Читаем без скачивания Время отмщения - Алексей Волков

– Попытаемся, – кивнул старик. – Думаю, едва запахнет жареным, кое-кто из местных с радостью переберется к нам.

– Вам, – очкарик повернулся к военному, – помимо всего прочего надо выделить аппарат военных советников. Раз местные давно отвыкли воевать всерьез, надо помочь им вспомнить, как это делается.

– Ну, это как раз нетрудно, – усмехнулся военный. – Как только будет заключено соответствующее соглашение, мы немедленно пошлем туда группу опытных офицеров и генералов. Правда, за результат ответить трудно. Многое зависит от местного людского материала.

Все умолкли, анализируя ситуацию со всех сторон, и прикидывая, не забыто ли еще что-то из главного или хотя бы второстепенного, но тоже представляющего в перспективе какую-то ценность. В глобальных делах нет мелочей. Что-то упустишь, а в итоге все здание начинает рушиться в самый неподходящий момент.

– Кстати, товарищи, – военный отпил из стоящего перед ним стакана давно остывший за разговорами чай. – Наши оружейники провели испытание полученных образцов стрелкового оружия, – тавтология говорившего не смущала, он же не являлся политиком, а в уставах и наставлениях правила русского языка выступают в крайне упрощенном виде. – Так вот, ничего, выводящего нас на иной уровень, не обнаружено. Общий вывод оружейников – по крайней мере, здесь мы особо не уступаем, а во многом и превосходим иномирян. Например, представленные нам образцы пистолет-пулеметов имеют большую пробивную способность, сильное останавливающее действие, и при том – большой разброс и крайне неудовлетворительную дальность стрельбы. Смешно сказать – по оценкам дальность эффектного огня не превышает сотни метров, а реально, пожалуй, еще ниже. Винтовки более удовлетворительны, но, к сожалению, их надежность оставляет лучшего. Процент отказа весьма велик. Вообще, стрелковое оружие у них достаточно капризное и требует самого тщательного ухода. Очевидно, уже целый ряд лет на это дело там не уделяли внимания.

– Положим, в данном случае нас интересует не стрелковое оружие, а совсем иное. Если мы сумеем овладеть технологиями, а вы ведь знаете, что заводы в Элосте полностью автоматизированы, причем, электроника настолько миниатюрна, что даже фантастам такое не снилось, то наши ученые в дальнейшем на этой базе сами разработают все необходимое, – напомнил очкарик. – В тех же боевых системах можно сделать автоматизированное управление некоторыми процессами, что будет только на пользу. Кроме того, в Элосте имеется не только обычное оружие. С ним-то как раз у нас тоже все в порядке. Нам необходим качественный прорыв в основных технологиях – средства связи и управления, всевозможная техника, в том числе и бытовая, искусственная пища. И, конечно, деньги, которые мы за это выручим. Финансовое положение государства не из блестящих, и требуется увеличить бюджет любой ценой.

– Я понимаю, – согласился военный. – Лишь докладываю о проведенных испытаниях.

– Может, все же намекнем Меченному? – вставил старик.

– Не стоит, – покачал головой очкарик. – По крайней мере, до получения ощутимого результата.

– Нет, так нет. Тогда, товарищи, приглашаю вас пообедать. Так сказать, чем Бог послал. Думаю, основное мы уже обговорили, и теперь подождем дополнительной информации.

Кто и когда отказывался от обеда? Особенно – не от синтетического, а из самых натуральных продуктов? Тем более тех, которые большинство граждан страны видели разве что по большим государственным праздникам, да и то не все.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Странное это ощущение – находиться в заброшенном городе. За время недолгой жизни мне доводилось видеть многое. Прохладное Балтийское море с его песчаными дюнами и наклоненными прочь от берега соснами, спокойная среднерусская полоса, тайга Дальнего Востока, куда я попал служить, пески и горы Востока Среднего, где продолжил службу. И везде жили люди. На хуторах, в деревнях, поселках, кишлаках, в городках и городах, в домах самых разных, деревянных, каменных, глиняных, вообще непонятно каких.

Конечно, попадались порою разваливающиеся пустые строения. Одна Калининградская область с этой стороны стоит многого. Да и в других местах то и дело промелькнет дом, лишенный хозяев, брошенный, предназначенный на снос, или же разрушенный войной, как это частенько бывало по ту сторону Врат. Пустые деревни тоже были. Несколько полуразвалившихся изб, остатки заборов, заросшие сорняками поля… Но чтобы сразу лишенный жителей целый город…

Пустые коробки домов, лишенные всевозможной начинки в виде мебели, бытовых приборов, сантехники, всего того, что делает строение жильем. Попадались порою тряпки, пропитанные плесенью настолько, что их было противно взять в руки, да какая-то мелочь непонятного назначения и частенько – странных форм. А во дворах – трава, хоть скороговорки складывай.

