и все. Мне с трудом удалось преодолеть эту нестыковку во время фальшивого раскрытия тайны преступления в павильоне «Парамаунта». Но это говорит о хаосе в вашей голове, а также дает понять, что у вас не было времени, вы не успели спокойно обдумать свой трюк. В этом обстоятельстве заключено сейчас ваше спасение. В любом случае, эта ваша ошибка вселила в меня уверенность в том, что вы останетесь жить.
Итак, после того как трое телохранителей спустились вниз, вы поползли по подвесному мосту, открыли зарешеченную дверь запасным ключом и вошли в пирамиду. Колючая проволока вокруг воздушного коридора была просто намотана вокруг него, но не приварена. Если немного отодвинуть всю проволоку в сторону башни и открыть дверь, то можно протиснуться внутрь пирамиды через открывшуюся узкую щель. А закрыв дверь, вернуть колючую проволоку в исходное положение, подцепив ее крючком. Так вот, подготовка к съемкам закончилась, и в скальном пространстве на втором этаже никого не осталось. Незаметно для персонала, обедающего на песке внизу, вы открыли потайную каменную пробку, чтобы войти в комнату царя, и пробрались внутрь, стараясь не выпускать сажу наружу. Затем закрыли пробку обратно и привинтили проволочную сетку и фильтровальную ткань. Прошли по коридору, взяли приготовленный там набор черпаков, зашли в жилище Роджера, взяли бак и вернулись, поливая коридор и комнату царя морской водой. Возможно, в это время вы разлили и бензин. Затем вернулись в свое убежище и стали ждать вечера. Когда солнце начало садиться, вы снова надели свой акваланг, вышли, выбрались на берег в безлюдном месте и поехали автостопом обратно в Новый Орлеан, а потом в Филадельфию.
Вы все рассказали одному знаменитому адвокату — не буду называть его имени — и попросили его помочь вам исчезнуть. После этого адвокат начал действовать. Он сделал все приготовления с пластической операцией и тренировкой голоса. Именно этот блестящий адвокат купил личность Тимоти Дилейни за целое состояние, поговорил со Стивом Миллером и договорился с ним о цене. Между прочим, он знает секреты многих американских сановников. Если б он решил открыть СМИ все, что знает, я думаю, государство могло бы пошатнуться. Именно поэтому вы выбрали его. Вы, наверное, считали, что ваша великая тайна будет незаметна в тени еще больших национальных тайн. Что скажете?
Митараи остановился. Снова повисла тишина.
— Вы хотите, чтобы я восхищался вашими способностями? Они очень хороши. Вы не уступаете выбранному мной адвокату. Я просил пригласить лучшего сыщика, и совсем не обязательно такого, как вы. Меня устроил бы и кто-нибудь попроще.
— Не в этом дело. Я спрашиваю, не пропущено ли что-нибудь в моем объяснении.
— Может, и пропущено, но я уже забыл детали. Я получил слишком большое потрясение.
Потрясение, которое получили мы с Леоной, было не меньше. Мы были так ошеломлены, что потеряли дар речи и долго молчали. К дому Леоны на вершине холма машины почти не подъезжают, так что было очень тихо. Так тихо, что это даже вызывало беспокойство у людей, привыкших к жизни в японском городе.
— Господин Митараи… — Леона, похоже, наконец нашла, что сказать. — Я поняла, что насос не использовался для убийства Ричарда Алексона… То есть для утопления Пола Алексона. Очень хорошо поняла. А Пол доказал свою теорию о том, что пирамида Хуфу в Гизе была гигантским водяным насосом?
— Это вопрос не ко мне, а вот к нему, к родственнику.
— Это тайна, Леона. Абсолютная тайна. Мой брат никогда не упоминал об этом. Я был очень занят на работе, Пол целиком отдавался устройству подземного жилища, но, так или иначе, когда мы время от времени встречались, всегда обменивались краткими сообщениями о том, как идут дела, и быстро расставались. Поскольку мы оба занятые люди, у нас не было времени на легкую болтовню, так что об этом мы не говорили ни разу. Но мне очень хотелось бы это знать. Господин Митараи, а вы что об этом думаете?
— Это очень сложный вопрос. В какой-то момент я фактически потерял всякий интерес к этому делу. Меня стало интересовать только то, сработала ли теория относительно пирамиды-насоса и удался ли эксперимент Пола Алексона.
— Но, господин Митараи, как быть с этим? — Леона указала на макет пирамиды, сделанный Эриком Бернаром, который стоял на столе поодаль. — Эксперимент с этой моделью тогда удался, не так ли?
Именно это и я хотел сказать.
Митараи поднял обе руки и откинулся назад.
— А, ты об этом! — Затем он с большим достоинством встал со стула и медленно пошел к макету. — Вы все еще верите в такие фиктивные эксперименты? — спросил мой друг, оглядываясь назад.
— Вы хотите сказать, что теоретически это возможно, но на самом деле маленькая модель и реальная гигантская пирамида — совершенно разные вещи?! — воскликнула
Леона.
— Даже теоретически это совершенно разные вещи. Это все ради вашего фильма. Чтобы получить разрешение на возобновление съемок, у меня не было другого выбора, кроме как обмануть копов, которые уже несли полную чушь.
Говоря это, Митараи взял макет и перенес его на наш стол.
— Значит, вы говорите, что это даже теоретически невозможно? В статье моего брата было подробно описано, как это сделать… — сказал Ричард Алексон.
Митараи осторожно опустил большой макет на стол.
— Я хочу сказать одно. Если б вы действительно решили совершить убийство с помощью этого насоса, то потерпели бы неудачу.
— Почему?! Пол тоже не верил в это? — настаивал Ричард.
— Никак! Можно допустить, что первая его догадка привела к такому недоразумению. Но он археолог, а не физик, и школьный курс физики успешно забыл. Но его жена — химик, и если б он ее спросил, то сразу понял бы свою ошибку.
— Что вы имеете в виду? Объясните. Не томите меня!
— Это элементарная физика. В процессе горения расходуется кислород, содержащийся в воздухе, и всосаться может ровно столько воды, сколько израсходовано кислорода. Вот экспериментальное устройство для демонстрации этого явления. Хотите еще раз попробовать? Леона, тут есть немного бензина…
Митараи достал из кармана маленькую бутылочку. Леона кивнула с обеспокоенным выражением.
Как и тогда, мой друг снял переднюю крышку пирамиды, отодвинул ее в сторону и вынул блок-пробку у подножия скалистой горы на втором этаже. Потом слегка наклонил макет и залил в отверстие бензин. Он делал это осторожно, не торопясь.
— Так, готово. Леона…
Актриса уже держала в руке коробок спичек. Она включилась в подготовку эксперимента и действовала быстро.
— Готовы, господа? Тогда я поджигаю.
Митараи чиркнул спичкой и бросил ее в комнату царя. С небольшим хлопком пламя заполнило ее целиком и резво устремилось по коридору.
Митараи закрыл пробку
