пологий склон невысокой снежной горки и поскользили вниз, к центру долины, постепенно теряя скорость. В самом конце доска вильнула, налетев на неудачно торчащий из-под снега булыжник, и мы со смехом кубарем покатились по рыхлому пушистому холодному одеялу, укрывавшему всю равнину. Я только надеялась, что не сломаю обо что-нибудь ребра, но опасалась зря, падение вышло мягким, да и альфар помог. Он извернулся, обхватив меня руками, пытаясь защитить от ушибов, пока мы не остановились окончательно в каком-то сугробе. Оказывается, холод – это тоже может быть весело. Это может быть потрясающе весело! Эльф лежал на спине, а я упала на него, и тонкие, но сильные руки обхватывали меня. Плащ от брони бы тут мешался, поэтому Эрик выдал мне вместо него теплый свитер, а хозяева города – короткую, но очень теплую куртку с капюшоном из пушистого меха.
– Жива? – спросил альфар, наконец.
Я кивнула, и, больше не сдерживаясь, принялась хохотать от восторга. Вэль присоединился, а смех его был звонким, как серебряный колокольчик.
– Опять мы упали из-за меня.
– Не переживай. Нормально. Для третьего раза – вполне сойдет.
Я поднялась на ноги, как только он разжал руки, и принялась отряхиваться. Снег попал в рукава, под куртку, в капюшон и даже за шиворот. Свитер на животе тут же намок, так что я одернула куртку и поплотнее завязала изукрашенный узорами кожаный пояс.
– Ничего не сломала? – спросил легко вскочивший на ноги снежный эльф. – Повернись, давай спину отряхну. Вот так.
– Вроде, все в порядке. Еще разок?
– Нет, – он покачал головой, – на сегодня хватит, ты уже дрожишь вся, замерзла?
– Вообще не замерзла. Это просто адреналин.
Вэль не понял. Я попыталась объяснить, пока мы легко шагали по снежному покрывалу в сторону расположенного на высоченной скале города-крепости – Илльвадира.
– То есть, в момент опасности вы ощущаете какое-то странное эмоциональное состояние, от которого начинают дрожать руки и хуже соображать разум? Да еще и испытываете от этого удовольствие? – ужаснулся эльф сделанным из моего рассказа выводам. – Тьма! Да как вы вообще выжили?
– Зато увеличивается скорость реакции, и мы чувствуем меньший страх. И то, это ведь все – индивидуально. У всех людей по-разному.
– А ты?
Я усмехнулась.
– А то ты сам не видел.
– Я не то чтобы видел, – пожал плечами Вэль, – но когда мы упали, я же прижал тебя к себе, и я чувствовал, что ты дрожишь, просто я решил, что это от холода. А еще у тебя расширились зрачки, участилось дыхание… Я что-то не то сказал?
Я ощутила, как предательски заалели щеки, под пристальным взглядом лазурно-синих глаз.
Замерзла, ага. Просто в тот момент кому-то из моих голосов пришел в голову вопрос: а каково в постели с совершенно холодным на ощупь существом? Короче, смутила сама себя. Да, в каких-то вещах альфар был еще подростком. А может, у снежных эльфов вообще все по-другому?
– Все хорошо, Вэль, это я так… – не смогли мы вместе с голосами толком объясниться.
– Ты знаешь, – он тоже явно подбирал слова, – я – эмпат, как и все эльфы…
– И?
Он остановился и обернулся ко мне.
– Можно спросить, о чем ты сейчас подумала?
– Э-э-э… Про свои внутренние голоса, – ну почти правда же?
Возникшая было напряженность мгновенно схлынула.
– А! У меня такой один, – обрадовался Вэль.
– Серьезно? – мысль о том, что передо мной товарищ по безумию, развеселила меня.
– Да. Правда иногда он несет такое…
– Что радуешься, что его никто не слышит?
– Точно! – рассмеялся альфар. – Ладно, тогда лучше не рассказывай, что он тебе пытался насоветовать. Если что-то хоть немного похожее на то, что говорил мой…
Он внезапно замолчал, только щеки его слегка порозовели. Так и стояли мы, как два подростка на первом свидании. Но теперь я уже сходила с ума от любопытства.
– Давай баш на баш?
– В смысле?
– Ты расскажешь про своего, а я – про своего. Ну, что они говорили?
Эльф снова посмотрел мне в глаза, став чрезвычайно серьезным.
– Я бы не хотел тебя случайно оскорбить.
– А уж я тебя и подавно. Просто… мне ужасно любопытно.
– Это нормально, ты же совсем молодая еще. Ладно. С условием, не обижаться, голоса – не контролируемы.
– Идет! Но дословно!
Вэль вздохнул и уставился на узкие носки своих сапог.
– «Когда еще у нас будет возможность трахнуть светлую! Не вздумай упустить!» Извини. Подобное противоречит моему характеру, обычаям моего народа и в принципе понятиям о чести.
– Моя очередь? – усмехнулась я, совершенно прекращая смущаться. – «Интересно, как это – в постели с мужчиной, у которого холодная кожа?»
Эльф уставился на меня в немом изумлении, и я снова рассмеялась, разводя руками.
– Извини меня. Но я – не эльф, и это не противоречит ни моему внутреннему миру, ни понятиям о морали.
Он улыбнулся как-то несмело, будто не веря своим ушам.
– Но ты же – женщина!
– Ну да. Сама по себе эта мысль, конечно, не значит, что я так поступлю. Но думать, что заблагорассудится, мне никто не мешает. А вообще, все люди – разные, я же тебе говорила. Для кого-то такой образ мыслей – совершенно нормален, а кто-то пытается их от себя скрывать.
Альфар покачал головой, выглядел он при этом слегка ошарашенным, кольца в его ушах издали приятный мелодичный звон.
– Я уже хочу увидеть место, где ты живешь. Мне кажется, это нечто совсем иное, чем Илльвадир.
– О да! – рассмеялась я, слегка похлопав его по плечу. – Думаю, оно бы тебя позабавило.
Мы не спеша двинулись дальше.
– Знаешь, что странно, – проговорил Вэль, обдумав нашу беседу, – я никому из своих никогда не сказал бы подобного. Но сейчас мне… не неловко. Как будто обсуждать подобные вещи с почти незнакомой женщиной – нормально. Ты – самое странное существо, которое я когда-либо встречал.
– У нас вся компания такая.
– Это заметно. А твои спутники не сочтут подобные слова оскорблением?
Я покачала головой.
– Нет, это им все равно. Да и не буду я кому-то третьему излагать содержание частной беседы.
– То есть, у вас совершенно другие представления о…гхм…
– О чем?
– О женской чести?
Я рассмеялась негромко.
– Вэль, я в первую очередь – маг. Да и честь… Я держу данное слово, не предаю, не стану избегать дуэли, ну и все такое. Мне кажется, этого достаточно. Кто-то согласен с этой точкой зрения, кто-то нет, но меня эта концепция устраивает. Я вообще не люблю ханжества.
Вэль снова задумался, и до скального города мы дошли практически в молчании. Когда мы встали на зачарованную ледяную
