До 1500 г. величайшими математиками, астрономами, химиками и физиками мира, похоже, были арабы и в целом мусульмане, жившие на огромных завоеванных ими пространствах (от Испании через Северную Африку до Ближнего Востока и Центральной Азии). В действительности, «как теперь известно, многие идеи, прежде считавшиеся блестящими открытиями европейских математиков XVI, XVII и XVIII вв., на самом деле были разработаны арабо-мусульманскими математиками примерно четырьмя веками ранее. Во многих отношениях изучаемая сегодня математика гораздо ближе по стилю к математике арабов/мусульман, чем греков»{42}.
Развитие математики в Китае, Индии и мусульманском мире зачастую определялось практическими задачами, возникавшими в этих обществах высокоразвитой торговли. Изобретатель современной алгебры, иракский математик IX в. аль-Хорезми, рассказывает, что он разработал свои методы решения уравнений, чтобы помочь людям, «постоянно нуждавшимся [в подобных решениях] в делах о наследовании, разделе имущества, в случае судебных исков и в торговле» или при землемерных работах и строительстве каналов{43}.
Труды аль-Хорезми (включая его трактат об аль-джабр, от которого произошло слово «алгебра») были частью огромного корпуса исследований мусульманских математиков, занимавшихся простыми числами, двучленами, десятичными дробями, тригонометрией и алгоритмами (еще одно арабское слово, возникшее из самого имени аль-Хорезми). Их открытия заложили основу почти всех достижений в математике в Европе со времен эпохи Возрождения.
Мусульманские исследователи проделали инновационную работу и в естественных науках. В IX в. Джабир ибн Хайян из Сирии совершил революцию в химической науке. Джабир впервые обнаружил, что в химических реакциях элементы всегда сочетаются в одних и тех же пропорциях, тем самым опередив открытие этого принципа европейцами на целую тысячу лет. Джабир писал трактаты о дистилляции, кристаллизации и испарении, открыл лимонную, азотную и соляную кислоты, а также был открывателем ряда способов практического применения химии, включая растворение золота, предотвращение коррозии и улучшение качества стекла и стали.
Джабир настаивал на том, что знание следует получать посредством эксперимента и что эксперимент должен использоваться в практических целях. К несчастью, когда труды Джабира были переведены на латынь, европейцев в основном заботили поиски возможности разбогатеть путем превращения обычных металлов в золото. Его главный труд «Китаб аль-Кимийя» дал имя европейской практике «алхимии». Однако, как мы увидим ниже, подчеркивание важности экспериментов в итоге стало основополагающим элементом мировой научной традиции.
В X–XI вв. арабские астрономы и географы, работавшие в Сирии, Центральной Азии и Испании, с беспрецедентной точностью измеряли Землю и небеса. Так, в 1079 г. астроном Омар Хайям установил, что продолжительность года составляет 365,2421986 дней. Хайям также разработал персидский календарь, который был точнее григорианского, составленного в Европе пять веков спустя.
Такие арабские исследователи, как аль-Баттани, аль-Бируни и аз-Заркали исправили ошибки Птолемея в расчетах движения Луны, наклона земной оси и размеров Средиземноморья. Их труды, которые позднее цитировались Коперником, оказали влияние и на Кеплера, и на Галилея. В XII–XV вв. мусульманские астрономы, включая аль-Урди, ат-Туси, Ибн аш-Шатира и аль-Ширази работали в лучших обсерваториях мира и создавали новые математические теоремы, ставшие незаменимыми в астрономии Коперника. Аль-Хайсам и аль-Фаризи провели новаторские исследования в оптике, разработав новые способы математической обработки отражения и преломления и объяснения цветов радуги.
Мусульманский мир также лидировал в основании учреждений образования и прикладного знания. Мусульманские ученые и исследователи создавали первые университеты как исследовательские центры в Северной Африке и Египте; университет аль-Азхар в Каире, основанный в 988 г., и аль-Карауина в Фесе (Марокко), основанный в 859 г., являются древнейшими университетами из существующих во всем мире. Аль-Карауин был основан женщиной, Фатимой аль-Фихри, использовавшей состояние семьи для распространения ислама и научного образования.
