Читаем без скачивания Биотеррор - Сергей Ковалев

— Мы должны заявить в полицию.

— Забудь. У нас никаких доказательств.

— Как это — никаких? Мы же видели…

Она замолчала, потом упрямо дернула плечом.

— Знаю, только наших слов недостаточно. Но Виктор — представитель власти, его показания имеют больший вес. Мы поднимем волну, начнется следствие, и правду все равно раскопают!

— Ничего не раскопают. — Я вздохнул. Мне совсем не хотелось говорить то, что я сейчас ей скажу. — Если бы это было так просто… Пока ты спала, я звонил Виктору.

— Как он? Пришел в себя?

— Да. Сломана рука и несколько ребер. Плюс ушибы внутренних органов, но, к счастью, ничего не раздавили и не порвали. — Я не собирался говорить ей, что жив полицейский только потому, что оказался в нашем госпитале. И о том, что он никогда не узнает, какие на самом деле травмы получил. — Дело не в этом. К нему уже приходил человек из Конторы и посоветовал забыть про «Воробьиные поля». Не ездил он никуда, а избили его в Москве неизвестные грабители.

— Почему?

Я нашел в памяти коммуникатора нужный файл и включил проектор. На бежевой стене бомбоубежища появилась карта мира. Ее покрывало множество красных, оранжевых и зеленых кружков. Больше всего было зеленых, но хватало и красных.

— Что это?

Я кликнул по одному из красных кружков, и экран заполнили фотографии. В правом верхнем углу начало воспроизводиться видео. Съемка была любительская, снимали с вертолета, потому изображение тряслось и временами уплывало, сменяясь то небом, то лицами переговаривающихся в кабине вертолета людей. Но чем дальше развивались события, тем реже отвлекался оператор — понял, что его ждут уникальные кадры.

— Пенджаб, один из наиболее промышленно развитых штатов Индии. Там недавно построили современную фабрику. Выпускали комплектующие для новейших компьютеров, был даже свой экспериментальный блок, где велись разработки перспективных направлений. Есть информация, что готовился прорыв в области передачи данных.

На экране между тем появились люди, идущие через поле к стенам завода. Казалось, что они никак не организованы, каждый бредет сам по себе, но их было слишком много — не меньше двух-трех сотен. Если точнее, в нападении участвовало пятьсот семьдесят три человека. Это потом точно установили по кадрам с уцелевших камер охраны.

— Даже если ничего нового их ученые и не изобрели, из комплектующих с этой фабрики собирали миллионы компьютеров в разных странах. Для экономики Индии это предприятие было очень важным.

Послышались тревожные возгласы в кабине вертолета, пробивавшиеся даже сквозь шум двигателя. Итальянские туристы всего лишь совершали воздушную экскурсию и никак не ожидали стать свидетелями войны.

Очень странной войны, надо признать. Люди, добравшись до стены, окружающей завод, с обезьяньей ловкостью взбирались на нее, резали колючую проволоку и спрыгивали внутрь. Их должны были остановить еще на подходе, но никто не руководил обороной: за полчаса до начала наступления в центральный пункт охраны проникло несколько крайтов. Эти змеи обычно живут рядом с реками, и как они оказались на территории завода, осталось неизвестно. Укус крайта почти неощутим, токсин быстро попадает в мозг жертвы и наступает смерть. Но змеи не могли отключить ток, пропущенный по внутреннему ограждению. У нападавших были пособники на территории завода.

— Выяснить, кто это был, не удалось.

— Почему?

— Сейчас увидишь.

Некоторое время вертолет кружил над заводом на безопасной высоте. Мы с Алисой молча наблюдали страшные сцены, разыгрывавшиеся во дворе. Нападавшие были вооружены только холодным оружием и поначалу сикхи, которых традиционно охотно набирают в охрану, успешно сдерживали атаки, отстреливаясь из окон. Но охрана завода — не армия. К спланированному нападению никто не готовился, в арсенале просто не было серьезного оружия и достаточного запаса патронов. Оставив на земле несколько десятков убитых, нападавшие ворвались в цеха. Началась резня.

Алиса отвернулась, не в силах видеть происходящее.

— Я ведь журналист. Почему я ничего не слышала об этом?

— Слышала. Вот, смотри. Не бойся, все уже кончилось.

Резня действительно закончилась. Победители деловито уносили своих раненых. К воротам подъехало несколько телег, запряженных буйволами. Груз в телегах был укрыт циновками, но когда их начали разгружать, туристу удалось заснять тяжелые бочонки и большие глиняные кувшины.

