— Но я буду там рядом с вами, в этом лагере? — обеспокоенно спросила она.
— Полагаю, что да. Правда, все мы живем в одном помещении. Личных апартаментов ни у кого нет.
Они уже миновали рощу, так и оставив лежать на поле двух дезертиров.
Стемнело, когда они приблизились к каменному строению, ферме Котсуолд, которая служила прибежищем для штаба Оливера Кромвеля. Вокруг стояли палатки, возле них между деревьями горели костры, масляные лампы, факелы. Звуки дудок и мерный барабанный бой разносились в морозном вечернем воздухе.
Фиби с любопытством смотрела вокруг с высокого конского крупа. Все ее страхи окончательно исчезли, а бедный охромевший конь взбодрился, поднял голову и радостно заржал.
Кейто похлопал его по шее.
— Сейчас отдохнешь, дружок.
Тот благодарно ткнулся мордой ему в плечо.
Штаб располагался в двухэтажном здании из желтого котсуолдского камня с двумя флигелями по бокам. Посреди двора, образованного этими строениями, суетились в свете факелов солдаты, нагружая и разгружая повозки. Кейто подозвал одного из них.
— Слушаю, милорд, — отозвался тот, глядя при этом на сидящую в седле Фиби.
— Мой конь захромал, — сказал ему Кейто. — Отведи его на конюшню и скажи, чтобы осмотрели заднюю правую ногу.
У него растяжение щетки. Пусть поставят припарки и меняют каждый час. Ты понял?
— Так точно, милорд.
Солдат отдал честь и увел коня. Однако не забыл опять с явным одобрением окинуть взглядом Фиби, на что та ответила обычной для нее приветливой улыбкой.
— Пойдем, — строго произнес Кейто, беря ее за локоть и направляясь вместе с ней к главному входу в дом. — И пожалуйста, помни, что повсюду здесь тебя будут сопровождать любопытные, чтобы не сказать больше, мужские взгляды, и вовсе не обязательно отвечать улыбкой или еще как-либо на каждый из них.
— Но ведь я просто из вежливости, — удивленно возразила она. — Он даже ни слова не сказал мне, и я ему тоже. Не понимаю, о чем вы говорите, милорд?
— Ты еще многого не понимаешь, и в этом твое счастье, девочка.
Они подошли к выходу, возле которого стоял часовой. Тот приветствовал их и распахнул дверь. Фиби очутилась в огромном помещении с бревенчатым потолком и каменными стенами. Там было полно людей, большинство из них сидели на скамьях вокруг длинного стола в центре зала. На столе дымились блюда с горячим мясом, стояли кожаные фляги с вином.
— Кейто! — раздался возглас с дальнего конца стола. — Приветствуем вас! Не ожидали увидеть сегодня.
Высокий мужчина поднялся со своего места и направился к ним, держа в руке кружку с пивом.
— Я и не собирался, — отозвался Кейто, — да мой конь охромел после встречи с бандой дезертиров. Вот и приходится просить у вас ночлега, Оливер. — Они обменялись рукопожатиями. — Это генерал Кромвель, — добавил он, обернувшись к Фиби. — Познакомьтесь с моей женой, Оливер.
Фиби присела в поклоне. Так вот он какой, Оливер Кромвель, — в одежде простого покроя из дешевого сукна и к тому же перепачканной чуть ли не кровью.
— Рад познакомиться с вами, леди Гренвилл.
Он коротко поклонился. У него были резкий голос и красноватое лицо, показавшееся Фиби опухшим. «Уж не от пьянства ли?» — подумала она. В сравнении с Кейто он проигрывал во всех отношениях. Она сняла шляпу и продолжала молча стоять, не зная, что говорить и делать дальше.
— Здесь не совсем подходящая обстановка для женщин, — сказал Кромвель. — Тем не менее прошу вас к столу.
— Да, мы умираем с голоду, — признался Кейто, помогая Фиби снять плащ и вешая его на решетку камина.
Затем Кейто представил Фиби еще нескольким мужчинам, поднявшимся со своих мест с поклонами.
— Садитесь, леди Гренвилл, — с улыбкой сказал человек аскетического вида, выглядевший старше остальных и одетый, насколько Фиби могла судить об этом, по последней моде.
— Это лорд Ферфакс, — представил его Кейто. — Поешь хорошенько, Фиби, а потом я определю тебя на ночлег.
Он принес ей тарелку с жареной свининой и картофелем, кусок пшеничного хлеба и вина в кружке. Ее удивило, с какой простотой он исполняет обязанности обыкновенного слуги. Последующие его действия, когда он оставил ее совершенно одну и пересел на дальнюю скамью, вызвали у нее некоторое беспокойство. Однако никто больше не заговаривал с ней, ее вообще как бы перестали замечать.
Она принялась за еду, бросая время от времени быстрые взгляды по сторонам и начиная уже привыкать к несмолкаемому гулу голосов, который ее странным образом успокаивал.
Кейто иногда поглядывал в ее сторону, но в большей степени уделял внимание разговору со своими сподвижниками. Однако не забывал и о еде и, когда принесли суп, щедро плеснул себе в миску.
Фиби уже расправилась с поросенком, но аппетитный запах супа, распространившийся по залу, так и дразнил ее. Почему же никто, и Кейто в том числе, не обращает на нее внимания, не интересуется, насытилась ли она, не хочет ли горячего? Выразительные взгляды, которые она бросала на мужа, оказались тщетными, он на них не отвечал.
Поколебавшись немного, она вздернула подбородок и поднялась с места, сразу же поймав удивленные взгляды соседей. Глядя прямо перед собой, она направилась туда, где возвышалась большая супница.
— В чем дело? — недовольным тоном окликнул ее Кейто.
— Можно мне тоже супа? — спросила она, задирая подбородок еще выше.
Теперь, наверно, решительно все, сидевшие в зале, так и ели ее взглядами, что вызвало еще большее недовольство Кейто.
— Сядь на место! — сурово прикрикнул он.
— Но я не наелась…
— Хорошо, тогда садись сюда. — Он подвинулся на скамье и вновь наполнил до краев супом свою полупустую миску. — Тут не хватает посуды, — пояснил он все так же сурово. — Ешь, сколько хочешь, я доем, если оставишь. — Но она не оставила. — Прекрасно. — Кейто встал из-за стола. — Теперь пойдем наверх.
— Доброй ночи, леди Гренвилл, — напутствовал ее Кромвель. — Надеюсь, вас не очень потревожат. Правда, у нас тут ночи редко бывают спокойными, заранее прощу прощения.
— Всего хорошего, джентльмены, — сказала Фиби, уже следуя за подгоняющим ее мужем.
По узкой лесенке в самом конце комнаты они поднялись на второй этаж, и Фиби сразу поняла смысл предупреждения Кромвеля. Перед ней простиралась еще одна огромная комната, расположенная под скатом крыши, вся уставленная походными койками и кожаными сундучками. Сколько мест уже занято, она в темноте не разобрала, но люди здесь были.
— Они все спят здесь? — спросила она с ужасом. — Все вместе?
— Я говорил тебе, что удобств тут маловато, — ответил Кейто, поднимая повыше лампу, взятую с собой снизу.
