— Всё-всё, я шучу, — рассмеялась девушка. — Сделай лицо попроще.
— Да ну тебя, — отмахнулся я. — Идем?
— Идем.
Прыжок. Замер. Прыжок. Повторить сотню раз. Разве кто-то обещал, что работа алхимиков будет веселая? Это ещё хорошо, что жена — ходок. Не надо на машине ехать и тем более ногами идти.
Для оптимизации работы я использовал недавно доработанный артефакт, который снимал показатели течения энергии в окружающем пространстве и определял, в какой стороне наиболее вероятно повышение плотности. Прыгали вместе с картой и мешком других артефактов. На карте я делал отметки, где перспективные места, а артефакты помещал в землю, чтобы они пару недель данные пособирали. Потерять артефакты не боялся, они для меня видны издалека.
— Ну что? — спросила Катя в очередной раз, спустя два часа прыжков.
А это, замечу, и для сильного ходока то ещё испытание. Как хорошая тренировка для обычного человека. Не умрешь, истощение не словишь, но пропотеешь и устанешь.
— На сегодня закончим, — отметил я состояние супруги.
— Ты получил, что хотел?
— Боюсь, здесь ещё на неделю работы, а потом ещё и собрать артефакты надо будет. Данные пока неутешительные. Почему-то в этой местности пониженный уровень энергии мира, а значит, придётся повозиться, чтобы изменить это.
— Ты не ищешь легких путей.
В последние дни у нас в семье шуточки начались. Ты мог попросить любой кусок родовой земли у князя? Конечно же, надо было выбрать свалку!
— Не ищу, — легко согласился я.
— А о причинах умалчиваешь.
— Почему же. Тут особо нечего скрывать. Решение сложной задачи в конечном счёте даёт больше новых открытий. Это работа на перспективу. Если я смогу облагородить эту землю, то и ту, которая лучше, тем более сумею.
— Логично. Но мне почему-то кажется, что это не всё.
— Тебе кажется.
На самом деле нет. Но о других причинах я умолчу. Если попаду в другой мир, и там будут суровые условия, смогу их улучшить. Или как минимум повышу свои шансы на выживание. Собираюсь ли я в принципе в другой мир или ограничусь одной жизнью здесь — отдельный вопрос, который я пока не начинал обдумывать. В этом плане я не жадный. Тогда мне хотелось прожить нормальную жизнь, и я уже получил то, что хотел. Пусть и прошло мало лет, но я жив, у меня появилась настоящая жена, есть интересные дела, мир вокруг нормален. Шероховатостей на этой пасторальной картине хватает, ну и пусть.
Обманывать жену неприятно, но я утешал себя тем, что в данном вопросе нет ничего критичного. Или ей бы хотелось узнать, что я из другого мира? Слушай, давно собирался тебе сказать… Нет, точно бред. Может, на старости лет признаюсь, а пока не буду. Лишнее это.
Когда с Катей закончили, она отправилась по своим делам, а я заглянул домой, чтобы помыться, отдохнуть, привести себя в порядок, а потом двинуть к Кротовым. То есть в ресторан, где предстояло встретиться с Кротовым-старшим, а ещё деканом архитектурного направления. Будем обсуждать предстоящий конкурс.
Мы совместно собирались запустить среди студентов и уже действующих архитекторов конкурс на создание проекта города, который я собирался построить.
Что сказать. Сходил. Встретился. Договорился. Сама встреча прошла по-деловому. Быстренько обсудили, согласовали, что и от кого требуется, да на этом и попрощались. С меня финансирование. Победители получат неплохие награды. За первое место я обещал миллион, при условии, что там действительно будет что-то стоящее. Для студента миллион — это что-то за гранью. Ну ладно, это смотря для какого студента. Но прожить на эти деньги все пять лет учебы можно. Если экономно.
Но не это главный приз. Точнее, призов несколько, некоторые косвенные. Лучшие привлекут к себе внимание. В частности, могут попасть к Кротовым или даже поучаствовать в строительстве города. Надеюсь, из этого что-то путное выйдет. А там посмотрим, как получится.
