Вновь воцарилось молчание.
— Мой лорд, я не вижу возможностей, — произнес Ранпарре с нажимом, — которые заставили бы меня вывести корабли. Каждое судно, что мы уже потеряли, унесло за собой множество вражеских кораблей. Если мы прекратим битву, не попытавшись завоевать победу в их честь, то покроем себя позором и подведем павших братьев.
— В тактическом маневре нет бесчестия, — ответил Кантор. — По крайней мере, вызванном приказом. Я не могу допустить, чтобы весь флот был уничтожен. Ситуация уже стала много хуже, чем мы предполагали. Прикажи «Крестоносцу» сменить позицию. Он должен отправиться в сегментум главного штаба и просить помощи. Я не позволю, чтобы гордость стала причиной нашей гибели.
— Корабль не сможет совершить прыжок так близко к гравитационному колодцу, мой лорд, — возразил Ранпарре. — И в одиночку он не прорвется через флот орков.
Кантор нахмурился, понимая, что выбора нет.
— Тогда собери все оставшиеся корабли, чтобы провести «Крестоносец». Ему придется рискнуть и прыгнуть. Многие суда Снагрода уцелели. Значит, и наш сможет. Это мой последний приказ тебе, брат. Когда «Крестоносец» уйдет, ты будешь сражаться до достойного конца.
Легенда о тебе будет жить вечно.
Ранпарре никогда не узнает, как тяжело было Кантору сказать такое.
— Благодарю вас, мой лорд. Хорошей битвы. И пусть Дорн хранит всех нас.
Ранпарре оборвал связь.
— Прощай, брат, — практически самому себе тихо ответил магистр. — Я увижу тебя вновь рядом с Императором.
ПЯТНАДЦАТЬ
Кассар, город Новый Ринн
Алвес не сидел на месте, а шагал взад-вперед в торце стола, и армированные ботинки гулко стучали по гранитному полу. Остальные безмолвно за ним наблюдали.
Кассар мог похвастаться очень маленьким стратегиумом. В отличие от своего аналога в Арке Тираннусе, этот был квадратным и без купола. Стол тоже был другим — с углами и выполнен не из хрусталя, а из черного дерева, столь же старого, как само здание. Вокруг него расселись двенадцать Багровых Кулаков, включая Гурона Гримма, эпистолярия Дегуэрро и командующих отделениями из Крестоносной, Второй и Третьей рот.
Наконец капитан остановился и повернулся, окинув собравшихся колючим взглядом:
— Высшее командование Риннсгвардии отправляет колонну из техники и пехоты из Полей Таргис. Я приказываю, чтобы трасса номер два охранялась любой ценой. Как только колонна пройдет врата Умбрис, я хочу, чтобы они были заперты и забаррикадированы. Орки наверняка рассеются по всем территориям. Горы Аншар Минорис защищают нас с севера, но они же выводят врага к северным районам. Я полагаю, что врата Умбрис подвергнутся массированной атаке в начале вторжения. Он остановил взгляд на одном из ветеранов-сержантов, сидевшем за дальним концом стола, узколицем Астартес с острым подбородком.
— Сержант Делос, за этот участок стены будешь отдать ты. Там уже размещены четыре риннских взвода, как только прибудешь на место, примешь командование. Удостоверься, что их старшие офицеры точно понимают, кому подчиняются.
Делос слегка склонил голову:
— Понял, мой лорд.
Алвес наконец сел. Положив одну руку на стол, он откинулся на спинку кресла.
— Нам досталась тяжелая ноша, братья мои, но мы справимся с задачей. Магистр Ордена надеется на нас. Только что пришло сообщение, что наш фронт прорван. Орки посыплются на нас сверху как град. Это уже началось. В городе объявлено военное положение. Все горожане, способные сражаться, присоединятся к военным. Продуктовые склады я ключевые ресурсы будут объединены и станут распределяться в соответствии с требованиями военного положения. Конечно же, эти вопросы для нас важны лишь во вторую очередь. Пусть Риннсгвардия и Арбитрес управляются с горожанами. Наша роль куда проще. Мы здесь для того, чтобы выиграть войну. Чтобы преуспеть, нам нужно лишь держаться, пока не сдохнет последний ксенос.
Некоторые из присутствующих кивнули в ответ. Другие пробормотали что-то, соглашаясь, или сидели молча, как Гурон Гримм, с мрачными лицами.
