уставившись на дорогу.
– Не просил, – согласилась я. – Но это не повод меня убивать.
– Высадить? – предложил тот, мимолётно взглянув на меня.
– Нет уж, спасибо, – отказалась я решительно. – Потерплю.
Конечно, придется потерпеть, раз уж ради этого я согласилась, чтобы наш брак стал настоящим. Когда я сумбурно выдавила «Да», то не подумала, чем это чревато. А теперь склонялась к тому, что Руслан так пошутил, пытаясь от меня отделаться. А что если нет? На этот вопрос я не успела ещё найти ответ.
Автомобиль резко затормозил на безлюдной дороге. И, вздрогнув, я посмотрела на мужа, который пулей выскочил на улицу. Первым порывом было последовать за ним, однако я заставила себя остаться на месте, решив, что ему нужно побыть одному и собраться с мыслями.
Когда я наконец-то осмелилась подойти к нему, он сидел на асфальте, обхватив голову обеими руками. От этого зрелища у меня защемило сердце. Молча опустилась рядом с ним и уселась на землю, притянув к груди колени. Не знала, какие слова подобрать, чтобы облегчить его терзания. Да и что в такой ситуации можно сказать? Банальное «всё будет хорошо» вряд ли сейчас поможет.
– Я ничего не понимаю, – простонал Руслан надломленным голосом. – Не понимаю. Словно это происходит не со мной…
– Руслан, я не буду врать, говоря, что понимаю, как тебе сейчас тяжело. Не понимаю, потому что даже представить этого не могу. Но если ты хочешь поговорить, я готова тебя выслушать, – произнесла я пылко и коснулась его руки. Мне искренне хотелось поддержать мужа – хотя бы своим присутствием.
– О чем здесь говорить, Ник? – он поднял на меня глаза, полные боли. Кажется, я впервые вижу его настоящие эмоции, а не привычную непроницаемую маску.
– Ты так легко поверил в россказни своей матери? Думаешь, она не может врать?
– Может, но она не настолько глупа, чтобы не понимать того, что я захочу подтверждения. Значит, оно у неё есть, – тяжело вздохнул Руслан.
– Не знаю, тебе, конечно, виднее, но всё же, я бы на твоём месте не сильно доверяла её словам.
– У меня сейчас такая каша в голове, что я не могу трезво мыслить. Вчера похоронил отца, сегодня узнаю, что он якобы мне не отец…
– Не говори так, даже если между вами нет кровной связи, это ничего не меняет! Потому что Игорь Семёнович любил тебя до последнего вздоха! Не отказывайся так просто от своей семьи, пожалуйста…
– Семьи? – он горько усмехнулся. – Похоже, у меня нет больше семьи. Да и никогда не было.
– Глупости! – воскликнула я возмущенно. – У тебя был отец, который всегда заботился о тебе! Есть брат, и вы могли бы с ним прекрасно ладить, если бы не ваша гордыня. И бабушка, которая ни за что от тебя не откажется.
– Бабушка? Да я теперь в глаза ей не смогу посмотреть. Эта женщина, именуемая моей матерью, просто взяла и уничтожила меня…
– Руслан, ну посмотри, пожалуйста, на меня, – потянула его за руку, заставляя повернуть голову. – Не смей себя в чём-то винить! Ты ни в чем не виноват!
– Я понимаю это, но всё равно чувствую себя испачканным грязью.
– Тебе нужно отдохнуть и успокоиться, потом на трезвую голову все обдумаешь и решишь, как дальше быть.
– Тут и думать не о чем, – поднимаясь с земли, бросил Руслан. – Я откажусь от этого чертова кресла, оно никогда не интересовало меня по-настоящему. Я добивался его, чтобы разрушать планы матери.
Он протянул мне руку, помогая встать, и, когда я поравнялась с ним, продолжил:
– Завтра попрошу адвоката заняться нашим разводом.
– Разводом? – опешила я.
– Именно. В этом браке больше нет необходимости.
– То есть так, значит, да? Раз во мне нет больше необходимости, можно выкинуть? Вот так просто? Не спросив меня? – его слова меня страшно задели. То заставляет согласиться, чтобы брак стал настоящим, то требует развода? А что об этом думаю я, никого не интересует?
– Разве ты не этого хотела? – недоумевающе посмотрел на меня почти бывший муж.
– «Ты разве не этого хотела», – не сдержалась и передразнила его. – Я явно не хотела объяснять родителям, почему развелась через пару недель после свадьбы! Хотя знаешь – нет! Так не пойдёт. Я не хотела этой свадьбы, но раз все уже случилось, ты от меня легко не отделаешься. – заявила, я подбоченившись. – Развода не будет, по крайней мере, пока!
– Хм, – Руслан усмехнулся, с иронией поглядывая на меня. – И почему же?
– Потому что я не хочу! Я как-то сейчас не готова к роли разведёнки. Мы договаривались на полгода, так вот, они ещё не закончились.
– Дело только в этом?
– Знаешь, нет, ещё я привыкла к тебе и боюсь, что буду скучать, – съязвила я, где-то глубоко в душе понимая, что в этих словах есть доля правды. А возможно, они и являются чистой правдой…
– Это весомый аргумент, – усмехнулся Руслан.
– Хотя, – буркнула я, будто только опомнившись, – если, конечно, ты спешишь воссоединиться со своей… кто она там? Неважно! Препятствовать не буду, – Господи, в моем голосе что, звучит ревность? Только этого не хватало! Да с чего мне вообще его ревновать? Пусть спит с кем хочет! Однако от этой мысли внутри неприятный осадок. Очень неприятный… Боже, о чем я сейчас думаю? Вместо того, чтобы поддержать Руслана, сама набросилась на него, как разъярённая фурия. Стало жутко стыдно. Покраснев, опустила глаза и промямлила:
– Прости.
Муж мимолетно улыбнулся и, схватив меня за локоть, притянул к себе. Обнял. Я подняла голову и посмотрела на него виновато.
– Вероника, ты невероятный человек, – произнёс он, склонившись ко мне. – Всего за пару минут заставила меня забыть обо всех проблемах.
– Извини, я повела себя глупо, – потупив взгляд, прошептала я.
– Не извиняйся, – Руслан двумя пальцами взял меня за подбородок и посмотрел на мои губы. – Если не хочешь, развода не будет, – выдал он, обжигая своим жарким дыханием моё лицо. А потом склонился и поцеловал. Как только наши языки соприкоснулись, мой позвоночник прошибло током, и он стал мягким, словно пластилин. Да и тело превратилось в какую-то тягучую массу. Оно размякло в сильных руках, страстно желая слиться воедино с крепким мужским телом. Со мной такое было впервые, ничего подобного я не испытывала прежде. Мозг затуманился, голова шла кругом, ноги сделались ватными. Я отчаянно цеплялась за плечо Руслана, пытаясь удержаться. А сердце, словно перфоратор, дробило рёбра, иногда подпрыгивая к горлу, замирая там на секунду и снова пускаясь в сумасшедший галоп. Где-то там, в пучине мыслей, мелькнуло одинокой звездой: «Хоть бы это не заканчивалось». И,