* * *
Калач принёс доклад на третий день тренировок, и начинался он с внушительного перечня вопросов. Кого предстоит охранять, чем эти люди занимаются, куда и как перемещаются, какие объекты требуют охраны, какие риски, с кем воюем и так далее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Если бы доклад ограничивался вопросами, это уже бы был не доклад, а хрен пойми что, но дальше где-то на десятке страниц в кратком изложение шла общая схема того, как работает гвардия. Пока Калач тренировался пользоваться доспехом… А сейчас он перешёл к продвинутым приёмам, когда задействовались усилители… Я прочитал документ, а потом ещё раз прочитал, чтобы уловить нюансы.
Сергей предлагал для начала набрать десяток рекрутов, обучить их, отработать протоколы, а дальше постепенно расширяться. Набирать он хотел из таких же «калек». То есть тех людей, которых по каким-то причинам списали в утиль и уволили. Меня вопрос заинтересовал, и я позвал Калача.
— А много таких?
— Я как минимум пару десятков человек знаю. Не уверен, что все подойдут, ну так я и не искал целенаправленно.
— Это нормально, что аристократы выбрасывают солдат?
— Нет.
Сергей достаточно освоился, чтобы чувствовать себя уверенно в разговоре со мной. Сказав нет, он растянул губы в той самой улыбке, которая выражала столь многое.
— Насколько мне известно, в некоторых странах распространена концепция слуг, и там такого не происходит. У нас же… Зависит от рода. Кто-то поддерживает выпавших из обоймы ветеранов, а кто-то…
— А кто-то нет, — закончил я за него.
— В какой-то степени их понять можно. Во время войны, когда уходят все ресурсы и род попадает в тяжелую ситуацию… То, скажем так, приходится отрезать балласт.
— Ты их оправдываешь? — спросил я с интересом.
— Когда меня выкинули, первое время я чувствовал опустошение и растерянность. Им на смену быстро пришёл гнев. Через некоторое время Рысевых уничтожили, и я порадовался, что не оказался в той мясорубке. Но, если честно, радость пришла сильно позже, когда я перестал ныть и начал что-то делать со своей жизнью.
— Откровенно, — кивнул я.
— Если нам придётся работать вместе, то охрана семьи подразумевает некоторую близость, — пожал он плечами, что в броне тоже было доступно. — А сказал я это к тому, что оправдание и понимание — разные вещи. Мне хватает мозгов понимать логику некоторых аристократов.
— Хорошо. Идём тренироваться. Заодно обсудим некоторые моменты.
Некоторые моменты относились к вопросу организации. Людей надо где-то разместить. Их надо где-то тренировать. Кто-то должен следить за выплатами и распределением наград. Что не является проблемой при маленьком отряде, но обязательно таковой станет, когда он увеличится человек до пятидесяти.
Я прикинул, нужно ли мне столько людей, и понял, что да. Ну как понял. Сергей это аргументировал тем, что люди не железные. Он это не прямо сказал, а указал в блоке про распорядок, смены, увольнительные и прочие моменты. Хочешь круглосуточную защиту, готовь три группы, а к ним добавь отряд быстрого реагирования, а лучше два, чтобы они тоже друг друга сменяли. И это минимум.
Так я понял, что, помимо командира гвардейцев, нужен бухгалтер, начальник склада и бог знает кто ещё. Ладно, со всем этим постепенно разберемся. В конце тренировки я ответил на все вопросы, что были в начале списка. Беседа часа на четыре растянулась, и некоторые моменты Калач записывал. Не удержался, попросил показать, что он там строчит. Мужчина усмехнулся, протянул блокнот и… Ничего, кроме общих слов, я там не нашёл. Даже зная, о чём шла речь, от силы треть соотнёс с поднятыми темами.
— Важную информацию бумаге доверять нельзя, — постучал он себя по голове.
Это было определенно очко в его пользу.
* * *
Ещё через неделю, которую я занимался теми же делами, что и до этого, стало понятно, что с Калачом мы сработаемся. Первое впечатление оказалось обманчивым, и мужик попался деятельный. На тренировках не халтурил, план развития толковый предложил. Сам я в этом мало разбирался, но не поленился к Родиону заглянуть, совета спросить. Тот одобрил и сказал, что это, в принципе, стандартный вариант.
