Читаем без скачивания Гальрадский ястреб (СИ) - Богатков Сергей

— Нет… Я не знаю.

Дьюк осмотрелся. Среди этого бесчисленного множества людей, врагом мог быть кто угодно.

— Это все твои? — спросил он.

— Да. Дориан лично явился на помощь, захватив половину общины. Они пришли почти сразу, после того, как твои помогли мне отбиться.

Он хотел встать с места и отправиться на поиски, но Камилла не дала уйти, обняла и тихо прошептала:

— Я рассказала твоим друзьям про управителя. Они задавали вопросы. Они знают.

Дьюк оставил её одну и решил пройтись, а заодно и оглядеться. Ничего необычного не происходило. Все занимались своим делом: расставляли палатки для ночлега, ходили и наблюдали, кто-то стоял в стороне и ни с кем не разговаривал, кто общался. Несколько человек стояли неподалеку от тела Лиры и о чем-то беседовали.

Божко иногда любил говорить, что своих врагов нужно знать в лицо. Но это совсем не тот случай.

Зная процесс овладения чужим телом нирту, выбор жертвы не случаен. Во-первых, жертва должна оказаться в ситуации, позволяющей напасть, убить, спрятать тело и успеть переодеться. На это нужно время. Это человек, который ненадолго отделился от группы, остался один где-то в глухом месте, подальше от посторонних глаз. Во-вторых, жертвой мог стать любой человек в общине. Но гораздо проще быть тем, кто не играет важной роли в обществе, кто не выделяется из толпы. Тот, кто может вести себя в меру странно и при этом не вызывать подозрений.

А ещё нирту любят выжидать. Лжеуправитель ждал полгода, прежде чем прийти в Браго и оставить власть в своих руках, а старший советник запирался у себя в кабинете и подолгу не выходил. Старался как можно меньше общаться с другими людьми, и ждал, когда настанет его час. Значит, враг мог быть среди своих давно.

Среди друзей Дьюка это вряд ли кто-то мог быть. Дьюк готов поклясться, что после его ухода Божко, Вайн, Габор и Эделина не разделялись, такая бессмыслица не пришла бы им в голову. Да и зачем? Община должна держаться вместе — вот главное правило. Ночевать и перемещаться вместе, зарабатывать и разделять доход, помогать друг другу и присматривать друг за другом. Именно это помогало им оставаться на плаву и не влипать в неприятности.

Дьюк заметил в стороне своих друзей. Вайн, Габор и Эда стояли вместе и что-то оживленно обсуждали.

И тут к нему пришло озарение. Первый раз меч откликнулся в подземелье особняка, когда встретился заточенный за решетку воин из ордена Палеонесской розы. Лиру собирались убить и заменить в ту ночь. Выходит, что тот человек и был нирту? Дьюк не хотел верить, что мысли пришедшие в голову правдивы. Ведь после того, как собратья обнаружили трупы, Божко пытался найти убийцу, того самого воина, с помощью дара блуждающего, а когда не смог, решил что он сбежал. Ещё тогда тревожные мысли не оставляли Дьюка в покое. Что-то не сходилось. Не мог тот человек просто убить столько людей и легко скрыться, не привлекая внимания. Да и не человек это был. Они ведь тогда ещё не знали, с чем столкнулись. Вероятно, в своей реальной, нечеловеческой форме, нирту сильнее, быстрее и опаснее, чем обычный человек и потому смог быстро расправиться с безоружными людьми, запертыми с ним в одной клетке.

Цель нирту была в том, чтобы добраться до Лиры. Зачем в таком случае вообще убегать? Если можно перевоплотиться в кого-то и выжидать удобного момента для атаки? Дьюк сам так бы и поступил. И Божко не смог найти нирту в особняке, потому что тот его и не покидал. А использовал тело человека, который оказался с ним один на один на некоторое время. Того, кто отделился от группы, кто остался в скрытом от посторонних глаз месте, кто по неудачному стечению обстоятельств стал жертвой.

Дьюк тихо подошел ближе к своим, остановившись у них за спинами. Братья стояли с Эдой и наблюдали как Амелия склонилась над телом сестры.

— Вайн, что с тобой? — осторожно спросил Габор. — Все в порядке?

Тот в ответ грустно хмыкнул:

— Мы только что пережили очередной бой, без потерь, хвала Малеону. Но госпожу Лиру уже ничто не вернет.

