состояния ужаса и не смогла соображать адекватно, первым делом принявшись убегать от монстра. Именно такую иллюзию я и наложил на Юхи: девушка оказалась в лесу преследуемая страшным монстром.
Спустя немного времени, мы возобновили тренировки. Я учёл просьбу красавицы и больше не использовал на ней Слендермена, однако в моей памяти имелось уйма и других страшных созданий, что заставляли почувствовать кошмарный ужас юную девицу. Юхи была недовольна, но прекрасно понимая смысл наших тренировок, она не спешила уходить или останавливаться. Наоборот, девушка всеми силами старалась научиться полезным фокусам и стать искусней в столь сложном пути ниндзя.
«Хотя… возможно она просто хочет побыть наедине со мной?» — задумался я над подобным, припомнив, как быстро девушка забыла обиду от отказа зайти на чай.
Было ли оно так на самом деле или нет, я по-прежнему не планировал заводить отношений в ближайшее время. Не до них мне было. Совсем не до них.
За время тренировок с Куренай я заметил, что моя чакра несколько изменилась.
Ранее это не привлекало внимание, но немного подумав, я счёл это последствиями от слияния личностей. Мой баланс чакры склонился в сторону духовной составляющей, благодаря чему техники Гендзюцу и стали значительно лучше. Да и на воображение я не жаловался и со всеми этими преимуществами, во мне открылся хороший талант в данном пути Шиноби. Талант, который отсутствовал у оригинального Какаши. Это подтвердила и Куренай своей эмоциональной реакцией на иллюзии.
Однако я не только пугал девушку придуманными страшилищами из другого мира, нет, я экспериментировал в совершенно разных направлениях и воздействовал на разум крайне разнообразно.
— Кхи-хи-хи. Не надо. Прекратите. Прошу… — оказавшись в плену иллюзий, Куренай ворочалась по траве, едва слышимо моля остановится.
В этот раз я наложил на неё совершенно другую иллюзии. Если раньше её разум страдал от ужаса, то сейчас его пленило совершенно другое, куда более приятное чувство. Вспомнив любимую технику Наруто, я решил реализовать её с помощью Гендзюцу. Я внушил Куренай, что ей уделяют внимание сразу пол десятка симпатичных юношей, которые трогали девушку за различные места и периодически осыпали её тело поцелуями.
Технику назвал Иллюзией Гарема.
(Иллюзия гарема)
«Получилось даже сильнее чем с монстрами…» — некоторое время я молча наблюдал, как девушка бормочет себе под нос смущающие вещи, не спеша развеивать иллюзию.
Однако время — ресурс ценный и пора бы уже прекратить это непотребство.
— С пробуждением. — Сблизившись с девушкой, я ввёл в её тело свою чакру и разрушил структуру Гендзюцу, из-за чего Куренай мгновенно очнулась от приятного сна.
Девушка удивлённо похлопала глазами, с удивлением осмотрелась и впилась в меня смущённо-сердитым взглядом.
— Какаши, ты извращенец! — С укором указала на меня пальчиком Куренай, покраснев лицом от смущающих чувств и постыдных воспоминаний.
— Тебе понравилось? — В ответ на её реакцию я только улыбнулся; улыбку скрывала маска, но Куренай всё равно поняла моё настроение и смутилась ещё сильней, отведя взгляд в сторону.
— Это было ужасающе сильная иллюзия. Давай поменяемся, теперь я буду накладывать Гендзюцу а ты их снимать! — Возмутилась брюнетка, не желая более быть жертвой моих экспериментов с иллюзиями.
— Как хочешь…
Гендзюцу девушки мало чем отличались от знакомых мне стандартов. Распознать их было просто, а вырваться ещё проще. Однако после того как я указал девушке на её ошибки, она взялась за меня серьёзно и постаралась повторить уже мои иллюзии. И если наложенные ей кошмары выглядели блекло, то вот её вариация Иллюзии Гарема ввела меня на небольшое время в ступор.
(Иллюзия Гарема (лучше арта не нашёл))
— Извращена. — Высказав обвинения, я с укором указал в её сторону.
— Эй! — возмутилась нахалка, — Ты первый начал!
— Знаю. Знаю и горжусь.
Встретившись взглядами, мы не выдержали и вместе рассмеялись. Тренировки в Гендзюцу с Куренай оказались крайне увлекательными и очень полезными.
«Думаю можно потренироваться с Куренай ещё немного, прежде чем уходить по своим делам…»
Глава 23
Конец отдыху
Глава 23: Конец отдыху
Проснувшись с рассветом под красивое пение птиц, я приготовил себе завтрак и коротал время за чтением полезной литературы, пока совершенно внезапно не раздался звонок, известивший о пришествии гостей.
«Странно… я никого не ждал», — сосредоточившись, я легко почувствовал знакомую чакру и сразу же успокоился, отправившись встречать прибывшего гостя.
— Какаши, есть минутка? — Стоило мне только открыть дверь, как перед моими глазами предстал наставник — Намикадзе Минато.
— Для вас всегда найдётся, сенсей.
Впустив Намикадзе в дом, мы устроились на диване гостиной, где и решили продолжить разговор, но прежде Минато сложил серию печати и вокруг нас мгновенно образовался небольшой купол барьера от лишних ушей. Подобные действия с его стороны сразу дали понять о высшей степени серьёзности грядущего разговора.
— В общем, мы с друзьями подумали, подняли связи и смогли кое-что предпринять. Слушай внимательно: цель твоей следующей миссии будет проходить по пути с мостом Канами. — Без каких-либо прелюдий мужчина перешёл сразу к главной теме разговора.
— Мне нужно будет обследовать место смерти? — Я мгновенно догадался о том, что хотел сказать мне Сенсей, что и поспешил озвучить.
— Верно, — кивнул собеседник. — Сделай это незаметно, лучше отправь теневого клона. Сама миссия будет долгая; тебе нужно будет сделать диверсию в стане врага.
«Диверсия на вражеской территории…» — повторил про себя, задумавшись над полученной информацией и возможными проблемами с заданием, — «миссия будет сложной, нужно как следует подготовиться к долгому путешествию»
— Ясно, — от услышанных слов я немного задумался, но оглядев внешний вид собеседника, сразу понял, что Минато собрался на миссию. — Вы будете присутствовать на похоронах?
— Увы, нет. Меня вновь отправляют на миссию. — Подтвердил все мои опасения мужчина, от чего сердце внезапно кольнуло болью.
«Жаль…» — но, не смотря на неприятные чувства, мои уста сказали совершенно иное.
— Я… я всё понимаю.
И это действительно было так. Невзирая на то, что Минато уважаемый шиноби, он всё ещё подчиняется Хокаге и обязан выполнять свой долг, особенно
