— И такая красивая! — снова прервал его мысли ребенок. — Как будто картина! А платье на ней все блестит от камней. Настоящий прилавок купца из Фирода! И ходит не так, как другие!
Альв быстро отпрыгнул, почти запрокинул голову и, сделав вид, что он держит подол длинного платья, прошелся, стараясь ему показать, как держала себя незнакомка. Картина была, несомненно, комичной, но что-то в походке напомнило Бронвис. Как будто желая опять подтвердить эту мысль, Альв добавил:
— Один из наемников, что охраняют дворец, как увидел ее, так сказал всем: “Из Лонгрофта!”
— Значит, все-таки Бронвис, — подумал Эрл. — Но почему? Да, она сумасбродка… Разрыв с Ормом заставил ее обратиться ко мне? Что ж… Забавно с ней встретиться вновь! Но она, как и Альвенн, не может знать, где я сейчас… Или все-таки может? Откуда?
— Откуда-откуда! — с досадой передразнил его Альв, позабыв на минуту о всяческих правилах. — А вот оттуда! — Мальчишка без спросу поймал его мысль. — Она знала, что ты — Ливтрасир, потому что в ней Сила! Как в нас!
— Что?! — Эрл думал, что он сказал это достаточно ровно, но голос внезапно охрип. — Повтори!
— В ней есть Сила, — отчетливо проговорил Альв. — Она тоже может улавливать мысли.
Ребенок остался доволен эффектом, увидев, как Эрл изменился в лице. Та стена, что он резко воздвиг меж собою и Альвом, вполне подтверждала догадку о старой любви. “Так и есть! — очень гордо подумал мальчишка. — И я самый первый об этом узнал!”
— Где она? — спросил Эрл.
— Она в маленькой зале для ваших гостей, — сказал Альв. — Я пойду с тобой к ней? Я ведь первым принес тебе новость!
— Нет, ты никуда не пойдешь.
Альв хотел возмутиться, однако решил, что не стоит.
Эрл даже не понял, как он оказался у залы и как открыл дверь. Он бы мог расспросить у ребенка подробнее, как она выглядит, но не решился. Уж слишком безумной была вдруг пришедшая мысль…
Луч вечернего солнца, скользнув по стеклу, озарил ее белые локоны… Очень искусный порядок расчесанных прядей, забывших о прежней свободе, украшенных полным набором заколок и лент, но таких же прекрасных… Стремительный снежный поток, отливающий множеством искр…
— Руни!
Этот призыв шел из самого сердца. Увидев ее, Эрл забыл обо всем, что когда-то случилось. Неважно, что раньше она предала его, что больше года была женой Орма. Теперь она здесь! Руни снова вернулась! Пришла, несмотря ни на что, чтобы быть с ним! Всегда!
Эрл не помнил, как он оказался с ней рядом, как обнял, твердя лишь одно:
— Руни! Руни!
Кольцо нежных рук, почти сразу обвивших его, было крепким, но смех совершенно чужим.
— Руни? — вновь повторил Эрл, уже сознавая, что ложный мираж ослепил его.
— Только Изора! — услышал он голос, в котором смешались насмешка, кокетство и явный призыв.
Раздражение? Гнев? Стыд? Эрл даже не знал, как назвать чувство, вдруг охватившее душу. То, что он поверил во встречу с лесянкой и так глупо выдал свою тайну этой незваной блондинке, жгло, словно огнем. Он готов был поклясться, что в первый раз видит ее, да и имя Изоры казалось чужим. В Гальдорхейме вирд вряд ли дал бы его своей дочери.
Резко убрав ее руки, Эрл отодвинулся, чтобы увидеть лицо незнакомки. Пылающий яркий румянец на смуглых щеках, темный взгляд узких глаз и пунцовые губы совсем не вязались с блистающим светом волос. Их естественный черный цвет, чуть проступивший меж пышных обесцвеченных прядей, пошел бы Изоре намного сильнее, чем белые локоны.
— Я не хотела смущать вас, — сказала Изора. — Мне даже неловко, что все вышло именно так. Я не думала, что Ливтрасир…
— Может так повести себя? — жестко спросил Эрл, мгновенно закрывшись. (Он помнил, что Альв говорил о способности гостьи улавливать мысли.) — Да, честно признаюсь, я думал совсем о другой. Вы сказали, что мы с вами были друзьями, но мы незнакомы!
Ее смех был достаточно звонок, однако за ним крылся если не страх, то смятение. Даже Защита, которую Эрл воздвиг между собой и Изорой, не могла от него скрыть ее состояние.
— Все прибегают к уловкам, стараясь добиться желанного. Как бы иначе я сумела застать вас врасплох?
— Зачем вам это нужно? — спросил он, хотя понимал, что она, ощущая Защиту, способна солгать.
Изора вновь рассмеялась:
— Я просто безумно хотела увидеть того, кто посмел бросить вызов Скерлингу. Если я захочу получить что-нибудь, то добьюсь своего!
Она очень хотела казаться решительной, но не могла скрыть, как сильно боится того, что затеяла. Ей удалось сохранить беззаботность улыбки, но дрожь в тонких пальцах, игравших массивною цепью, легко выдавала Изору.
Эрл хотел сказать, что теперь, посмотрев, она может идти, но тревога Изоры внезапно смягчила его. Что-то в ней, несмотря на цветущий уверенный вид, вдруг напомнило Эрлу ребенка, который, нашкодив, пытается всем доказать, что он прав, но безумно боится расплаты. И он улыбнулся. Изора, не зная, о чем он подумал, взглянула на Эрла с какой-то неясной мольбой.
“И с чего я вдруг так обозлился? — подумал Эрл. — Да, она вовсе не Руни, но кто виноват в этом? Если уж сам сделал глупость, так хоть не вини за нее никого!” А еще он почувствовал, что ему нужно кое в чем разобраться.
— Присядь, — сказал Эрл, и Изора не стала ждать, чтобы он вновь повторил приглашение.
Тут же уютно устроившись в кресле, она улыбнулась, поймав его взгляд.
— Скажи, почему ты решила сказать, что ты из Гальдорхейма? — спросил Эрл.
— Я знала, что вы родились там, — ответила гостья.
— Откуда?
— Ведь вы — Ливтрасир? Это имя из старых преданий Гальдора, — тихонько сказала Изора, не отводя глаз.
— Откуда ты знаешь? — спросил Эрл, не в силах скрыть изумление.
“Если Изора смогла это выяснить, значит, она очень много читает… И знает наш старый язык!” — пронеслось в голове. Эрл почувствовал, что она стала намного ему интереснее, ближе. Он больше уже не жалел, что Изора пришла сюда.
— Ну, а волосы? Ты ведь брюнетка! — зачем-то сказал он.
— Но я шла к тебе! — улыбнулась Изора слегка виноватой улыбкой, нежданно сменив обращение. — Вирды ведь любят блондинок, которые сами приходят к ним в замки неизвестно откуда?
— Да, любят.
— Скажи, а я нравлюсь тебе?
Эрл слегка растерялся, однако ответил:
— Ты? Нравишься.
Он не солгал. Эрл был счастлив найти человека, с которым свободно бы мог говорить о Гальдоре. Хотя они встретились только сейчас, Эрлу вдруг показалось, что эта женщина сможет понять с полуслова.
Приехав к нему в Агенор, она сделала все, чтобы вызвать его любопытство. Попытка приблизить их встречу к одной из известных легенд, поначалу взбесив, теперь в нем пробудила какую-то теплую дрожь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
