Фридрихом Листом, и заключается в том, что полноценное экономическое взаимодействие невозможно между различными по объёму экономики субъектами. Ибо в равных условиях тот, кто богаче, тот, чья экономика более развита, становится ещё более богатым. А тот, кто уступает в экономическом развитии, наоборот, начинает беднеть и за счёт него происходит обогащение более крупных экономических игроков. Эту закономерность Лист вывел, исследуя экономическое пространство Европы, а на основе этой закономерности сделал следующий вывод: взаимодействовать в экономическом плане с полной открытостью границ в рамках так называемого
таможенного союза могут только примерно равные по объёму экономические субъекты. Тогда они усиливают друг друга, открываясь встречным образом, в результате чего и происходит взаимно индуцируемый рост экономики и синергетическое экономическое развитие. Когда экономика открывшихся друг другу государств начинает расти, границы раздвигаются дальше, для включения следующего субъекта, уже более развитого. В итоге все субъекты оказываются на одном уровне экономического развития. После того как их общий экономический потенциал возрастает, открываются границы ещё для одного субъекта, потом ещё для одного, и так далее. Происходит постепенный экономический рост с включением всё новых и всё более крупных участников в Таможенный союз.
Такая стратегия постепенного роста за счёт поэтапного включения новых игроков и получила название таможенного союза, в терминах Листа это ещё называется автаркией больших пространств. То есть, таким образом, пространство экономически не развитое сначала закрывается от внешних, более богатых экономических субъектов, чтобы не быть растерзанным и обескровленным. Но затем оно открывается для близких по уровню развития экономик, создавая таможенный союз, закрытый для сильных, но открытый для равных. Постепенно в союз включаются всё новые и новые участники. В результате он становится всё больше. На практике эта стратегия была реализована в Европе, в начале — середине XX столетия, особо впечатляющий результат показав в Германии, которая из отсталой страны с чудовищной безработицей и галопирующей инфляцией превратилась в европейскую экономику номер один.
Стратегией, обратной созданию таможенного союза, является как раз то, что предлагается сегодня многим государствам мира со слабыми экономиками — вступление в ВТО по одиночке. Вступив в эту структуру, слабо развитое государство оказывается в равных условиях с мировыми экономическими гигантами. В рамках ВТО оно не имеет никаких шансов, никаких конкурентных возможностей тягаться с сильными игроками и тем самым развивать свой экономический потенциал. В результате оно превращается в беззащитную жертву, раздираемую более сильными экономиками в условиях изолированного пространства. Оно становится всё более бедным, либо, прилагая огромные усилия, остаётся на том же уровне развития. Находится на задворках ВТО в качестве покорного рынка потребления до тех пор, пока из него не выпьют все соки и не заберут территорию за долги под военную базу. Вступление в ВТО навсегда закрывает для государства со слабой экономикой возможность экономического роста, высасывая экономику очередной жертвы, чтобы подпитывать экономику гигантов. Создание Таможенного союза, напротив, открывает вхождение всё новых и новых стран для экономического сотрудничества с равными субъектами экономики, что обеспечивает рост всех его участников.
Проект Таможенного союза, который сегодня реализуется на наших глазах с участием России, Казахстана, Белоруссии, и примкнувшей к ним Киргизии[67] — это именно шаг к взаимному развитию, а не к обогащению одних за счёт других. Здесь примерно равные по своему экономическому весу субъекты открывают внутренние границы и закрываются от более сильных игроков таможенными барьерами, пошлинами, квотами. Внутренний рынок при этом открыт максимально, что позволяет сравнять уровень экономического развития участников Таможенного союза, подняв его на более высокую планку. Только после этого можно открывать границы таможенного союза для новых членов. Пока уровень экономического развития не столь высок, как хотелось бы, Таможенный союз России, Казахстана и Белоруссии вполне может быть открыт для других стран постсоветского пространства. Даже для Украины, несмотря на её нынешнее плачевное состояние экономики. А также для таких государств, как Азербайджан, Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан и другие бывшие советские республики, пока их уровень не настолько сильно отличается от общего уровня экономического развития стран Таможенного союза. В дальнейшем интеграция для этих стран будет более сложной. Поэтому нужно ловить момент именно сейчас, чтобы, войдя в Таможенный союз, вместе с Россией, Казахстаном и Белоруссией увеличивать свой экономический потенциал, а не оказаться более слабым игроком в равных условиях спустя некоторое время, когда экономики тех, кто вошёл в Таможенный союз раньше, уже значительно вырастут.
С точки зрения геополитической полноценности Таможенный союз так же является более субъектным игроком на мировом рынке, нежели каждое государство в него входящее по отдельности. Невозможно никакого полноценного, равного экономического взаимодействия с Европой до тех пор, пока не будет создан более-менее близкий по уровню экономического развития или вообще равный Европейскому союзу экономический субъект. То есть любое взаимодействие с Европой, в том числе, экономическое, возможно только на равных, а это подразумевает, в первую очередь, равные экономические условия. Для этого и должен быть создан крупный экономический блок, к чему и приведёт в конечном итоге формирование единого евразийского пространства, отправной точкой создания которого становятся Евразийский и Таможенный союзы.
Польский клин между Россией и Европой[68]
Не успели в Польше выпустить в прокат фильм про волынскую резню, как украинские политологи начали заявлять что он способствует созданию напряжённости в отношениях с бандеровской (по факту) Украиной. Однако в самом этом действии речь не столько об Украине, и тем, более, не о режиме, добивающем остатки бывшей Советской Украины, сколько о создании напряжённости в зоне санитарного кордона. Главный эффект, достигнутый сторонами, как и запланировано, направлен на то, чтобы нормальные отношения России и Европы, между которыми находятся Украина и Польша, ещё долго не были возможными. А это, в свою очередь, делается с целью отсечения России от Европы в интересах Вашингтона.
Россия никак не влияет на ухудшение отношений Польши и Украины, ибо нас это совершенно не касается. У Польши и Украины есть свои исторические основания для взаимных обид и обвинений, и Россия здесь не причём, потому что всё, что происходило между Польшей и Украиной, происходило без участия России. При этом именно Россия воссоздала Польшу и создала Украину в нынешних границах, которые были определены по итогам Второй мировой войны. Это наши «дочерние» государства, и мы к ним относимся по-отечески. В Европе же, похоже, вообще не отделяют украинцев от русских, воспринимая их как единое целое. Разделять украинцев и русских старательно пытаются европейские элиты, а не жители европейских государств. Восприятие «украинцев» у обычных европейцев, рядовых граждан, и у проамериканских европейских элит совершенно разное. Обособление
