обеим девочкам.
Из открытого окна мансарды высунулась светлая взлохмаченная головка. Сонные, голубые глаза с изумлением уставились на незнакомую иномарку у калитки, по-хозяйски повернувшуюся к воротам.
— Ну что ж, Дмитрий Викторович, добро пожаловать в нашу семью — сами напросились, — вздыхая, сказала Кира, выходя из машины. — За что боролись…
— Ура! — закричала младшая дочь на весь дом, увидев выходящую из иномарки мать. — Тошка, просыпайся! Мамулечка-красотулечка приехала!
Через секунду Алиса уже бежала по дорожке в пижаме, но, увидев рядом с матерью незнакомого мужчину, взвизгнула и понеслась обратно. В дверях её встретил разбуженный, лохматый, рыжий пёс и постарался схватить за край шортиков, удивляясь, что так рано начались игры: до завтрака Ларион предпочитал спать.
— Отстать! — прикрикнула на него Алиса и юркнула в сонную тишину дома.
— Это Алиса, — повернулась Кира к побледневшему мужчине. — Не бойтесь, всё будет хорошо.
Открыв ворота и загнав машину на участок, Кира оставила Дмитрия Викторовича выгружать пакеты на стол в беседке, а сама пошла в дом, предупредить родных о свалившемся на их головы дальнем-предальнем родственнике.
Завтрак прошёл замечательно!
Кира вдохновенно врала о своей развалившейся «восьмёрке», о любезности Дмитрия Викторовича — отца мужа двоюродной племянницы тёти Клавы из Новосибирска, приехавшего на несколько дней в Москву и согласившегося подвезти её на дачу, чтобы познакомиться со всей семьёй и выполнить просьбу тёти Клавы: сфотографировать девочек на память.
«Девочки», искоса поглядывая на новенький сверкающий «Ягуар», в тайне завидуя обладателю такой шикарной иномарки, уплетали за обе щёки огромные куски йогуртового торта, всё же купленного Дмитрием Викторовичем в супермаркете.
Родители вежливо слушали, поддакивали и нервно посматривали на часы.
А Дмитрий Викторович, мало вникая в происходящее вокруг, во все глаза смотрел на Викторию: перед ним сидела юная, живая копия его возлюбленной Лизоньки.
Всю дорогу до Москвы Дмитрий Викторович сидел рядом с Викторией и вёл довольно скучную светскую беседу. Она вежливо слушала и односложно отвечала на вопросы, завидуя сестре, первой усевшейся на переднее сиденье новенькой иномарки.
Наблюдая за ними в зеркало заднего вида, Кира в пол-уха слушала весёлую болтовню Алисы о её грандиозных планах покорения города Ильичёвска и о панорамных морских съёмках. Беседа у родственников на заднем сиденье явно не клеилась.
— Дмитрий Викторович, вы хотели что-то подарить Вике, — решила Кира прийти на помощь «дальнему родственнику» — в отличие от неё, подарки девочки обожали и приходили в восторг даже от милых пустячков.
— Ах, да, — спохватился пожилой мужчина и благодарно взглянул на Киру — он понятия не имел, как надо общаться с детьми. Достал из кармана бархатную коробочку и протянул Виктории. — Первого мая тебе исполнилось четырнадцать.
— Спасибо, — вежливо поблагодарила Вика, не открывая подарок. — Вообще-то, я родилась около полуночи тридцатого апреля, но врачи написали первого мая. Праздник всё-таки.
— А я и не знал…
— Вы ещё многого не знаете — в каждой семье свои тайны, — философски заметила Кира. — Рождаться в праздник всегда лучше: легче запомнить и двойной повод встретиться с друзьями.
— Ну, открывай же подарок, — поторопила сестру Алиса, с интересом заглядывая через спинку переднего сиденья.
Виктория осторожно открыла коробочку и вытянула за цепочку кулон в форме сердца из белого золота.
— Ух, ты! — восхитилась Алиса и тут же начала перебираться на заднее сиденье.
— Алиса! — попыталась остановить её Кира. — Сиди спокойно.