— Городские стены крепки, — продолжил Алвес. — Они выдержат, если мы не допустим ошибок. Ворота еще крепче, и я уже отправил всю нашу тяжелую технику на их защиту. Любая брешь будет немедленно заполнена огнем «Хищников» и «Защитников». Технодесантники уже сейчас стоят на парапетах и готовят артиллерию. Пока у нас есть достаточно вооружения и припасов, я абсолютно уверен в нашей способности противостоять врагу, по крайней мере на поверхности планеты. Другое дело с подземельем. У меня нет иного выбора, кроме как послать все отделения терминаторов, за исключением тех, кто охраняет космодром, наблюдать за туннелями.
Пресекая протесты со стороны сержантов из Крестоносной роты, капитан поднял облаченную в броню руку:
— Братья, я не отдал бы этот приказ, не будь в нем абсолютной необходимости. Дорн знает, я бы скорее отправил вас к городским воротам, но орки, несомненно, попытаются проникнуть к нам через подземелье, терминаторы и дредноуты лучше всего будут противостоять им там. По крайней мере, вы убьете достаточно врагов. Мы не можем обрушить туннели: они выполняют ряд функций, жизненно важных для города. Вам будут подносить оружие и смазочно-охлаждающие эмульсии.
— Тогда туннели будут взяты под охрану, — произнес Барриен Галлак, сержант Первого отделения в авангарде. — Мы забьем их трупами зеленокожих.
— Вижу, что так и сделаете, — отозвался Алвес.
Он наклонился вперед, заглядывая в глаза каждому Астартес в комнате, и на его обветренном, иссеченном шрамами лице появилась хищная улыбка.
— Возрадуемся же грядущей битве, братья, — добавил он. — Это то, для чего мы живем. Докажем нашу силу в пылу схватки. Мы будем дышать победой, как воздухом. Поверьте мне, здесь будут рождаться легенды.
ШЕСТНАДЦАТЬ
Арке Тираннус, горы Адского Клинка
Они пришли.
Эта ночь войдет в историю как Ночь Пылающего Неба, и она вполне заслужила такое название. На всем своем протяжении хребты Адского Клинка, тысячи километров острых горных пиков содрогались и вспыхивали яркими взрывами. Флот зеленокожих, сметя наскоро организованную защитную блокаду, начал бомбардировку планеты, чтобы унести миллионы жизней. Корабли Снагрода были оснащены так, чтобы накрывать огнем и большие, и маленькие города. С таким количеством орудий им не нужно было быть точными.
Стиснув зубы, Педро Кантор смотрел, как льется с небес смертоносный дождь. За его спиной стояли мрачные братья из его почетного караула. В небе над бастионом Серция, где они стояли, не переставая падали вражеские снаряды. Ни один не попал в крепость-монастырь, безвредно взрываясь в полукилометре над головой магистра, не в силах проникнуть через мощный пустотный щит, защищавший Арке Тираннус.
Каждый снаряд, попадавший в мерцающий щит, освещал ландшафт внизу ярким светом, ночь была светла, как день.
Из-за работавших на полную мощность пустотных щитов воздух стал спертым и вязким, почти физически тяжелым, и ни на секунду не смолкало громкое жужжание, различимое в промежутках между взрывами.
Кантор позвал с собой распорядителя Савалеса. Сенешаль последовал за своим повелителем. Магистр Ордена хотел, чтобы Савалес находился в безопасности. Как только бомбардировка закончится, пустотные щиты буяут отключены, чтобы можно было открыть ответный огонь. Оставить их включенными было безопаснее, но это позволит оркам приземляться везде, где они вздумают; и отпор им дадут только защитные барьеры, сооруженные Риннсгвардией.
По команде лорда Савалес, склонив голову, выступил вперед и встал перед Кантором.
— Что желает мой лорд? — спросил он, посмотрев в глаза магистру.
Кантор поискал в его глазах признаки страха и с гордостью понял, что их там не было. Савалес оставался таким же невозмутимым, как всегда. «Он должен был быть одним из нас, — подумал Кантор. — Он мог бы овеять себя славными легендами».
— Рамир, возвращайся в центральную твердыню. Щиты скоро будут отключены, и я не хочу, чтобы ты оказался на открытой местности.
Старый сенешаль выдержал взгляд магистра Ордена.
— Мое место рядом с вами, лорд, независимо от опасности.
В его голосе не было вызова. Он просто констатировал простой факт, не подлежащий обсуждению и спорам.
— Сейчас мне нужно, чтобы мой сенешаль вернулся в крепость, как приказано, — сказал Кантор. — Мертвый никому не может служить. Собери самых юных избранных в рефекторуме. Они будут испуганы, и ты научишь их преодолевать страх.
Савалес позволил себе выказать нежелание, но ответил:
