Айдэк же выглядел величественно и невозмутимо, еще и заигрывал с задумчивой Меланой.
А Линн хотелось просто и незатейливо закричать и вышвырнуть всех в окно, вместе со столом. И пускай себе обедают там. И не портят ей настроение своим недовольством друг другом.
И да, недовольство Валада Лиин тоже чувствовала, несмотря на все его притворство.
Потом, к неимоверному счастью Лиин, этот дурацкий обед закончился. Айдэк практически свалил Марка себе на плечо и поволок отдыхать. Мелана упорхнула, сославшись на какие-то загадочные дела. Юмил стал сверлить взглядом Валада в открытую, и Лиин не выдержала. Шарахнула по столу кулаком так, что рука онемела до локтя, а посуда подпрыгнула.
Мужчины удивленно на нее посмотрели.
— Валад, немедленно расскажи нам, почему ты сердишься на Марка за тех детей! После этого убирайтесь куда-то. Оба! Да хоть передеритесь опять. Или напейтесь. Мне все равно!
— Какая грозная девочка, — восхитился Валад.
Лиин натурально зарычала и швырнула в него стаканом, из которого как раз допила кисло-сладкий напиток. Валад легко уклонился, а потом еще и оглянулся, словно для того, чтобы убедиться — стакан действительно разбился о стену, это была не иллюзия.
— Сейчас же! — настойчиво сказала грозная девочка, примеряясь к тарелке. Хотя, вероятно, лучше швыряться ножами, вилками, а может и подсвечниками.
— Вот так и разговаривай с подданными, — добродушно сказал Валад.
И Лиин все-таки бросила тарелку.
Мужчина ее ловко поймал и поставил перед собой.
— Нетерпеливая, — проворчал. — И где только набралась?
— Он всегда такой, — сказал Юмил.
Валад одарил его таким задумчивым взглядом, словно размышлял — оторвать все-таки щенку голову или еще повременить.
— Ладно, — сказал, наконец, и пригубил напиток. — Если сами неспособны понять, придется объяснить. Люди на самом деле очень странные существа. И слышат чаще всего вовсе не то, что им говорят, а то, что хотят услышать. Был когда-то такой мирок, на этот похожий, просто побольше и выпавший ближе к верхним пределам, а не к нижним…
— Верхним пределам? — удивленно переспросила Лиин.
Валад тяжко вздохнул, потом отложил стакан и пошевелил пальцами. Перед ним сразу же появилась иллюзия, этакая нить, на которую были нанизаны разноцветные стеклянные шарики, а концы свободно болтались и расплетались на сотни тончайших нитей.
— Вот так мои учителя рисовали мироздание. Каждый шарик находится в своем пределе, огороженный невидимыми стенами снизу и сверху. Еще, по мнению моих учителей, такая нить не одна и в одном пределе может быть великое множество миров. Но это сейчас нам не важно. А важно то, что каждый мир состоит из пустоты и хаоса. Благодаря пустоте этот хаос в пределах упорядочивается. Чем ближе к середине нити, тем более равновесен мир и тем меньше в нем магии, как бы парадоксально это ни звучало. А больше всего магии в самых нижних и самых верхних пределах. Собственно, в первом верхнем вообще жить могут только боги, люди для того места слишком статичны. А в первом нижнем живут демоны. Там очень много пустоты и очень мало хаоса, думаю, там даже миров как таковых нет. Демоны — это все на что хватает попавшего туда хаоса. Поэтому демоны вечно голодны. Они пытаются заполнить свою пустоту. Думаю, они так растут.
— Ага, — мрачно сказал Юмил. — Значит эти твари лезут к нам из того нижнего мира. Правда, непонятно как. Если есть ограждения, то пока они пробьются через все, до нас могут и не долезть. Разве что мы второй нижний мир.
— Нет, Великий Океан то ли четвертый, то ли пятый сверху. Правда, мы сейчас от него отрезаны и можем быть вообще где угодно. Великий Океан, кстати, доказывает теорию о множестве нитей пронизывающих множество миров. Потому что соединять это океан может только то, что находится в одном пределе. Пробить то, что пределы отделяет друг от друга, невозможно.
— Как тогда к нам демоны попадают? — растерянно спросила Лиин.
