– Поезжай домой. Мне нужно переговорить с персоналом и убедиться, что у Рэндаллов будет все, что им нужно.
– С тобой все в порядке?
– Конечно, – сказала она.
Александра никак не могла смириться с фактом, с которым столкнулась только что в больнице: жить по меньшей мере опасно. Смерть может настигнуть не только молодого человека на пороге жизненных свершений, но и отца семейства. Она забирает мужей и отцов и – она посмотрела на Стерлинга – может забрать и его.
Ей как будто нечего терять, потому что она осторожно обращается с любимыми людьми. Но на месте Тома Рэндалла легко могли бы быть Брэд, Дэн или, Боже упаси, Присцилла или Берт. Это также мог быть Стерлинг, который с каждым днем значил для нее все больше и больше. Даже слишком много. Проклятие! Как она могла допустить такое?
– Я не смогу поехать с тобой в Майами, – ни с того ни с сего сказала она.
Она понимала, что слова прозвучали слишком резко и Стерлинг мог неправильно их истолковать, но ей было все равно. Нужно покончить с этим сейчас, пока все не зашло слишком далеко. Пока привязанность и желание, которые она испытывала к нему, не перерастут в нечто большее.
– Давай поговорим об этом попозже. Ты сейчас слишком подавлена.
– Я не подавлена, Стерлинг. Я не предаюсь эмоциям. Я взрослая женщина, умеющая принимать решения.
Стерлинг ничего не сказал, но по дороге домой она остро ощущала напряжение в машине. Она не могла ни в чем его винить, но сейчас ей хотелось побыть одной. Сейчас ей необходимо было одиночество, чтобы восстановить равновесие, чего она никак не могла сделать, пока он сидел рядом с ней в ее машине.
Аромат дорогого лосьона после бритья наполнил салон, и каждый вдох напоминал ей о том, что он рядом. Сидит, наблюдает и ждет. Хочет получить от нее то, что она никогда больше не сможет дать мужчине. Нечто, что она боялась испытать к нему и что уже втайне испытывала.
Александра закрыла глаза и попыталась забыть обо всем, но, почувствовав на своей руке его руку, разжавшую плотно стиснутый кулак, поняла, что не сможет. Ей уже слишком поздно бежать от Стерлинга, потому что он уже заполучил себе место в ее мире, в ее душе и сердце, где бережно хранились самые дорогие ей люди.
Как это могло случиться? Это был просто секс, а он просто был хорошим любовником. Курортный флирт и ничего более. Но ее слова звучали фальшиво, и Александра сама не верила им.
Глава 15
Дэн, Джессика и Брэд появились в «Хотон-Хаусе» меньше чем через час после того, как Стерлинг позвонил им и сказал, что они с Александрой не смогут приехать на вечеринку. Ей не хотелось говорить с братьями, и она тут же превратилась в непробиваемую бизнес-леди, предоставив Стерлингу убеждать их, что с ней все в порядке. Они тем не менее решили приехать. Он заметил странное напряжение между Брэдом и Джессикой, но не стал заострять на этом внимание. Ему хватало проблем с Александрой.
Александра сидела в кабинете одна и говорила по телефону. Голос ее звучал холодно и бесстрастно. Она действовала исключительно на адреналине.
Что бы Стерлинг ни говорил и ни делал, достучаться до нее он не мог. Ему не понравился ее отрешенный взгляд: он повидал достаточно людей в шоковом состоянии, чтобы понимать, что с ней далеко не все в порядке. Заметив сегодня ее реакцию и увидев, как она борется со своими страхами, он стал восхищаться этой женщиной еще сильнее, чем раньше.
Она взяла себя в руки и смогла не только успокоить Джулию Рэндалл, но и организовать все так, что той осталось только дожидаться окончания операции мужа.
Но на Александру все это оказало огромное влияние, и сейчас ему хотелось отнести ее к себе в апартаменты и успокоить в объятиях. Убедить себя в том, что она не ускользает от него, хотя он знал, что вот-вот потеряет ее.
– Пойдем, милая, уже ночь.
– Сегодня я ночую здесь. Попрошу Пери найти мне свободный номер.
– Тебе не нужен номер – ты спишь со мной.
– Стерлинг…
– Не спорь, ты не выиграешь этот поединок. Не сегодня, во всяком случае…
Александра подняла глаза, и при виде смятения в ее взгляде у него защемило сердце. Ему хотелось попросить ее не волноваться, сказать, что он защитит ее, но знал, что она ему не поверит. Жизнь уже научила ее, что от случайностей не защитит ничто.
Стерлинг буквально вытащил ее из-за стола, взял на руки и понес через пустой холл, потом вдоль по коридору к своим апартаментам. Она опустила голову ему на плечо и ничего не говорила. Стерлинг боялся, что это дурной знак. Спор с ним сейчас, наоборот, помог бы ей отвлечься.
– Это ничего не меняет, – сказала она, когда он вошел в номер и поставил ее на пол.
Стерлинг не хотел спорить. Сегодня вечером в его сознании многое переменилось, и она тоже должна это понять. Он прошел в ванную и пустил воду, добавив немного пены для ванны. Комнату наполнил аромат магнолий. Он выключил яркий верхний свет, оставив лишь приглушенный над ванной.
Александра по-прежнему стояла в прихожей, где он ее оставил. Стерлинг провел ее в ванную, медленно раздел и опустил в теплую воду. Затем свернул полотенце и положил ей под голову.
– Я сейчас вернусь.
Позвонив в обслуживание номеров, он заказал холодный ужин на двоих, попросив сервировать на веранде, чтобы ужин ждал их независимо от того, во сколько они выйдут из ванны.
Стерлинг взял свечи, купленные накануне специально для подобного случая, когда они будут заниматься любовью в его большом джакузи. Он поставил их на полку, зажег, разделся и залез к ней в ванну.
Он приподнял Александру и положил на себя. Опустив ее голову себе на грудь, он поцеловал ее в плечо.
– Ненавижу больницы, – проговорила Александра через некоторое время.
Голос ее по-прежнему звучал бесстрастно и ровно. Она как будто пребывала в трансе.
– Я их тоже не люблю. Последний раз я был в больнице, когда Колби рожала моего племянника. Так что это был счастливый повод, – сказал Стерлинг.
Он никогда не терял близких людей. И никогда не привязывался к кому-либо, помимо членов семьи, так что смерть не трогала его. Мысль о том, что на долю кого-то из его сестер или зятьев выпадут страдания Тома Рэндалла, пугала его.
– Здорово. Я никогда не навещала в больнице новорожденных, только констатировала смерть, – тихо проговорила Александра.
– Твоего мужа и родителей? – спросил он.
За относительно небольшой промежуток времени она пережила много горя. Больше горя, чем она могла вынести. Но она держалась. Она освободилась от страхов.
– Только мужа. Я не смогла поехать к родителям. Они умерли не одновременно, но я все равно не смогла себя заставить.
Она откинула голову назад, глядя на мерцающие свечи. Стерлинг держал ее руки в своих, поглаживая правую, на которой по-прежнему было кольцо Марка.
