливых легких или сердца?
Брюхо — вот где самое место для охотничьей стрелы. Рана в этом месте не убивает мгновенно, но прыти у того, кто получит подобный «подарочек», резко поубавится. И ширина наконечника только в плюс пойдет. Пусть как следует раскромсает жир, мышцы и внутренности, перемешав их со зловонным содержимым кишечника. Как ни затыкай повязками, а кровь все равно будет идти, только изливаться не наружу, а внутрь. Если маг после такого и сможет идти, то медленно, да и очень недолго. Смерть будет мучительной и может затянуться на несколько дней. Отряд, обремененный умирающим, сбавит темп.
И самое главное, никто не сможет направлять убийц на Дирта. Маг — это большая редкость. Вряд ли в отряде есть еще один. Амулет в обычных руках бесполезен.
Стрела устроилась на тетиве, нетерпеливо уставившись в сторону приближающихся преследователей. Маг, к сожалению, шел не первым, отряд возглавляли двое воинов в кольчугах, еще двое плелись в десятке шагов позади, а за ними, еще в десятке, шагала черная фигура. Дирту придется подпустить передних очень близко и после выстрела мчаться галопом, не задерживаясь для второй попытки.
Времени на нее не останется.
Плохо, что у них много арбалетов. Впрочем, натянуты они лишь у двоих, остальные, наверное, берегут тетивы. Им будет непросто целиться по быстро двигающемуся Дирту, тем более если он станет использовать в качестве укрытий камни и деревья.
Шансов попасть у них очень немного, разве что невероятно повезет. Сам бы он наверняка промахнулся, а ведь считает себя хорошим стрелком.
Маг, остановившись в сотне с лишним шагов ниже, поднял руку. Все замерли, один из воинов, самый старший на вид, приблизился к черному, о чем-то начал с ним разговаривать.
Дирт в очередной раз поймал на себе взгляд мага. Казалось, тот видит его в густых зарослях не хуже, чем на открытом месте.
Он понял, засада не удалась. Черный каким-то образом почуял, что опасная дичь близко, и не рискует приближаться к зарослям. Будто прочитал кровожадные мысли преследуемого.
В подтверждение этого воины начали расходиться в стороны, их строй стал принимать форму той самой подковы, как было утром. Его опять собираются взять в кольцо.
Приблизительно сто двадцать шагов. Серьезная дистанция даже для него. Давно пора было сделать другой лук. Этот, конечно, хорош и привычен, но слабоват. С начала весны силенок у Дирта заметно прибавилось, натягивал его играючи. Дай дюжину дюжин стрел, и легко выпустит одну за другой в таком темпе, что по пять штук одновременно будут висеть в воздухе, если не больше. И даже не запыхается при этом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
