— Узнаешь? — щелкнул пальцами в сантиметре от монитора Игорь.
— Лиза?! — ахнула Алла. — Это она?!
— Она, она, а кому же еще это быть!
Казначеева просто распирало от собственной значимости. Он умный и сообразительный, он вычислил эту девку, он сразу догадался, прочитав ее сообщение.
— Ваша Лиза Сорина никогда и нигде не работала горничной! У этой девки на лбу крупными буквами написано шикарное образование и недюжинный ум, — пробормотал Казначеев, бегая глазами по строчкам интервью с подругой погибшей девушки. — Она влезла в ваш дом с целью разоблачения убийцы-маньяка, который убил ее подругу и которого потом взяли под стражу, но отпустили за недостаточностью улик. Вот так-то, девки. Ух!
Он захлопнул ноутбук, вскочил с места, звонко шлепнул в ладоши и глянул на кухарку требовательно.
— А я бы выпил чего-нибудь под хорошую закусочку-то, а? Идем, малышка, у нас есть что отпраздновать. — Он требовательно шевельнул пальцами, подхватил поднявшуюся Аллочку под руку и потащил в кухню.
Ему пришлось даже прикрикнуть на кухарку несколько раз, так она мешкала, наконец поставила перед ним потный графинчик с водкой, тарелку с копченым лососем и тонко нарезанный полукольцами лимончик.
— Ну! Аллусик, за нас! — провозгласил он, оттопыривая локоток в сторону и поднося ко рту рюмку с водкой.
Выпил, крякнул, закусил, сморщился и снова налил.
— Не рано празднуете? — осмелилась кухарка на вопрос. Она неохотно накрывала ему на стол, неодобрительно теперь посматривала. — Ничего еще не ясно.
— Да? А по мне так все ясно! — хохотнул довольно Казначеев и жестом велел Аллочке сесть на соседний стул. — Лиза ваша после смерти подруги жаждала отмщения, а подозреваемого некий господин Мельников возьми и отпусти. А подозреваемый у нас кто? Правильно! Это Станислав Игнатенко! И как, по-вашему, должен поступить человек, объятый жаждой мести? Правильно! Он возьмется за дело сам, но, чтобы не совершить самосуда по ложному навету, нужно сначала во всем разобраться основательно, а чтобы основательно разобраться, нужно что?
— Что?
Аллочка слушала его с широко распахнутыми глазенками. Странное чувство овладело ею теперь. Это и восхищение проницательностью любимого, и страх перед возможностью его правоты, и неимоверное счастье оттого, что ее адовы муки, наконец, закончатся и она станет свободной и богатой.
— Нужно взять и позвонить! — произнес Казначеев и с нежностью глянул на любимую. — Понятно?
— Кому позвонить?
— Тому, кому отправила тайное послание твоя горничная. И если учесть, что делом твоего супруга занимался господин Мельников, он же его и отпускал, то, скорее всего, сообщение она послала ему.
— Звони! — выдохнула с восторгом Алла, но тут же усомнилась. — Но что ты ему скажешь? Лиза пропала? Так она предупредила его, что…
— Что пропадет? — Казначеев расхохотался. — Мне плевать, малышка, плевать, пропала она или нет, исчезла одна или на пару с твоим благоверным. Дело закрутилось, понимаешь? Звоню?
— Да!
Казначеев взял в руки телефон Лизы и набрал номер, по которому та отправила ночью сообщение. Ответил мужской голос, ответил почти сразу, и не ответил, а просто закричал:
— Да! Лиза?!
— Нет, это не Лиза.
— А кто это? — разочарованно поутих Мельников.
— А это кто?
— Так… Вы звоните мне, чтобы задавать нелепые вопросы? Причем звоните с телефона моей хорошей знакомой! — снова повысил Валера голос. — Где она? Дайте ей трубку!
— Господин Мельников, — вкрадчиво начал Казначеев, — это ведь вы, я не ошибся?
— Допустим.
— Так вот, господин Мельников, я звоню вам из дома, в который ваша знакомая пробралась шпионкой. Она жила здесь несколько месяцев, работала, втиралась в доверие к людям, которые платили ей зарплату, а теперь она пропала!
— Куда пропала?! — ахнул Мельников.
— Не знаем! Кухарка утверждает, что вчера вечером Лиза ушла к себе, чтобы лечь спать, а утром ее в комнате не обнаружилось. Хотя телефон лежал под подушкой. Мы прочли сообщение, которое она вам отправила. — Казначеев сделал паузу в надежде, что Мельников как-то прояснит ситуацию. Тот ничего не сказал, и тогда он закончил: — К слову, вашего подозреваемого тоже нигде нет, он пропал вместе с Лизой.
