занятий общежитие всё равно нужно было приводить в порядок, на это требовались определённые средства, а тут выходило бесплатно. Таким образом, райком ВЛКСМ получал помещения для размещения приехавших.
Для проведения работы слёта Алёшкин договорился с заведующим клубом, тот тоже бесплатно предоставил на эти дни здание клуба, и даже больше – дал согласие на бесплатный показ нескольких кинокартин. Часть приезжавших вожатых можно было разместить и у знакомых, которые их охотно принимали.
После долгих уговоров Борису удалось выпросить у Кужеля (собственно, с этого времени и началась их дружба) небольшую сумму для приобретения простейших письменных принадлежностей: тетрадей и карандашей. Питание приехавших взяли на себя вожатые шкотовских отрядов, обещая прокормить прибывших в течение этих трёх дней у себя и у своих пионеров. Все организационные вопросы решились.
Выработали повестку дня:
1) Доклад о международном и внутреннем положении (упросили Костромина)
2) Доклад о задачах пионерской организации района на этот год (докладчик – Борис Алёшкин)
3) Утверждение плана работы райбюро юных пионеров на 1926 год
4) Выборы бюро юных пионеров.
Конечно, по каждому докладу предполагались широкие прения и принятие резолюции. Кроме того, по рекомендации Костроминой, решили провести показательный сбор одного из шкотовских отрядов. Остановились на отряде, где вожатой была Катя Пашкевич.
Получив, наконец, согласие Смаги, Борис начал готовить письменные вызовы всем вожатым отрядов района. Эта работа заняла немало времени, учитывая его способности печатания на машинке. Пришлось прибегнуть и к помощи Кати, которая, правда, пока печатала не лучше Бориса.
Когда все эти подготовительные работы были закончены, Алёшкин получил разрешение Смаги съездить во Владивосток, чтобы представиться своему губернскому – правильнее сказать, областному начальству. Уже год как Приморская губерния была переименована в Приморскую область Дальневосточного края, но многие пока продолжали учреждения называть губернскими, невольно поддались этому и мы.
Кроме того, Борис потребовал два дня на то, чтобы посетить прикреплённые к нему отряды железнодорожных школ, ведь и этой работы он не имел права упускать.
Прибыв во Владивосток, зайдя в помещение, занимаемое обкомом ВЛКСМ, Борис нашёл дверь с вывеской, написанной на картонке: «Облбюро юных пионеров». В большой комнате он застал трёх человек: молодую девушку, видимо, исполнявшую роль секретаря, а может быть, и инструктора, бойко печатавшую на пишущей машинке; напротив неё сидел что-то усердно писавший парень лет 18, даже не поднявший головы при появлении вошедшего; третий человек сидел за большим письменным столом у окна, он читал газету «Комсомольская правда» и был из-за неё почти совершенно не виден.
Алёшкин знал, что председателем областного бюро юных пионеров был Дорохов, поэтому, войдя в комнату и видя, что никто на него не обращает внимания, немного сердито спросил:
– А где товарищ Дорохов находится?
При этом вопросе, заданным звонким голосом, все присутствовавшие в комнате оторвались от своих занятий и взглянули на Бориса. Несколько мгновений они молчали, затем читавший газету отложил её в сторону и спросил:
– Тебе, товарищ, что, собственно, нужно?
Со свойственной ему грубоватостью и напускным остроумием, которыми он всегда прикрывал своё смущение, Борис ответил:
– Не что, а кто, мне человек – Дорохов нужен, понятно?
Услыхав эту фразу, девушка откровенно фыркнула, парень, писавший бумагу, изумлённо поднял брови и даже приоткрыл рот, а сидевший у окна усмехнулся:
– Ну, я Дорохов, – сказал он, – так всё-таки, что же тебе нужно?
Борис подошёл к столу Дорохова и сказал:
– Я новый председатель бюро юных пионеров Шкотовского района Алёшкин.
– Ах, это вместо Манштейна, – обрадовался он, – который от этой обузы, как он называл работу с пионерами, отделался? Ну, а ты тоже по принуждению на эту работу пошёл?
– Нет, эта работа мне нравится!
– Вот это другое дело. К сожалению, таких комсомольцев, которым бы нравилась работа с детьми, пока ещё мало.
– Почему мало? – не согласился Борис, – у нас в районе порядочно, только не умеют они, вот и отказываются.
– Тогда почему же у вас работа с пионерами так плохо поставлена?
– Ну, об этом, товарищ Дорохов, наверно, мне бы надо было у вас спросить. Ведь я только что принял свою должность, а вы уже, как мне Манштейн говорил, больше года работаете!
При этом заявлении громко расхохотались и сам Дорохов, и до сих пор молчавшие парень и девушка.
– Э, да ты парень зубастый! Ну что же, нам такие подходят! Давай знакомиться. Значит, я Дорохов Филипп, но меня все называют почему-то больше Филкой. Это вот инструктор наш, Гриша Басанец, кстати сказать, пионерработу тоже любит, это секретарь, а иногда и библиотекарь Наташа, есть ещё инструктор Серов, он сейчас в командировке. Вот и весь штат, а область Приморская большая. Денег нам на командировки почти не дают, а наши письма, видно, на местах не очень-то читают… Ну а как тебя полностью-то зовут?
– Алёшкин Борис Яковлевич, только меня всё больше Борисом, а то даже и просто Борькой зовут.
Дорохов рассмеялся и крепко пожал руку Борису:
– Ну, я думаю, что ты не только знакомиться приехал, но и о своей работе поведать. Может быть, сегодня на заседании бюро как раз нам и расскажешь о положении дел с пионерской работой в Шкотовском районе?
– Нет, сейчас ещё не расскажу: знаю мало и времени в обрез. Через два часа ехать надо!
– Вон как, – насмешливо протянул подошедший к столу Басанец, – у нас, значит, мировые проблемы, нам с товарищами и поговорить некогда!
– Да подожди ты, – остановил Басанца Дорохов, – расскажи-ка, Борис, что у тебя за дела такие.
Борис, сбиваясь и торопясь, рассказал, что должность он принял всего три дня тому назад в течение нескольких минут, что Манштейн уехал, даже и не поговорив с ним как следует, что имевшиеся немногочисленные бумаги, главным образом, письма из облбюро, ему передал сам секретарь райкома ВЛКСМ, что, кроме шкотовских отрядов, он других и в глаза не видел, если не считать новонежинского, который сам когда-то организовал, но в котором тоже не был уже более года. Сообщил он также и о своём намерении провести в ближайшие дни слёт вожатых района, чтобы таким образом быстрее войти в курс дела и, познакомившись с ребятами, решить, кому из них надо помочь в первую очередь. Показал он и повестку дня предполагаемого слёта.
– Кто же вам средства для этого дела выделил? Неужели райком партии? – изумился Филка Дорохов.
– Да нет, мы решили своими обойтись. Кое-кто нам по дружбе помогает, ну а большую часть забот берут на себя вожатые шкотовских отрядов, я и райком комсомола.
– Вот это здорово! – восхитился Дорохов. – Это я понимаю! Молодец! Вот, Гришка, как работать-то надо, а
