Прямо сейчас Эльвенг должна была с воплем бежать прочь от него, а она напротив сделала шаг к Аршеру. Протянула руку и осторожно потрогала его предплечье.
— Надо же, броня, — пробормотала она, а потом постучала по его руке кулаком, проверяя крепость панциря.
«Моя жена — ненормальная», — со всей очевидностью осознал Аршер. Но вот что странно, эта мысль обрадовала его. Давно он не чувствовал такой полноты жизни, как сейчас, рядом с этой девушкой.
Он — идиот, раз считал Эльвенг такой же, как все. Она — особенная, неповторимая, и она принадлежит ему. Осознание этого факта заставило кровь быстрее бежать по венам.
Реакция жены на вторую ипостась не просто удивляла, она возбуждала. Аршер еле сдержал порыв опрокинуть Эльвенг на траву и взять прямо здесь, причем не меняя ипостаси. Его звериная часть жаждала заполучить девушку немедленно, но человеческая еще что-то соображала и понимала, что этим он точно оттолкнет жену. На этот раз без всяких сомнений.
— От какого магического животного твой Дар? — спросила она, продолжая с интересом разглядывать его.
— От дракона, — хрипло выдохнул Аршер.
— Они водятся в этом лесу? — напряглась Эльвенг.
— Больше нет.
— Значит, ты убил последнего… — огорчилась она.
— Ты задаешь слишком много вопросов, — рыкнул он и все же дернулся к жене.
В Аршере будто что-то надломилось. Лопнула натянутая струна или прорвало плотину, и высвободилось нечто мощное, дикое, необузданное. Что-то звериное и вместе с тем отчаянное.
Он не устоял, не совладал с собой. Живой интерес Эльвенг, отсутствие страха и полное доверие сыграли с Аршером злую шутку. Он потерял контроль. Но, к счастью, не окончательно. Оставшихся крох здравого смысла хватило на то, чтобы вернуть человеческий облик, прежде чем поцеловать жену.
Он впился пальцами в ее похожие на золото волосы, чуть потянул назад, заставляя запрокинуть голову. Эльвенг дернулась, но вырваться не смогла. Она приоткрыла губы. Наверняка чтобы накричать на него, но прежде чем она произнесла хоть слово, Аршер заткнул ей рот поцелуем.
Сознание погрузилось во тьму желания. Влажность и сладкий вкус рта Эльвенг, прерывистое дыхание, аромат и шелковистость волос — все ощущения были такими яркими, что Аршер просто не мог остановиться.
Он прижал Эльвенг к стволу дерева, запустил пальцы под ее сюртук и едва не зарычал от удовольствия. Такая нежная, теплая, живая. Такая его.
Кто знает, как далеко он бы зашел прямо здесь, в лесу, не зазвучи вдали охотничий рожок. Призыв к охоте, специальный звук, слышимый исключительно ловчими, чтобы не спугнуть магических животных.
Рожок помог Аршеру вспомнить, зачем он в этом лесу. Увы, не ради того, чтобы овладеть женой.
Как бы он ни хотел продолжить их с Эльвенг увлекательное занятие, пора присоединиться к остальным. Король и так недоволен. Не стоит злить его еще сильнее.
Аршер нехотя оборвал поцелуй и разомкнул объятия. Эльвенг тут же отскочила от него подальше.
— Больше никогда так не делай! — выпалила она.
Все еще злится, усмехнулся Аршер.
— Насчет «никогда» обещать не буду, — ответил он.
Давно у него не было такого хорошего настроения. Конечно, вернуть доверие жены будет нелегко. На это уйдет немало времени и сил, но оно того стоит.
Глава 26. О том, что женская месть коварна
— Какой кошмар! Ты видела? Нет, ты видела?! Он просто ужасен… Настоящее чудовище! — с того момента, как Аршер сменил ипостась, Аннабель не замолкала ни на секунду. — У тебя, должно быть, проблемы со зрением. И со вкусом тоже, — заявила она в итоге. — Ты целовалась с монстром!
Я молчала. Да и что тут ответить? Если честно, сама не понимала, как так вышло. Это все шок и адреналин. Нападение дикой кошки, жуткая вторая ипостась, Аршер весь в крови…
А ведь я про себя называла Аршера человеком-броней. Кто бы подумал, что я была настолько близка к истине. Он в самом деле бронированный, как танк.
