все эти факторы различны, неудивительно, что и этикет везде свой. То, что разрешено в одном государстве может считаться недопустимым в другом. Это как судебная система и законы. Нет ничего ужасного в том, чтобы признаться в незнании правил общества или законов государства, в котором леди даже не планировала появляться в ближайшее время. И уж тем более нельзя считать женщину глупой и необразованной, основываясь лишь на этом.
– Любопытно, – Себастьян потер подбородок. Дэлор тоже так делал, когда о чем-то задумывался. – Вы очень четко обосновали свое мнение.
– Это тоже запрещено этикетом? – кисло спросила я.
– Нет, что вы! – хохотнул ди Фелмо, подходя к стене и отодвигая часть её в сторону.
Как оказалось, здесь находилась фальшь-панель, за которой скрывался бар, совмещенный с холодильником. Себ ловко вытащил высокие бокалы и несколько тарелок с готовыми закусками.
– Нет, но… – я попыталась подтолкнуть хозяина особняка к откровенности.
– Что но?
– Женщинам не запрещено этикетом высказывать умные мысли, но… – слово застыло в воздухе.
– Но обычно этого не делают, – продолжил Себастьян, – потому что считается, что леди это не нужно. Вызывает преждевременное старение, морщины и болезни.
– Поэтому даже умные дамы в высшем свете притворяются милыми дурочками, – заключила я.
– Не все, конечно.
– Что ж, хотя бы это радует.
– Мария, что вам налить? – спросил ди Фелмо. – Сок, вино или, может быть, сделать коктейль?
Сначала я хотела согласиться на сок, но увидела в руке Себа бутылочку вина, что мы пили с магами на новоселье. Оно мне понравилось больше всего. Не слишком кислое, сладковатое, с явной фруктовой ноткой и практически безалкогольное. Кажется, градусов там было не намного больше, чем в кефире.
– Давайте вино, – решила я. Себастьян расплылся в хитрой улыбке. – Только не говорите мне, что, согласно этикету, леди не стоило бы выбирать вино.
– Не скажу… – сдерживая смех, протянул ди Фелмо.
После такого пренебрежения правилами поведения с моей стороны, Себ переодеваться не пошел, и некоторая напряженность, которая чувствовалась в его мимике и жестах, пропала. Он, кажется, расслабился и общался со мной так же просто, как с Дэлором. Беседа об этикете плавно перетекла в рассказ о наиболее интересных дамах в высшем обществе, а потом о последних слухах, сплетнях и новостях.
Себастьян спросил о том, чем мы занимаемся, но Дэлор ушел от ответа. Видимо, генерал не сообщил своему другу, где был последнее время. Поняв, что это тайна, ди Фелмо перестал задавать подобные вопросы, но явно было видно, что ему любопытно.
Наконец, после того, как мы опустошили бутылку вина, генерал перешел к сути.
– Конечно, я вам помогу! – заверил Себастьян, услышав рассказ об играх и патентах. – Но если вы не хотите привлекать внимания, то гулять по столице придется очень осторожно.
– Почему? – удивилась я.
– Слишком у вас необычная аура, Мария. Сразу видно чрезвычайно одаренного мага. Многие могут заинтересоваться. Все же такая мощь встречается нечасто. Кстати, я не могу определить направленность. Вижу, что вы не боевой маг, не целитель…
– Я – пространственник.
Мне захотелось покрасоваться, поэтому перед нами соткалось окно, которое отображало картинку с магического разведчика. Он завис над центром столицы, показывая огоньки освещенных улиц, сначала немного покрутился на месте, а потом, подчиняясь моей магии, резко ухнул вниз, остановившись у самой земли. Ощущения были, словно сидишь в 3D кинотеатре. Разведчик медленно пролетел по центральному проспекту, показывая прогуливающихся людей, затем резко ускорился, снова остановился, плавно облетел фонтан и исчез, словно в каплях воды.
Ничего особенного на самом деле (у нас в фильмах то же самое показывают с музыкой и спецэффектами), но для местных такой показ был в новинку.
– Невероятно! Какое виртуозное владение магическим сгустком! – Себастьян с восторгом посмотрел на меня.
– Это ты не видел, как ловко она с порталами управляется, – с гордостью сказал Дэлор.
Это что? Он перед другом мной хвастается?
– Так вот почему вы прибыли так быстро! – сообразил Себ. – Прошли порталом! Поздний вечер выбрали, чтобы никто не видел, откуда вы появились.
Генерал кивнул.
– Тогда тем более не стоит демонстрировать ауру Марии. Таких магов на континенте точно нет. Вами обязательно заинтересуются.
– В любом случае это произойдет, – вздохнула я. – При регистрации в патентном бюро надо будет демонстрировать ауру, ведь именно она отпечатывается на магических документах.
– Да, но по улицам можно ходить, закрыв ауру, – подсказал генерал.
– А это не будет слишком подозрительно? Ходила с одной аурой, потом вдруг с другой? – засомневалась я. – Может быть, не стоит демонстрировать, что у меня есть такое умение?
– Умение? – переспросил Себ. – Так это не артефакт?! Считается, что слишком сильно изменить ауру нельзя, но я вижу тебя, друг мой, и начинаю в этом сомневаться.
– На самом деле ничего особенно не меняется, – ответил Дэлор. – Суть этой техники в сочетании аурного контроля и элементов магии иллюзии. Я сделал более блеклыми цвета основных каналов, частично скрыл размер ауры, а с помощью иллюзии изменил цвет. Это не так просто, каждый раз надо подбирать оттенок под свою магию. А еще поддерживать небольшую маскировку, чтобы иллюзию не опознали.
– Сложно, но результат говорит сам за себя.
– Себ, я попрошу тебя не распространятся об этой методике. Меня этому научил человек, работавший в теневом ведомстве, сам понимаешь… – Дэлор закрыл ладонью рот.
Этот жест в этом мире можно было перевести как «секретное знание».
– Конечно, буду молчать, – уверил ди Фелмо. – Однако у меня появилась идея. Если это умение, а не артефакт, то можно им пользоваться незаметно. Когда надо будет отпечатать ауру на документах, снять маскировку, а потом восстановить.
– И как я это сделаю на глазах у всей комиссии? – спросила я.
– Фиксация ауры – дело всего пары мгновений, – объяснил Себастьян, – если чем-то отвлечь чиновников во время этого действа, то может получится.
– А если они заметят, то меня арестуют за нарушение закона.
– Нет такого закона, – вмешался Дэлор. – Считается, что ауру можно изменить лишь незначительно. Но если наш секрет вскроется, это приведет к очень неприятным последствиям. Вся система правосудия может рухнуть, ведь многие важные бумаги визируют с помощью ауры. Однако если мы разработаем четкий план, то, полагаю,