Но дочь, будто не слышала.
— Дай посмотреть, — попросила она у сестры подарок, усаживаясь между Викторией и «их общим родственником».
Девочки склонились над кулоном, читая витиеватую гравировку.
— «ВПШ», — прочитали они вслух и, ожидая объяснений, вопросительно посмотрели на Дмитрия Викторовича.
— Фигня какая-то! — фыркнула Алиса и захлопала голубыми глазищами. — Это что-то на подобии: «Желаю счастья в личной жизни. Пух»?
— А как это расшифровать? — вежливо поинтересовалась Виктория.
— Что? — переспросила Кира, машина резко вильнула в сторону.
Нарушая все принятые правила на дороге «Ягуар» начал съезжать на обочину, изрядно напугав при этом ехавшую в другом ряду «Ниву». Соседская «Волга», в которой разместились Кирины родители, чемоданы, пёс Ларион и морской свин Пончик — на время отпуска животные оставались на попечении Киры, заметалась на шоссе, перестраиваясь из ряда в ряд, и задом по обочине подъехала к ним.
Дмитрий Андреевич и сосед по даче озабоченно вышли из машины.
— У вас всё в порядке? — поинтересовались они, заглядывая в закрытые окна иномарки.
Кира опустила передние стекла и постаралась улыбнуться.
— Всё хорошо. Вы езжайте, через минуту мы вас догоним.
Когда «Волга» отъехала, Кира, нахмурившись, повернулась к пожилому мужчине.
— Это долгая история… — начал он выкручиваться, виновато поглядывая на Киру. — Когда-нибудь вы приедете ко мне в гости, и я обязательно вам её расскажу: медальон принадлежал моей родственнице Виктории Павловне Шубиной. Она завещала передать его родственнице, носящей имя Виктория и поскольку мы теперь родственники, то он по праву принадлежит тебе.
— Значит он старинный? — сделала вывод Виктория, открывая медальон.
— Ну, почему же старинный…
— Да здесь фотографии! — воскликнула Алиса, поднося раскрывшиеся половинки сердечка к глазам. — Только вы совсем молодой… А откуда у вас Тошкина фотография?
Отвернувшись, Кира схватилась рукой за сердце.
— Балда, ты Лиска, — рассудительная Виктория отобрала медальон и надела себе на шею. — Сама же в прошлом году посылала тёте Клаве кучу наших фотографий. Дмитрий Викторович вставил одну из них в одну половинку медальона и свою фотографию в другую половинку, чтобы я не забыла от кого этот подарок. Так Дмитрий Викторович?
«Дальний родственник» обрадовано закивал головой, а Кира вздохнула с облегчением и передумала падать в обморок.
«— «Ну, чьё тут выдержит терпенье?» — подумала она словами героини одной из пьес Лопе де Вега, и включила зажигание.
«Ягуар» обрадовано заурчал, выбрался на трассу и очень скоро догнал «Волгу» соседа по дачи.
— У меня и для тебя есть подарок, — вспомнив предупреждение «родственницы», вытащил из кармана ключи Дмитрий Викторович и, отстёгивая замысловатый брелок, повернулся к Алисе. — Посвисти.
— Что? — не поняла притихшая девочка, вертя в руках необычный брелок.
— Просто посвисти.
Девочки засвистели на два голоса.
На брелке вдруг замигала красная лампочка и заиграла музыка.
— Класс! — восхитилась Алиса, бросаясь на шею новому родственнику — сдерживать эмоции она не привыкла.
— Мне бы тоже хотелось иметь такой необычный брелочек, — сказала Виктория, заглядывая в умильное лицо пожилого «родственника». — А где его можно купить?
Дмитрий Викторович вновь растерялся. Что делать? Он мог подарить внучке сто, тысячу таких брелков, но сейчас второго такого же брелка у него не было.
— Сдаюсь! — Дмитрий Викторович шутливо поднял руки вверх. — Обещаю отныне дарить вам одинаковые подарки. Завтра же куплю брелочек и вышлю тебе по почте… а возможно скоро