— В бочонках порох — самый примитивный, самодельный. В кувшинах органическая горючая смесь, по свойствам похожая на напалм.

На экране завод уже пылал. Огонь распространялся быстро: сильный ветер раздувал его словно в гигантской топке.

Я остановил видео.

— Ты должна помнить эту трагедию. Два года назад ее широко обсуждали в интернете, да и по телеканалам крутили кадры с плачущими людьми и представителями правительства, говорившими проникновенные речи.

Алиса нахмурилась, вспоминая. Потом удивленно произнесла:

— Погоди! Я помню! Но ведь там была авария! Взрыв каких-то веществ…

— Так и есть. Ты сама только что видела, как эти вещества доставили на завод. Итальянцы еще некоторое время там крутились, пока горючее не вышло, и пилот не увел вертолет к ближайшему городу. Садиться вблизи завода он, разумеется, не рискнул. Сначала их охотно выслушали, таскали по разным спецслужбам как главных свидетелей, а потом… Все они исчезли. Включая пилота вертолета. А официальной версией стала авария.

Алиса недоверчиво посмотрела на меня.

— Но как такое можно скрыть? И зачем?

Я кликнул по другой красной точке.

— Норвегия. К сожалению, материалов об этом случае мало. Вот здесь, возле поселка Скарсвог, была построена исследовательская лаборатория. Занимались там элементарными частицами, работало несколько ученых с мировым именем. Почему выбрали такое странное место для лаборатории — не известно. Возможно, это связано с тем, что Скарсвог самый северный поселок в Европе. На лодке можно добраться до мыса Нордкап.

К этому случаю видео не прилагалось. Точнее, видео было — во время проведения экспертизы следователи, разумеется, вели съемку. Но эти кадры я решил Алисе не показывать. Она и так слишком много пережила. Отобрал наиболее безобидные фотографии — те, на которых трупы уже убрали и остались лишь контуры мелом на полу.

— Они вплотную подошли к какому-то открытию. К какому — осталось неизвестным. В поселок прибыла делегация. Назвали себя последними шаманами Скандинавии и потребовали от ученых прекратить исследования. Будто бы те оскорбляют богов. Над ними, конечно, просто посмеялись. Приехали, понимаешь, какие-то чудики, требуют чего-то, в чем сами не разбираются. Через два дня, когда бесполезность переговоров стала очевидна, шаманы уехали. А на третий день весь персонал лаборатории — двести пять человек, включая лаборантов, охранников и уборщиц — был обнаружен мертвым.

Отчетливо встал перед глазами маленький поселок, окруженный горами. Ярко освещенные лабораторные коридоры, помещения. И тела людей. Мертвые тела повсюду.

— Они внезапно сошли с ума. Громили лабораторию, убивали друг друга и сами себя. Никто не выжил. Эксперты так ничего и не выяснили. Официальной причиной назвали нарушение техники безопасности. Якобы, проводился эксперимент, в результате которого в вентиляцию попал галлюциногенный газ. Бред, конечно, но общественность проглотила: никто не вникал в детали. Для среднего обывателя наука давно превратилась во что-то далекое и непонятное. Люди воспитаны на фильмах, в которых ученые — маньяки, готовые ради удовлетворения интереса уничтожить весь мир.

— А что было на самом деле?

— Не знаю. Возможно и отравление. Только совсем не случайное. Потому что кто-то проник в здание до приезда полиции и тщательно уничтожил результаты последних лет работы ученых. Документация и все жесткие диски исчезли.

— Промышленный шпионаж?

— Вряд ли. Эта отрасль науки слишком далека от практической реализации. Уверен, все похищенное — на дне одного из фьордов. Историю вновь замяли.

Я выбрал новую отметку.

— Северная Америка. Вашингтон. Целенаправленная финансовая атака, закончившаяся разорение концерна «Тагум». Многообещающие разработки новых сплавов. Несмотря на стратегическую важность, правительство США позволило пустить концерн по миру. Стоявшие за этим люди остались неизвестны. Опять Северная Америка, штат Южная Каролина. Секта проводила массовые жертвоприношения. Дело замято, руководители секты исчезли. Китай… Австралия… Африка…

Видео и фотографии, официальные документы, свидетельства очевидцев.

— И все эти красные точки…

Я кивнул.

— За каждой — преступление, совершенное членами той же секты, к которой принадлежат обитатели «Воробьиных полей». Оранжевым цветом отмечены их поселки. Зеленым — случаи, вызывающие сомнения…