сепаратисты, и криминальные группировки по возможности не берут оружие в свои руки, а дают его в «руки» роботам, сами же лишь удалённо сопровождают тех из дома или другого безопасного места. Однако при нехватке пригодной для боевого использования робототехники возможны и боевые столкновения с непосредственным участием в них людей.
В настоящее время регионам не разрешается обладать собственными армейскими подразделениями и армейским тяжёлым вооружением, так же как и службам безопасности мегакорпораций. В результате и те и другие ограничиваются максимум полицейским вооружением и охранными подразделениями полицейского образца. Всякая армейская структура, в том числе расквартированная в регионах, имеет статус имперской и подчинена только империи. И тем не менее, при возникновении открытых локальных межрегиональных и межкорпорационных военных трений в них нередко задействуется настоящая полноценная боевая техника. Вариантов, где её взять, не так уж и мало: возможно она производится для империи в этих регионах или этими корпорациями, или незаконно закуплена у производителя, или захватываются имперские военные склады, случается даже, что благодаря коррупционным связям местному руководству удаётся получить от высокопоставленных имперских чиновников санкции на использование дислоцирующихся в регионе имперских армейских подразделений для выполнения якобы законной войсковой операции против якобы незаконного коррумпированного преступного руководства соседнего региона. Если же боевой техники нет, военные действия ведутся тем, что есть, т.е. с помощью роботов полицейского типа при поддержке полицейского спецназа или специально сформированных сил, экипированных в основном полицейскими средствами. В подобных случаях нередко война превращается в чистый анахронизм, так как проходит только на земле, становится наземной, без или с минимумом вооружённых летательных аппаратов.
Основные причины войн
Цитата: «Войны нет пока она никому не выгодна. Как только кто-то обнаружит, что может извлечь из войны выгоду, она обязательно случится.» (Бхагат Нанда, выдающийся имперский политический деятель, III-V век новой эры)
Как известно, война не начинается на пустом месте, это всегда кому-то нужно и кому-то выгодно, каждая война имеет свои причины и преследует свои цели. Постараемся рассмотреть основные из причин войн приложительно к современному миру.
1) Кризис центральной власти (политический кризис). Возникает преимущественно вследствие непримиримости позиций доминантных политических сил, имеющих кардинально различающиеся взгляды на дальнейший политико-экономический курс страны. Или в результате обострения противоборства стоящих за политическими силами элит. Или из-за откровенно слабовольного руководителя государства, дающего надежду рвущимся к власти ничего не представляющим из себя политическим пустышкам заполучить бразды правления наглым самозахватом. И т.п. Так или иначе последствием политического кризиса становится либо безвластие, либо двоевластие (что по сути одно и то же). В обыденность превращаются жаркие доходящие до рукоприкладства баталии в парламенте, потоки скандальных и компрометирующих материалов в СМИ, обвинения в подтасовках на выборах, громкие разоблачения высокопоставленных коррупционеров, частые заказные политические убийства. Гражданское общество начинает всё больше разделяться надвое в поддержке той или другой политической силы, иногда это разделение имеет выраженную территориальность (когда жители определённых планет, звёздных систем, секторов в массе своей придерживаются одинаковых политических взглядов), что приводит так же к значительному усилению сепаратистских настроений. Если с обществом разделяется и армия, дело приобретает совсем уж плохой оборот, появляются реальные предпосылки к полноценной гражданской войне. Но чаще всё же бывает несколько иное. Пока государственные органы заняты внутренними разборками или не понимают, кому подчиняться, самое удобное для регионов и корпораций время начать решать свои застарелые споры с соседями/конкурентами военным путём. Возникновение очагов локальных военных конфликтов между отдельными территориальными образованиями и силовое выяснение отношений между корпорациями – вполне тривиальный спутник кризисов центральной власти.
2) Экономический кризис. Сопровождается многократным увеличением коррупции, повышением нестабильности общества, ростом сепаратистских настроений, и как следствие, усилением в регионах позиций просепаратистки настроенных и радикальных политиков, что в свою очередь может создать трудности с налоговыми поступлениями в казну и соблюдением некоторых законов, например миграционных, демографических, и т.д. Обостряются проблемы с нетерпимостью к роботам, падет способность местных властей и блюстителей порядка управлять ситуацией и держать её под контролем, в том числе из-за снижения расходов на госслужащих и полицейские структуры. Вообще, финансирование многих проектов сходит на нет, возникает невостребованность специалистов на рынке труда, растёт безработица, начинаются массовые увольнения и сокращения на предприятиях, резко взмывает уровень преступности и проявлений жестокости в обществе. Разоряются банки, вызывая всё новые более масштабные и разрушительные волны кризиса, бизнес структуры в целях снизить катастрофичность потерь усиливают жёсткость в отношениях с работниками и переходят к не самым законным методам конкурирования. Падают траты компаний на экологию, падают социальные расходы на медицину, урезаются страховые выплаты на антивозрастную терапию. Как правило экономический кризис тянет за собой и политический, при этом власть максимально ослаблена, коррумпирована, испугана и нерешительна, как говорится, бери её кто хочешь, кто достаточно смел и амбициозен. Пользуясь моментом, регионы и корпорации потихоньку начинают применять военную силу против давних недругов или заклятых конкурентов, а у государства часто нет ни финансовых средств ни политической воли на военное вмешательство для пресечения локальных вооружённых конфликтов, отдельные высокопоставленные лица исходя из личных выгод или интересов порой ещё и потакают им, дают санкции, объявляют оправданными, всячески затягивают и бюрократизируют рассмотрение связанных с ними вопросов в сенате и правительственных комиссиях. Для наиболее сильных экономических кризисов возможен любой сценарий дальнейшего развития событий, самые худшие варианты которого – гражданская война, революция или сепаратистская война с последующим развалом государства. Так же слабость может спровоцировать на нападение внешних врагов. Тут зачастую выручает глобальность экономики, кризис в одной стране наверняка перейдёт и на соседей, но если есть враг принципиальный, экономические связи с которым микроскопичны, тогда уж держись.
3) Нелегитимная смена власти. Никаких очевидных кризисов нет, зато есть ситуация, когда одна из политических сил жаждет стать доминантной, но не может по неким объективным причинам, а именно вследствие: 1) Диктаторского или коррупционного режима, с помощью антидемократических законов или административного ресурса не позволяющего конкурентам оттеснить себя от властных полномочий законным путём – посредством выборов. 2) Заметно меньшей поддержки населения. В последнем случае предпосылкой к смене власти всегда является присутствие хотя бы одного из двух особых факторов – «столичного фактора» и «фактора несимметричной консолидации». В идеале же они должны наличествовать оба. Столичный фактор подразумевает качественное отличие потенциала силы волеизъявления электората столицы от всех прочих. В частности, лишь столичные жители имеют реальные шансы спонтанно осуществить госпереворот. Просто в силу того, что способны физически добраться до высших государственных институтов власти. Те в пределах их досягаемости. Толпа может прорваться к правительственным зданиям и захватить их, учинить погромы, расправиться над