Довольно быстро сложилось впечатление, что никакой банды в городе нет. Не может человеческая психика выдержать такого! Пошарить в поисках добычи, осмотреться, принять бой – дело другое. Но постоянно находиться посреди вымерших кварталов настолько неуютно, что даже сравнить не с чем. Я уже не говорю, что город – хозяйство сложное. Лиши его коммунальных услуг, и для обитания он приспособлен еще меньше, чем дремучая тайга.

Гадить можно по углам, без света как-то обходиться, воду брать уж не знаю, где, никаких уличных колонок мы не видели, но чисто психологически поселиться здесь небольшой группой невозможно, а большой – вымрешь с голода и от антисанитарии.

Впрочем, оно и лучше. В том смысле, что воевать с заезжей бандой мне совсем не хотелось. Судя по разгрому, которому подвергся местный отряд, воевать гастролеры умели, и с оружием у них порядок. Особенно впечатляла раскуроченные боевые машины. Огромные, высоченные, они явно вначале налетели на фугас, затем получили порцию из гранатометов, и уже после их останки подверглись посмертному глумлению в виде старательного снятия вооружения.

Последнее наводило на некоторые мысли. Любая банда ценит мобильность, и к чему им что-то излишне тяжелое? Да и важно не столько оружие, сколько боеприпасы к нему. Плюс добавим технические заморочки, все же, не с руки же стрелять. Или где-то втихаря готовится укрепрайон, где любой ствол будет снабжен соответствующим станком и прочими приспособлениями?

Не нравятся мне подобные перспективы.

Зам по вооружению примчался сразу, спустя минут двадцать после доклада об обнаруженной боевой технике. Он даже не стал дожидаться окончания прочески, и два штабных бэтээра лихо прокатились по городу, словно опасностей для них отнюдь не существовало. Пусть духи ушли, пусть никто не собирается расстреливать нас из окон, но что мешало оставить на улицах несколько фугасных сюрпризов?

Впрочем, теперь тут было не до меня. Наши технари живо оседлали местное чудо военной мысли, но никто не отменял приказ, и моя рота двинулась дальше. Я лишь отметил про себя, что подбитые машины явно не были рассчитаны на экипаж, не было в их внутренностях места для людей, и, следовательно, являлись пресловутыми боевыми роботами.

Так оно и бывает. Читаешь фантастику, представляешь автоматизированный новый мир, а при встрече с первым автоматом попадается нечто среднее между танком и броневиком.

– Я же говорил – заберут! – Тенсино был огорчен утратой трофейного автомата.

Однако тут все было настолько очевидно, что я комментировать не стал.

Мы потихоньку продолжали прочесывать город. Некоторое время после картинки разгрома бойцы были напряжены, однако постепенно к ним тоже стало приходить ощущение полного безлюдья вокруг. Человек не может постоянно находиться в напряжении. Нет, мы по-прежнему внимательно следили за каждым окном, заглядывали в каждый дом, соблюдая все положенные меры предосторожности, однако чувствовалось – опасности больше никто не ждет.

Тем не менее, когда за очередным поворотом промелькнули идущие навстречу силуэты людей, все мгновенно залегли.

Но это были наши.

До темноты мы прошли весь город. Не настолько он оказался велик, да и в деле были два наших мотострелковых батальона, разведрота, плюс – сорванный с места ради такого случая ДШБ. Командование наверняка долго решало, что лучше: вывести нас на ночь в поля, или же устроить отдых здесь, и в конечном итоге остановилось на последнем.

Кому-то достался центр города, моя же рота вернулась на окраину, с которой начинала операцию. Впрочем, подобно большинству подразделений. Если в городе никого нет, это еще не значит, что никто и не заявится.

Всегда завидовал туристам. Выбрал местечко поуютнее, и отдыхай. Хочешь – спи, хочешь – пой песни у костра, хочешь – пей. Увы, но если я и стану беззаботным бродягой, произойдет это еще не скоро.

Я наладил связь с соседями, большую часть техники расположил в резерве, другую ее часть мы замаскировали и выдвинули на самые окраины так, чтобы она немедленно могла перекрыть огнем все подходы к городу. Пока наметили сектора обстрела, пока составили расписание, кому, когда и где находиться в случае чего, пока наметили порядок дежурств, короткий южный вечер начал стремительно переходить в ночь.