Папку.
— Да. Что случилось?
Константин Чернов пытался взять себя в руки. Вести об Ире сильно ударили по нему — казалось, мужчина постарел на десяток лет. Прибавилось морщин, лицо побледнело и осунулось.
— Письмо из местного отделения Рая. А точнее — из Небесного Грота. Они узнали, что Света — Святая. И собираются забрать её.
Я прикрыл глаза, игнорируя реакцию Кости, Светки и слуг. Нужно срочно придумать план. Первой мыслью было — вырезать отделение Рая в Санкт-Ивансбурге. Просто взять и убить всех, хоть это и будет непросто. В надежде, что Небесный Грот отвлечётся от Святой и будет искать виновника бойни. Если же Светку обнаружили недавно, то есть шанс, что информация о Святой не дойдёт до Небесного Грота. Создать связь между Облаками и смертной планетой — сложно. И дорого. В Раю я немного узнавал об этом, когда на экскурсию в смертный мир спускался. Правда, после этой экскурсии меня и обвинили в убийстве трёх миллионов человек и попытались сжечь мою душу.
Но шанс на то, что о Светке забудут, маленький.
— Тебе сколько лет? — я открыл глаза и развернулся к Светке. Она стояла с письмом в руках и хмуро смотрела на него.
— Се-семнадцать, — дрогнувшим голосом ответила Света.
— Когда исполнилось? — уточнил я.
— Три месяца назад.
— Ещё почти год… — пробормотал я, прикрыв глаза.
— О чём вы? — явно нервничая, спросил Костя.
Я не ответил. Моя мама тоже родилась в смертном мире. Как и Светка, она была Святой — рождённой с чистейшей душой. Как ещё говорят — потомком Чистоты, дочери Равновесия. Из числа тех смертных, что ещё при первой жизни могут подняться в Рай и пробудить свою Небесную Кровь.
И когда ей исполнилось восемнадцать — её забрали в Рай. Но за несколько дней до этого её охмурил мой папаша и переспал с ней, после чего благополучно исчез. Беременность мамы раскрылась уже после того, как она поднялась в Рай. И через восемь-девять месяцев родился потомок Демона и смертного, обречённый жить в Раю. Чужой среди чужих. Из-за моего рождения маме не позволили пробудить Небесную Кровь, она не могла развиваться и осталась смертной.
Отец испортил жизнь маме. Перечеркнул её будущее, заставил жить в одиночестве с младенцем-полудемоном на руках. Но что меня выводило из себя — мама всегда говорила об отце с теплотой и даже любовью. Она осталась ему верна, игнорировала внимание мужчин. А ухаживаний было много — все Святые обладают поразительной красотой и очень уютной, светлой аурой, которая в Облаках только усиливается.
Среди Небесных многие мужчины были очарованы ею. Даже некоторые Судьи — Небесные четвёртого ранга. По законам Небесного Грота, если мама выйдет замуж за Небесного, она станет частью его семьи, и запрет на пробуждение Небесной Крови прекратит действовать. Мама могла изменить свою жизнь, выйдя замуж за одного из многочисленных ухажёров. Но она отказывалась, и никакие аргументы не изменили её мнения.
— Не вижу выхода, — я встряхнулся. — Мою мать забрали в Рай через несколько месяцев после того, как ей исполнилось восемнадцать. И тебя заберут, этому не помешать.
Света побледнела, Костя начал ожесточённо тереть свои глаза.
— Это не так плохо. В Раю ты сможешь пробудить Небесную Кровь и станешь Небесной. Твоё лицо излечат в тот же день, как ты поднимаешься в Облака. Твою семью никто не обидит. Наоборот, Небесный Грот поддержит твоего отца во всех начинаниях. Моему дедушке из смертного мира удалось создать свою Империю благодаря помощи Небесного Грота.
После моих слов Костя со Светой удивлённо переглянулись. И я не врал — мама рассказывала, что смертная планета, на которой она родилась, была под протекторатом Небесного Грота. И когда ей исполнилось три, в Раю узнали, что она Святая. Мой дед воспользовался возможностью и во всю эксплуатировал Небесный Грот, добиваясь своих целей. В шестнадцать мама стала принцессой новой Империи.
Но, поднявшись в Рай, она полностью оборвала все связи со своим отцом, понимая, что из-за моего рождения у него могут возникнуть серьёзные проблемы. Небесному Гроту не нужна такая Святая, как моя мать. Я ни разу не видел деда. Неизвестно, жив он или нет. И существует ли его Империя по сей день или давно уже разрушена. Но об этом лучше Светке не говорить.
— А я смогу видеться с родными? — тихо спросила она.
— Это сложно, — я покачал головой. — В Раю ты окажешься в одиночестве и без поддержки. Моя мать ни разу не смогла встретиться со своим отцом. Хотя, если ты быстро найдёшь опору среди Небесных, то спуститься на Землю будет легко. Хоть и дорого.
На самом деле я врал. Не сразу, но Света сможет спуститься на родную планету и повидать близких. Даже моя мама — смертная — спускалась. Правда, не на свою планету, а на Землю.
— Они помогут Ире? — тяжело спросил Костя.
— С этим сложнее. Она продала душу Демону. Может, и существуют редкие и могущественные Духи, которые способны удалить клеймо с её души, но я о таких не слышал.
Костя спрятал лицо в руках.
— Ира — это рычаг давления на Святую, — безжалостно продолжил я. — Ей не позволят спуститься в Ад.
— И… как? — вопросительно прохрипел Костя, не отнимая рук от лица.
— Небесный Грот любит сжигать души недругам. У них есть Дух пятого ранга — Сжигающий Душу Клинок. С помощью него они попытались разрушить мою душу и предотвратить моё падение в Ад. Но мой отец — Высший Демон. Он убил меня до того, как душа окончательно сожглась.
— Убил?… — Света уже устала удивляться. Её отстранённый взгляд был направлен куда-то за моё левое плечо.
— Да. Высшие Демоны — невероятно могущественные существа. Такому прикончить своего сына, даже если тот находится в Раю, несложно.
Я откровенно врал. Но и раскрывать личность отца я не собираюсь.
— Ире сожгут душу, — подвёл итог Костя.
— Скорее всего. Но сделают это так, чтобы вся вина легла на Ад. Так они заставят Свету ненавидеть Ад всей душой. Весьма предсказуемый ход.
Повисло молчание.
Костя встал. Сделал жест рукой Глав-слуге. Тот слегка