— Я догадался, — скрипнул зубами Валера. — Ладно, открывайте ворота, я уже перед ними. Будем разбираться…
Глава 20
Где-то капала вода. Медленно, вяло, капля за каплей, с одинаковыми промежутками. Лизе показалось, что эти тяжелые капли очень горячие и они капают ей на лоб, пробивают кость, проникают в мозг и делают очень, очень больно.
Она осторожно шевельнула головой, боль усилилась, она застонала. Тут же попыталась подняться, но ничего не вышло. Она еще раз попробовала, снова не получилось. Она напрягла мышцы рук и ног, с силой дернулась, и лишь тогда поняла, что связана. Спелената! Крепко! Намертво! И стоило ей это осознать, как все тут же вспомнилось.
Она собиралась заманить в сети убийцу своей подруги! Она хотела отомстить ему, хотела убить! Она даже нож купила и спрятала в высоких гольфах. Она же все продумала, все рассчитала, почему же так все?!
Нож!!! Господи, может, он не обыскал ее, тогда нож по-прежнему при ней. Если она изловчится, подтянет ноги и отвернет край гольф, то достанет нож, разрежет путы и спасется.
Лиза заметалась, пытаясь ослабить путы. Дергала ногами, стараясь заставить онемевшие колени согнуться, но все бесполезно. Она была снизу доверху замотана чем-то крепким, хрустящим, неподдающимся.
— Очнулась, маленькая моя! — раздался совсем рядом, почти над ухом, радостный возглас.
Голос Лиза не узнала, человек говорил очень тихо, почти шепотом.
— Вот и славненько, вот и хорошо! Пить хочешь?
Хотела она пить? Она не знала, чего она хотела. Хотела на волю, хотела не быть связанной по рукам и ногам, хотела снова очутиться в комнате, где засыпала вчера.
Потом утром спуститься в гостиную и объявить всем, испортив им завтрак, кто она и зачем оказалась в их доме, накричать на них, вскрыть их поганые нарывы, призвать к ответу.
Зачем она решилась бороться с монстром в одиночку?! Как могла посметь подумать, что окажется сильнее его?!
— Так ты будешь пить или нет? — шепот мужчины стал строже.
Лиза постаралась кивнуть, но шею тут же сдавило. Она была замотана по самый подбородок, оказывается. Даже шея, шея была перевязана!
— Вот и хорошо…
Сильные руки схватили ее за плечи, дернули, причиняя ей мучительное неудобство, подняли с пола и потащили волоком куда-то на освещенный участок. Лиза шире распахнула глаза, пытаясь рассмотреть, где она.
Это точно было какое-то подвальное помещение, здесь сомнений не было. Но это был не тот подвал, где она нашла шелковый поясок в крови, здесь стены были облицованы темной плиткой под камень, в углу стоял большой стол из нержавеющей стали, большой такой, как в столовой.
Зачем ему такой стол?! Лизу внезапно затошнило, вспомнилось истерзанное, изрезанное в клочья тело подруги Сони. Не на этом ли столе он ее разделывал?!
Чуть дальше была раковина с единственным старомодным краном, он-то, зараза, и подкапывал. Щелкало о поверхность раковины медленно, методично. Левее стояло кресло. Лизе удалось рассмотреть подлокотник, выглядывающий из-под темного балдахина, которым было накрыто что-то или кто-то.
— Там для тебя сюрприз, дорогая, — заметил направление ее взгляда шептун. — С этим чуть позже. Сейчас я тебя усажу…
Он подтащил ее ко второму креслу, стоящему напротив «сюрприза». Расстояние между ними было в пару метров.
— Так, умница, присаживайся, — ласково шептал мужчина, пристраивая ее негнущееся от пут тело в кресло. — Так, так, осторожнее. Мне просто необходимо, чтобы ты была в порядке до поры до времени.
Почувствовав под спиной спинку кресла, Лиза заерзала, пытаясь ослабить путы. Она рассмотрела, это был обычный малярный скотч. Он трещал, натягивался, но поддавался, дышать стало свободнее, и ей даже удалось чуть подвигать локтями.
Мужчина, одетый в широкую шуршащую робу, затянутую на запястьях и на щиколотках, отошел к раковине, открыл кран и наполнил сосуд, напоминающий колбу из кабинета химички в ее школе. Обернулся к ней, и Лизе тут же захотелось зажмуриться.
На нем была маска, тонкая резиновая маска, плотно обхватывающая его лицо, оставляя открытыми глаза, ноздри и краешек рта.
— Пей, — приказал он невнятно и поднес к ее губам тонкое горлышко.
Лиза с жадностью выпила почти всю воду. О планах чудовища ей было ничего не известно, возможно, ей понадобится очень много сил, поэтому стоило попить воды. Она даже готова была покушать, если бы он предложил, в желудке жутко урчало.
— Умница, — снова похвалил ее мужчина. — Ты очень хорошо себя ведешь. Возможно, наградой тебе будет смерть не такая мучительная, как у твоей подруги.
