На то, как по коридорам тащат древние гарпунные установки из музея, посмотреть сбежалась, наверное, половина слуг и большая часть придворных. Даже бывшие императорские невесты стояли стайкой под стеной и смотрели во все глаза, а потом несмело пошли следом.
И во двор зрители выскочили с большим энтузиазмом, правда, далеко отходить от ворот не стали, а некоторые еще и вернулись во дворец, чтобы наблюдать из окна.
Ромул осмотрел свое неуверенно топтавшееся с ноги на ногу воинство, полюбовался гарпунными установками и подозвал мага, который должен был усилить Ромулу голос для командования. Маг послушно подошел, помахал перед лицом императора руками и кивнул, мол, все готово.
— Так, — мрачно сказал Ромул, глядя на самую большую, видимо появившуюся первой, кляксу. — Сейчас прогоним самого большого, остальных должно утянуть следом. Если не утянет, придется стрелять еще в кого-то. Маги, готовьтесь бросать в кляксу огнем. Огня они боятся.
— А вы откуда знаете? — с подозрением спросил один из магов.
— С отцом посоветовался, — широко улыбнувшись магу, сказал Ромул.
Маг почему-то отступил и спрятался за спинами стражи.
— Итак, цельтесь, оно сейчас упадет, — мрачно сказал Ромул, глядя на кляксу.
Гарпунщики забегали, потом успокоились и заряжающие подняли руки, сообщив о готовности.
Ромул мысленно выдохнул, изо всех сил стараясь излучать уверенность. Крепко сжал губы и мысленно разрешил щиту пропустить кляксу, на которую смотрел.
Если честно, он даже опасался, что ничего не произойдет. Тонкий браслет на запястье казался обыкновенным куском старого железа. И даже когда демон стал медленно, словно был легким, как пух, падать, браслет все еще был просто браслетом, никаких иных ощущений не появилось.
— Стрелять! — рявкнул временно избранный старший среди гарпунщиков.
Маги швырнули огонь, жиденький такой и жалкий, практически незамеченный демоном. Зато гарпуны он проигнорировать не смог, несмотря на то, что попали едва половина. Клякса взмахнула концами, как крыльями, резко стянулась в шар, словно пыталась вытолкать из себя гарпуны. Потом уменьшилась, словно сжалась и исчезла вместе с гарпунами.
А Ромул опять ничего не почувствовал, даже тогда, когда следом за первой кляксой пропали те, которые били поблизости. И даже тогда, когда остальные шарахнулись в разные стороны от чего-то невидимого, не почувствовал. Зато маги стояли бледные, со странными выражениями на лицах.
— Ну вот, — мрачно сказал Ромул, одарив присутствующих очередной улыбкой. — Теперь вы знаете, что делать. Пропускать демонов за щит вовсе не обязательно. Гарпуны сквозь этот щит пролетят и так, чего нельзя сказать об огне магов. Но если не будет огня, попасть в них будет сложнее, огонь их здорово отвлекает. В общем, думайте, что со всем этим делать. И постарайтесь избавиться от них до вечера. Дольше щит вряд ли продержится, а толкового мага, который сможет его напитать, я до сих пор не увидел. Да, и еще посмотрите, куда упали не попавшие гарпуны и объясните свидетелям, почему они летают по городу. Вперед!
Высказавшись, Ромул прошел мимо застывшего в нерешительности адмирала и ушел, предоставив с остальными демонами воевать тех, кто изначально должен был это делать.
— Проклятье, — пробормотал адмирал. — А ведь на тех кораблях тоже были гарпуны. И маги были. Проклятье…
А еще он заподозрил, что средства борьбы с демонами не такая и тайна. Просто их забыли. Перестали верить в нашествие демонов и забыли.
И один только императорский род считал, что эти знания могут пригодиться.
А еще они абсолютно точно знали, что боги равновесия вовсе не выдумка. И то, что нарушать это равновесие, проклиная императоров на болезнь, не стоит. А теперь это осознают все остальные.
— Проклятье.
Глава 11
Отчеты и решения
Утро для Лиин началось с воплей. Кричали чайки, почему-то решившие полетать над домом хозяйки архипелага. Громко лаял пес и ему вторил младенец с таким трубным голосом, что его, наверное, и на другом конце острова слышали. Младенца и пса пытались перекричать дети и несколько мужчин. А их всех — женщина. Она кричала на одной ноте, не прекращая этого занятия ни на секунду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лиин немного полежала, надеясь, что все угомонятся и замолчат, в том числе, и чайки. Потом тяжело вздохнула и обернулась вправо, но Юмила в постели не обнаружила, так что просить подойти к окну и посмотреть, почему все кричат, было некого. Пришлось вставать самой и робко выглядывать из-за занавески.
Утро было солнечным настолько, что сначала Лиин ничего рассмотреть не смогла. Все казалось ярким и почти бесцветным. И глаза стали слезиться почти сразу.
Пришлось постоять, зажмурившись, потом осторожно открыть глаза и немного поморгать. Правда, и это ничего в итоге не дало, потому что вопили вовсе не в маленьком дворике под окном. И даже дурные чайки летали довольно далеко.
— Да что же там происходит? — удивилась Лиин.
Нет, предположения у нее, конечно, были. И не одно. Может, опять какие-то бравые молодцы подрались за младшую повариху — молодую и вдовую, с необхватной грудью, ласковым характером и умением готовить. А младенцы, собаки и прочие дети подключились к крикам совершенно случайно. А может, и не случайно. Может, младенчика принесла очередная обесчещенная сельская дева. Эти обесчещенные девы — где только таких слов нахватались? — ходили с завидной регулярностью. Чаще всего не могли даже толком описать того, кто обесчещивал, зато были уверены, что дитя от него, так что теперь ему придется жениться. И кивали разумно на воинов. Только одна обнаглела настолько, что попыталась всучить ребенка Марку, сразу опознав в нем важного и ученого человека. Бедный маг шарахнулся от младенца и поспешно ушел, сказав, что дева ошиблась. Марку и в доме со-Ялата было кого бесчестить, служанки за ним бегали пестрой стайкой, по его же душу время от времени наведывались учительницы из школы в скалах, в общем, не до сельских дев как-то.
Крики и младенческий ор все не прекращались. Да и чайки летали себе.
Лиин вздохнула и решила, что надо пойти и посмотреть.
А оказалось, это всего лишь, наконец, вернулись Марк и Айдэк. Просто в такой престранной компании, что посмотреть на явление даже чайки слетелись.
То, что собрать на корабле толпу разновозрастных детей, взрослых и одного младенца было не лучшей идеей, Марк понял еще в тот момент, когда эта толпа разбредалась по палубе, заглядывая во все щели и задавая дурацкие вопросы. Кое-как эту толпу получилось организовать, исключительно благодаря боцману, а потом даже загнать в трюм, где людям предстояло спать и прятаться, случись встретить какой-то корабль.
Довольными по этому поводу они, конечно же, не были, но чего Марк совсем не ожидал, это того, что на шестой день путешествия, немного привыкнув к своему нынешнему положению, люди, которые должны бы были его благодарить, станут строить разные странные теории и подозревать спасителей в нехорошем.
И ладно бы строили себе тихонько, никого не трогая. Но спустя еще два дня трое мужиков, собрали вокруг себя мальчишек-подростков и попытались захватить корабль. Ночью. Напав на моряков, коротавших дежурство за игрой в кости.
Когда Марк вышел на палубу, все было уже кончено. Один из мужиков был убит, похоже, ему проломили голову тем же веслом, которым он пытался бить дежурных. Несколько мальчишек были покалечены, а у борта подвывала женщина, требуя немедленно вернуться за ее сыном, упавшим в воду. Живые зачинщики этого безобразия лежали на палубе носами в доски, один матерился, второй гордо молчал. Подростков просто окружили разбуженные по тревоге моряки и угрожали им оружием, чтобы молчали и не дергались.
— Так, — мрачно сказал Марк, у которого от недосыпа и необходимости прятать ценного младенца от проплывающих мимо магов уже болела голова. Разбираться еще и с этим нелепым бунтом ему хотелось меньше всего. Но капитан почему-то решил, что раз маг пустил на корабль этих людей, ему и решать, что теперь с ними делать. — Так, — повторил он еще мрачнее, когда ругающийся мужик поднял голову и посмотрел со злостью. — В пираты решили податься? А почему вы думаете, что смогли бы справиться с таким кораблем? Здесь опыт нужен.