Наверное, я должна была реагировать, как Аннабель. Аршер выглядел действительно кошмарно. Вся эта броня, рога, шипы, и то, как лихо он расправился с дикой кошкой, производило яркое впечатление. Не каждая крепкая психика выдержит. Но я, как ни странно, ощущала лишь любопытство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Зато сразу стало ясно, почему Аршер не хотел менять при мне ипостась. Не каждая выдержит подобное зрелище.
Вон бедняга Аннабель совсем плоха. Упала бы в обморок, если бы могла. Даже жаль, что не может. Минутка тишины мне не помешает.
— Умоляю, скажи, что он тебя околдовал, и ты была не в себе, — Аннабель пролетела вперед и теперь маячила прямо передо мной.
Она хоть и просвечивала, но все же недостаточно. Я из-за нее чуть не врезалась в ствол дерева, увернувшись в последний момент.
— Кыш! — замахала я на нее руками.
— В чем дело? — обернулся Аршер.
— Надоедливая мошкара, — проворчала я.
— Призрак? — догадался он. Его не проведешь. — Ничего, ему недолго осталось быть в нашем мире.
— О чем это ты?
— В ближайшее время из Академии Даров прибудет медиум, изгоняющий духов. Я же обещал, что избавлю тебя от призрака, и я сдержу слово.
Аннабель испуганно притихла. Наконец-то, благословенная тишина! Вот только новость о медиуме не обрадовала. Привыкла я к своему призраку.
Аннабель была довольно милой, когда не пыталась меня убить. А еще она служила неиссякаемым источником знаний о чужом мире. Без ее подсказок я бы не справилась. Провалилась бы еще на балу, случайно заведя любовника при помощи веера.
Конечно, Аннабель надо упокоиться, она и сама этого хочет. Но что-то мне подсказывает, что медиум вовсе не отправляет привидения на покой, а окончательно их развеивает, а это смерть души.
Но обсудить это с Аршером я не успела. Мы как раз добрались до других охотников, и здесь он меня оставил. На этот раз под надежным наблюдением целой группы своих коллег, чтобы уж наверняка.
Как главный ловчий Аршер должен был находиться на передовой. Остальные держались за ним и выполняли его команды, которые он отдавал без слов, одними жестами. В результате наша группа напоминала команду спецназа, крадущуюся по диким джунглям в поисках повстанцев. Каждый шаг выверен, ни единого лишнего движения, все наготове, арбалеты взведены.
Мы шли по лесу, и я гадала — куда? А потом меня ослепил солнечный зайчик. Откуда он в лесу, от чего отразились солнечные лучи?
Я привстала на носки и вытянула шею, пытаясь рассмотреть хоть что-то поверх многочисленных голов и плеч охотников. Мне повезло: они шли, пригнувшись. Благодаря этому я увидела, что солнечного зайчика послала водная гладь.
Озеро расположилось в самом центре Зачарованного леса. Идеально круглое, в окружении деревьев, со спокойной водой. Кувшинки мирно покачивались на его поверхности, создавая полную идиллию.
Я любовалась красивым пейзажем, не понимая, как в таком прекрасном месте можно думать об убийстве. Но ловчие не разделяли мое настроение. Они затаились за кустами и замерли в ожидании.
— Смотри, — шепнула мне Аннабель и указала рукой на дальний край озера.
Я проследила за ее жестом и едва не ахнула. Единорог! Живой! До последнего не верила, что увижу его. В моем мире они лишь сказка, а здесь — прекрасная реальность.
Единорог был крупнее обычной лошади, а его шерсть и грива — белее сугробов на вершинах гор. Он буквально слепил глаза своей белизной, как это делает снег, отражая солнечные лучи. И, конечно, рог — витой, острый и даже на таком расстоянии искрящийся магией.
— Какой магией обладают единороги? — спросила я у Аннабель.
— Они как увеличительное стекло, — ответила она. — Усиливают любой Дар и эмоции рядом с собой. Но они могут и ослабить чужой Дар на время.
— Какой толк от этого принцу? — удивилась я.
— Представь, ты отправляешь войско в битву, а перед этим усиливаешь многократно Дары своих воинов. Или наоборот, ослабляешь Дары врага.
Перед таким полководцем ни одна армия не устоит. Этак принц Годвин весь мир завоюет. Я такого успеха ему точно не желала.