Должно быть, кто-то из них и есть враг. Но кто в ту злополучную ночь зашел в темницу особняка в одиночку, отделившись от общины, и встретился с нирту лицом к лицу? Дьюк не хотел признавать, но уже знал ответ. Он помнил все в подробностях.

Скорее всего у нирту был ключ от клетки. Лиру должны были отвести к нему под каким-либо предлогом. Он бы вырвался, убил её и спокойно перевоплотился. Все пошло не по плану, потому что община Божко ворвалась в особняк. А после того как к нирту запустили других людей, у него появилась возможность. Свидетелей пришлось убить. Всех. Чтобы никто не узнал о нирту и на что он способен. Он убил кого-то из общины, перевоплотился, переоделся в одежды и без труда спрятал нагое тело, зарыв его под мертвых обитателей особняка. Среди тех трупов в том подвале лежит тело друга Дьюка.

— Посмотри на старика, — обратился Вайн к брату, показывая взглядом на Божко. — Мы опоздали, не смогли спасти госпожу Лиру, и теперь он будет винить себя в этом. Не простит никогда. Он же дал слово Норберту…

— В этом нет нашей вины, — уверенно оправдалась Эделина, перебивая лекаря. — Мы и так рискуем тем, что приперлись в центральную провинцию.

Дьюку раньше в голову не приходило, что, вероятно, Нирту после убийства и обращения в новое тело, получает часть воспоминаний жертвы. Из-за чего прикинуться своим практически сразу не составляет особого труда.

— Да что с тобой такое, Эда? — недоуменно спросил Вайн. — После ухода Дьюка ты стала какая-то подавленная. Слово из тебя не вытянешь. А теперь, снова оживилась?

Дьюк стоял, превратившись в слух. Не шевелился, чтобы не прерывать разговор. Эделина в ответ ополчилась в своей привычной манере:

— Если ты не переживал за Дьюка, то это не значит, что я тоже! Я вообще-то волновалась.

— Не сомневаюсь, — с усмешкой ответил Габор.

Дьюк заметил, как Божко направился в их сторону. Амелия встала в стороне от всех, видимо решив побыть наедине с мыслями о смерти сестры.

— Пойду, пожалуй, принесу госпоже Амелии свои соболезнования, — решил Вайн.

— Нет, лучше, я пойду, — настояла Эда и, не дожидаясь ответа, удалилась.

Дьюк осторожно направился следом. Нирту теперь знает, что их существование раскрыто. Камилла рассказала про управителя. А что бы в таком случае сделал сам Дьюк, будь он на месте врага? При первой же возможности, попытался скрыться, чтобы не быть пойманным. А заодно убил бы Амелию — единственного человека, способного претендовать на престол дяди Грейнора.

Амелия действительно решила побыть одна, в стороне от всех и даже поглядывала на лес. Но уходить куда-то далеко было слишком опасно. Камилла все время за ней наблюдала и, увидев Эделину, насторожилась. Дьюк подал ей знак оставаться на месте, не делать резких движений.

Эда подошла уверенно, даже не оборачивалась. Приблизилась к своей жертве, поклонилась и бездушно произнесла:

— Соболезную вашей утрате, госпожа.

Амелия только сейчас увидела, что к ней кто-то обратился. Эделина была ей незнакома.

— Вы кто?

— Одна из тех, кто пытался спасти Вашу сестру. К нашему великому сожалению, мы опоздали.

Дьюк тихо подошел врагу за спину, стараясь не шуметь, и при этом медленно обнажил оружие. Меч откликнулся, и даже показалось, слегка завибрировал в руке.

— Наша жизнь так непредсказуема, госпожа, — тихо произнесла Эделина. — Никогда не знаешь, будет ли безопасен завтрашний день. Продолжится ли жизнь, или же оборвется.

Амелия запаниковала, понимая, что что-то не так. И начала оглядываться по сторонам. Она увидела Дьюка, который медленно подкрадывался все ближе и приложил палец к губам, показывая, что шуметь не надо.

— Я вас не понимаю, — пролепетала она.

Откуда-то из-под пояса Эделина резко достала нож. Времени на раздумья не было. Дьюк быстро сократил расстояние и наотмашь рубанул в область шеи. Меч обагрился кровью и засиял синим светом. Удар получился удивительно точным. Тело врага рухнуло на землю.