— Да по нити, — нетерпеливо сказал Юмил, словно збыв, что сам совсем недавно этим интересовался. — Она эти ограждения как раз пробивает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Умный мальчик, — ворчливо похвалил Валад.
— Но мы сейчас не об этом. Мы о том, почему ты обзываешь Марка непотребными словами за то, что он не развесил мальчишек по реям, — напомнил Юмил.
— И об этом тоже, — не стал спорить Валад. — Но чтобы вы знали, то, какой силы демон попадет в мир, зависит больше от того, сколько за очень короткое время он успеет сожрать. А у нас мирок крохотный, вот и лезут сюда демоны слабенькие. Иначе от Золотых Туманов уже ничего бы не осталось.
Юмил хмыкнул.
Валад демонстративно выпил со своего стакана и невозмутимо продолжил рассказ.
— Так о чем это я? Ах, да, о людях, которые слышат то, что хотят, а не то, что им говорят. В общем, существовал когда-то мирок. Нестабильный. Понятия не имею почему, может, изначально был таким, а люди только все усугубили. И тогда к ним пришел бог, который этот мир любил. Пришел не к абы кому, а к какому-то великому правителю с даром предвиденья. И сказал, что для спасения мира всем народам следует объединиться, окропить какой-то алтарь кровью всех правителей и тогда вернется стабильность. И вроде бы сказал понятно. Ну чего тут сложного? Сходили бы эти правители дружно к тому камню, укололи пальцы, покапали кровью и довольные разошлись по своим странам. Но, к сожалению, идиот, которому рассказали о способе спасти мир, почему-то возомнил себя великим завоевателем. Стал объединять земли под своей рукой, тащить на алтарь отрубленные головы и заниматься прочей ерундой. И закончилось все закономерно, мир рухнул в хаос, где и растворился.
— А Марк какое отношение имеет к этой занятной истории? — раздраженно спросил Юмил.
— Такое, что он отпустил мальчишек, — туманно объяснил Валад, и Лиин посмотрела на очередную тарелку. — Какие же вы нетерпеливые и непонятливые. Стоите друг друга. Вы бы вместо того, чтобы пытаться убить меня взглядами, подумали бы вот о чем. А что, если ваших мальчишек перехватит корабль Золотых Туманов? А если и не перехватит, слухи все равно пойдут и обязательно дойдут до того, до кого не надо. И этот нехороший человек пришлет другого не менее нехорошего, чтобы расспросил. И мальчишки расскажут. А еще опишут Марка и Айдэка. Ну, или им в головы заглянут и увидят эти светлые образы. Думаете, нехорошие люди после этого сразу же поверят, что наш корабль ошивался вблизи от границы для того, чтобы забрать горластого младенца, его мать и кучу бесполезных полудурков в придачу? Да даже если им открыто сказать, что это именно так, они все равно не поверят. Потому что нет им никакого дела до младенцев. Они артефакт ищут.
Юмил тихо ругнулся.
— Понял, — явно обрадовался Валад. — А если у людей в головах только этот идиотский артефакт, то они в любой странности будут подозревать причастность к нему. А куда везут спасенных, Марк не скрывал, и мальчишки отлично это знают… В общем, дальше думайте сами.
Лиин вздохнула.
— Думаешь, пора ждать гостей? — спросил Юмил, пристально глядя на Валада.
— Кто их знает? Но вероятность, на мой взгляд, очень большая. Явятся проверять, не здесь ли он. Особенно, если надоело преследовать морского змея. Думаю, они сейчас готовы ухватиться за любую ниточку. А тут и Марк, и Айдэк, и от спасенных детишек так легко избавились, значит, явились не ради них. Тут не ниточка, тут целая веревка.
Лиин опять вздохнула.
Валад махнул рукой и вернулся к напитку.
А Юмил немного посидел, мрачный, как дождевая туча. Потом встал, вежливо попрощался с женой, одарил Валада недобрым взглядом и ушел.
— Вот видишь, малышка, даже твой щенок иногда бывает послушным, — вполне себе добродушно проворчал Валад.
А Лиин фыркнула и тоже встала.
Почему-то совсем не хотелось оставаться наедине с бывшим женихом. Лиин сама не понимала, почему. Но не собиралась сопротивляться этому нежеланию.
Юмил куда-то пропал на весь остаток дня.
