Бомбее. А все, что оставалось на руках у беженцев, попало, в конце концов, вместе с ними в Китай. То есть, серьезно рассматривать подобную возможность нет никакого смысла.
Значит, остается только перейти к натурным экспериментам. Хорошо бы найти кого-то из туземных мастеров, работающих с железом! А если он еще и окажется носителем обрывков еретических знаний, то вообще прекрасно! А это более чем вероятно, ведь анклав имел с местным населением крайне тесные связи, не идущие ни в какое сравнение с отчужденностью остальных британских колонизаторов. Однако, с другой стороны, Хиннеган уже убедился на практике в крайне недоброжелательном отношении местного населения к белым. Трудно будет рассчитывать на сотрудничество! Не говоря уже об опасности быть арестованным британской администрацией, если та, через своих многочисленных осведомителей в среде индийцев, пронюхает об еретических экспериментах липового "геолога"! Да и сама мысль о грядущей необходимости работать собственными руками с проклятым металлом все еще доставляла Генри мучительное беспокойство. Вот если бы иметь помощника из местных, который бы исполнял все указания, пока не удастся выработать безопасную, с религиозной точки зрения, процедуру обращения с железом до его превращения в нержавеющее... Но такие решения выходили уже далеко за пределы компетенции ученого.
Хиннеган вышел из импровизированного кабинета. Вечерело, и в доме уже было довольно темно. Однако в салоне свет никто пока не зажег. Слуги уже ушли, Кэт, судя по доносившимся с кухни звукам, занималась готовкой, чем в последние дни часто баловалась в образовавшееся из-за почти безвылазного сидения в доме свободное время. Генри был только рад, что его "супруга" нашла себе хороший способ развеять скуку, тем более что блюда, выходившие из ее рук, были очень вкусны. В полном противоречии, кстати, с ее давешним заявлением о неумении хорошо готовить, которое девушка приводила в качестве аргумента против желания Хиннегана предложить ей руку и сердце. Толи Кэт тогда лукавила, то ли здесь, в окружении местных продуктов, вспомнила, чему ее наверняка обучали в детстве.
Генри не стал зажигать свет, а поднялся на второй этаж. Виллейна он, как и предполагал, нашел в мансарде за его любимым занятием - раскуриванием трубки и распитием виски.
- Что, надоело копаться в этих пыльных бумагах? Решили подышать воздухом? - приветствовал его явно скучавший в последнее время агент.
- А вы сами почему не в клубе? Вам-то копаться вообще ни в чем не надо? - подколол его, в свою очередь, Генри.
- Да нечего там делать! - неожиданно серьезно ответил на полушутливый вопрос Джеймс. - Перекидываться в картишки со скучными провинциальными чинушами? Нет, увольте! Туда даже если и зайдет когда офицер, так тоже совсем обленившийся на размеренной колониальной службе. Тут же ничего не происходит, вообще! Может быть, в следующую субботу, обещали устроить охоту на том берегу...
- Понятно, - комментировать этот крик души ученый не стал и сразу перешел к делу: - А я, по большому счету, изучение журнала завершил!
- Да ну? - сразу оживился Виллейн, с которого тут же слетела маска ленивого и расслабленного военного отставника. - И что теперь?
- Вот я с вами и хотел посоветоваться, что теперь! - ответил Хиннеган и выложил ответственному за "экспедицию" агенту свои соображения и сомнения.
- Нет, документов из библиотеки бывшего университета нам не найти, это точно! - согласился с рассуждениями ученого Джеймс. - Искать местного "сотрудника" мне тоже не хочется, обязательно выплывет наружу! Лучше всего было бы вернуться в Англию, а там как король решит.
- Но здесь легче организовать исследования! - возразил Генри.
- Я сам такое решение принять не могу, придется связаться с Лондоном. Это займет время, а пока ничего предпринимать не будем. Можете продолжать копаться в уже добытых бумагах. Или присоединяйтесь ко мне, съездим на охоту...
Середина августа 1896 года, Бомбей, Индия.
- У нас есть месяц, Генри! - Виллейн, содрав с головы широкополую "тропическую" шляпу, утер платком пот со лба. Устало плюхнувшись в кресло, присосался к горлышку графина с водой, осушив последний почти до донышка.
- Месяц? А что случится через месяц? - недоуменно спросил Хиннеган, "выползший" в салон из своего кабинета на звук открывшейся двери.
- Ровно через месяц сюда, направляясь из Цейлона в Англию на капитальный ремонт, зайдет фрегат Его Величества "Шеннон". И нам предписано погрузиться на его борт, чтобы, в обстановке полной секретности, вернуться в метрополию, вместе с результатами исследований. Сегодня я получил ответ из Лондона на свой запрос! И он меня крайне радует, учитывая эту невыносимую жару, не говоря уже об остальных обстоятельствах!
- Но Джеймс! Вы же, надеюсь, упомянули в запросе о высказанных мной соображениях по поводу постановки экспериментов здесь, в Бомбее? Что там ответили на это?
- Генри, не будьте наивным! За экспедицию отвечаю я, а не вы! Поэтому в общении с начальством излагаю собственные соображения, а не ваши!
- И в чем же они состояли? - холодно поинтересовался ученый.
- В том, что необходимо вернуться в Англию для постановки финальных экспериментов ввиду нехватки в Бомбее доверенных людей, с помощью которых можно организовать тайную лабораторию и наладить ее надежную охрану. Велик риск потерять добытые с таким трудом секреты! - отчеканил агент официальным тоном.
- Но мы же с вами подробно обсудили это неделю назад, Виллейн! - искренне возмутился Генри. - Гораздо проще все организовать здесь! Да и шанс напороться на осведомителей инквизиции тут гораздо ниже! Я, знаете ли, совершенно не желаю вновь попадать в ее
