О детях. Об имидже хорошей матери и супруги. А до той поры, Джейн оставалась всё той же Безумной Рыжей, которую я хорошо знал.
О моём возвращении напарница пообещала никому не рассказывать. Хотя и очень хотела. Поскольку переживала, как же я буду в одиночку разбираться со своими проблемами? Потребовала, если вдруг что, обязательно ей позвонить. А там уже — кого бить, не принципиально. За «своих» Джейн готова была кому угодно глотку перегрызть. Ещё попросила почаще наведываться. Рассказывать, что да как? Держать её в курсе событий. Мы же одна команда. И как-нибудь собраться вместе, со всеми Чёрными рыцарями Святой Анны. Посидеть в кафе. Чего-нибудь учудить, о чём сообщила с мечтательным видом, вынудив меня подавиться чаем. Заслужив убийственный взгляд Брины.
От Джейн я узнал о Браунфельс. Хотел предложить немке работу, да только опоздал. Оказывается, её сразу после школы уже наняла Кейси, забрав себе в охрану. Так что к Эльзе сейчас соваться не стоит. Пока не решу, что это безопасно. А то Рэдклиф, что старшая, что младшая, те ещё дамочки. Одним ударом по моему достоинству, могут не ограничиться. Подойдя к этому делу с фантазией.
Покинув ювелирный магазин Гриффинов, поставил галочку напротив нужной строчки в записной книжке, заполнявшейся с момента моего исчезновения. Означавшей, что контакт с «агентом» Джейн налажен. Добавлен ещё один член в мою команду. Только уже не игровую, не школьную. О том, чтобы приниматься всерьёз за дела, пока не могло идти и речи. Слишком рано. Требовалось запастись терпением и продолжить обход друзей. Спешить некуда. Побуду пока героем, что скрывает свою силу.
Дом, который приобрела Брина, находился аккурат через забор от того, в котором проживает семейство Йохансонов. За который некогда шла ожесточённая борьба, из-за чего он постоянно менял владельцев, замучив бедных грузчиков. Пока его стоимость не взлетела до астрономических величин. Сейчас этот дом пустовал. Стал никому не интересен. Тем более, за такие-то деньги.
Агентство, которому он принадлежал, несколько раз сбрасывало цену, однако, если его и покупали, то ненадолго. До нового расторжения сделки. Этот дом, по улице Парксон 226, получил дурную славу. Ведь каждый новый владелец рано или поздно узнавал, что им до него владели многие, да только быстро оттуда съезжали. Продавая его себе в убыток. Не зная истинной причины таких действий, конечно же, он начинал с подозрением относиться к своей новой недвижимости, пока не находил причину от неё избавиться. Или выдумывал её. Цепляясь и преувеличивая все недостатки.
Например, ходил слух о том, что по соседству, на Парксон 228 живёт какой-то криминальный босс, которого никто не видел. Из тех, кто мог бы об этом рассказать. Вроде как из триады. Ему служит темнокожий, лысый головорез, «убеждающий» подозрительных соседей в том, что здесь неблагоприятное место для их жизни. Да и вообще, для жизни. А подозрительными он считал всех. Даже голубей. Из-за чего ловил их голыми руками и ел. Сырыми! Откусывая головы! Понятно, что это чушь, но в неё охотно верили.
А ещё в этом районе часто видели странных и очень подозрительных людей. Которые за всеми следили. Одетых не по погоде. Услышав об этом, Юмерия Смит непременно бы оскорбилась. Почёсывая спину телескопической дубинкой, утверждала бы: «Я не странная, а молодая, восемнадцатилетняя, незамужняя красавица. Если вы холостой и богатый мужчина, вот мой номер телефона. Звоните в любое время. И только попробуйте кинуть, позвав на свидание. Тогда я по утрам буду готовить омлет из ваших же яиц.»
Все эти слухи только играли мне на руку, избавив от конкурентов. Так что у Йохансонов с сегодняшнего появился дня новый сосед — Йоханссон.
Когда Кристофер привёз меня в этот дом, я увидел, как у соседних ворот Цзя Мей тщательно подметала дорожку. Заботясь о том, чтобы всё выглядело идеально. Дорожки были чистыми. Кусты и газон подстриженными. Ворота вымытыми. Цветы в горшках свежими. Какая молодец. Сохранила верность Йохансонам. Нужно будет сестёр Цзя потом чем-нибудь отблагодарить.
Покинув машину, пока, замаскированный под другого человека, Кристофер открывал ворота, вежливо кивнул служанке. Что, прервав своё занятие, внимательно за нами наблюдала. Поприветствовав её, как незнакомую соседку. Помня о том, что мы находимся в общественном месте. В ответ получил уважительный поклон от Мей. Опустившей голову ниже, чем я.
Окинув взглядом улицу, на которой практически не встречались прохожие и машины, в этом районе посторонним делать было нечего, прошёл на территорию своего нового дома.
Минут через сорок, приняв душ, переодевшись, разобрав вещи, с тоской поглядывая на пустые комнаты, пахнущие свежей краской, деревом и лаком, голые стены, пустые полки и шкафы, отправил Брину к садовой калитке. Предупредив, что у нас сейчас будут гости. После чего, напрягшись, расширил своё А-поле, пока не захватил им соседний дом. В котором быстро отыскал знакомый огонёк сознания Цзя Мей. Она, уже закончив уборку, обнаружилась на кухне.
Осторожно, мягко коснувшись её разума, давая о себе знать, поприветствовал голосом Эрика Йохансона.
— Здравствуй, Цзя Мей. Не пугайся. Это мыслеречь. Я не стал заходить далеко, ограничившись лишь считыванием поверхностных мыслей. Так что, если хочешь мне что-то сказать, просто сосредоточься и подумай об этом. Не волнуйся, у нас достаточно времени, чтобы поговорить.
— Хозяин, это и вправду вы? — обрадовалась служанка.
— Да. Это и вправду я.
— Точно вы? — растерялась девушка.
— Точно я, — заверил с улыбкой.
Выражения её лица я не видел, как и не различал интонаций, зато мог ощущать эмоции. Что даже лучше, поскольку при таком способе связи их нельзя подделать. Искренность собеседника не подвергалась сомнению.
Помогая Цзя Мей определиться с дальнейшими вопросами, сообщил о том, что я связался с ней из желания узнать, как у них обстоят дела? Всё ли хорошо? Все ли здоровы? Не почувствовав страха или беспокойства, что послужило бы тревожным звонком, сказал, — «Если тебе неудобен этот вид общения, можешь прийти и мы поговорим своими голосами. Лицом к лицу.»
— А где вы находитесь? — такое впечатление, будто бы китаянка встрепенулась, оглядываясь по сторонам.
Намереваясь найти меня прямо там, на кухне.
— Близко. Очень близко, — послал ей эмоциональную волну спокойствия и тепла. — Видела нового соседа? Который полчаса назад въехал в дом, расположенный от вас через забор. Так вот, это был я. Только в маске. Прости, что не подошёл и не поздоровался как положено. Я всё ещё в розыске. Не хотел доставлять вам неудобства, если бы нас кто-нибудь заметил вместе. Калитка в саду открыта. Приходи, выпьем чаю. Поговорим. Давно ведь не виделись.
— Поняла. Сейчас буду, —