Университет аль-Карауин сыграл поворотную роль и в мусульманском, и в европейском исследовательском мире. Папа Сильвестр II, которому приписывают введение арабских цифр в Европе, обучался именно там. Аль-Карауин был родиной картографа Мохаммеда аль-Идриси, создателя первого из известных нам глобуса, и ибн Хальдуна, основателя социологической истории. Аль- Карауин был также знаменит учением мусульманского математика Ибн аль-Банны, написавшего десятки математических трактатов и преподававшего курс арифметики, алгебры, геометрии и астрономии. Аль-Банна был первым, кто стал рассматривать дроби как отношения двух целых чисел, и использовал термин «альманах» (от арабского слова «погода») для собраний астрономических и погодных данных.
В мусульманском мире также были созданы первые настоящие больницы, а мусульманские врачи первыми разработали и начали применять карантинные меры для контроля над заразными заболеваниями. И именно в мусульманских обществах впервые начали выдаваться лицензии для фармакологов на основании проверки их знаний о травах и медикаментах. Одно время в Багдаде было зарегистрировано 862 аптекаря, каждый из которых проходил необходимую формальную проверку.
Таким образом, в XI–XV вв. мусульманские научные знания и практика намного опережали европейские. Отсюда крайне важный и любопытный вопрос — почему европейская наука, так сильно отстававшая, в конце концов сумела произвести технологические изменения, которые и привели к индустриализации, а мусульманская наука — заодно с индийской и китайской — сделать этого не смогла?
Линии научного развития: от прогресса к застою
Мы уже отметили, что было бы неверным полагать, что наука всегда движется вперед и что западная наука, в частности, является продуктом неуклонного прогресса — от греческой мысли до Возрождения и современной науки. Реальность намного сложнее. В сущности, научная мысль, как и остальные элементы истории, может иметь различные направления развития, включая и откаты, с длительными периодами застоя и больших утрат.
Так, в Европе наука практически не развивалась на протяжении более чем тысячелетия, примерно с 200 г. до 1400 г. Кроме того, большая часть важной работы в математике и науке в годы, предшествовавшие 200 г., была просто утрачена и предана забвению на время варварских завоеваний, последовавших за падением Рима.
В действительности, для научного развития наиболее характерно, когда значительные успехи случаются в течение периодов, в которые различные культурные и философские традиции могут свободно взаимодействовать, однако затем развитие приостанавливается или даже происходит откат, причем во времена конфликтов и беспорядков важные достижения подчас утрачиваются полностью. Как мы уже знаем, бунты и гражданские войны часто заканчивались лишь тогда, когда сильное правительство восстанавливало порядок, подавляя оппозицию и насаждая ортодоксальные взгляды, поддерживавшие государство, но сдерживавшие развитие независимой мысли и инноваций.
Из всех досовременных научных традиций традиция исламского мира около 1000 г. была наиболее передовой и с наибольшей вероятностью могла возглавить подобие современной экспериментальной науки и научной технологии. Однако, как и многие другие, она была опрокинута сочетанием междоусобицы, внешних завоеваний и конфликтующими требованиями религиозной ортодоксии.
На протяжении 200 лет, с 750 по 950 г., большая часть мусульманского мира была объединена при правлении Аббасидов с их величественной столицей в Багдаде. Там, халифы, или правители, собирали не только несметные богатства и искуснейших мастеров, но и выдающихся ученых со всего мусульманского мира.
Мусульманское знание развивалось благодаря богатейшим библиотекам, созданным после того, как арабы обучились искусству изготовления бумаги у китайцев и всерьез занялись книгоизданием. Книги были широко распространены в средневековом мусульманском мире; в одном Багдаде было 36 крупных публичных библиотек, а книготорговцы присутствовали на любом крупном рынке. В одном книжном магазине, чьи записи дошли до нас, перечислялось более 60 тыс. наименований книг, включая работы по религии, праву, математике, точным наукам, астрономии, медицине, тексты греческих классиков, индийскую литературу, поэзию, сказки, описания путешествий и множество книг по другим темам. В Испании, завоеванной мусульманами в VIII в. и управлявшейся ими на протяжении почти четырех столетий, в столице Кордова насчитывалось более 70 публичных и частных библиотек, в крупнейшей из которых хранилось 400 тыс. рукописей.
