следующий день Кирьянов мне позвонил.
Мы с котом как раз сели обедать. Я устроилась за кухонным столом с тарелкой острой китайской лапши, а мой усатый гость наслаждался самыми дорогими консервами, которые я смогла найти в зоомагазине. Миску Пирата пришлось поставить на подоконник – с некоторых пор он отказывался есть на полу.
Мы наслаждались едой и любовались видом из окна.
Зима в Тарасове нечасто балует нас такими живописными катаклизмами. В городе бушевал снежный вихрь, который с каждым часом набирал силу. В белой пелене ничего не было видно, и казалось, за домами напротив моего окна буря стерла с лица земли весь остальной город.
– Апокалипсис, – восхищенно сказала я.
Кот, не мигая, смотрел на машущие лапами ели во дворе. С них слетели все елочные украшения. Двор дома был усеян разноцветной фольгой и пластиковыми звездами.
Животное облизнулось и обернулось ко мне.
– Добавки, что ли, хочешь? – спросила я, и в это время смартфон на столе разразился трелью.
– Слушаю тебя, Кирьянов, – ответила я, прочитав имя, определившееся на экране.
Прижав телефон ухом к плечу, я прошла на кухню, достала из холодильника банку консервов и ложкой соскребла из нее остатки «Курицы в соусе гурмяу». Пират встал на задние лапы и мягко потерся головой о мою коленку.
– В общем так, Иванова, – без приветствия начал Владимир Сергеевич, – поскольку без улик руки у меня связаны, я тебе дам человека в помощь. Но есть условие – никому ни звука!
– Только не Петренко! – предупредила я. Сержант Петренко был известным «тормозом» в РОВД. – Он же спит с открытыми глазами…
Кирьянов недовольно откашлялся:
– Во-первых, не надо шутить над Петренко. Оставь парня в покое. Его таланты зарыты в другом месте.
– Что же он такого хорошего делает?
– Например, не перебивает меня.
Я замолчала.
Кирьянов подождал и переспросил:
– Ты там?
– Стараюсь не перебивать.
– Короче. Ни Петренко, ни кого-либо из действующих сотрудников я не могу тебе дать. Сама понимаешь, в случае чего они погоны потеряют. Так рисковать я не могу.
– Тогда кого ты мне дашь?
Кирьянов помялся.
– Одного человека. Он не полицейский, но не волнуйся, опыт у него большой.
Я присела за стол, машинально погладив кота.
– Кирьянов. Ты мне что, уголовника какого-то пришлешь?
– Не совсем.
– Не совсем?! – воскликнула я.
Пират поднял лобастую голову от миски и укоризненно на меня посмотрел.
– Ешь давай, – шепотом цыкнула я.
Пушистый хвост недовольно метнулся в сторону.
– Спокойно, – терпеливо объяснил Кирьянов, – это мой бывший коллега. Он уволился из органов два года назад. Но дело свое знает преотлично и точно будет полезен.
– Киря, я терпеть не могу, когда ты недоговариваешь! Он уволился или его уволили?
Кирьянов недовольно засопел в трубку.
– Это так важно? Тебе вообще помощь нужна?
– Нужна, – вздохнула я, – но я должна знать, кто предлагает эту помощь.
– Он не предлагает, он делает мне одолжение.
– Кирьянов! – повысила я голос. – Последний раз спрашиваю, что это за таинственный супермен?
– Его зовут Семен. Он был уволен из полиции за… – Мой друг опять замолчал, пытаясь подобрать слова.
Я разозлилась.
– За что?
– За противоправные действия.
– Господи, он убил кого-то? – испугалась я.
– С ума сошла? Нет, конечно. Просто его методы работы – как это лучше сказать? – не вполне подходили для полиции. У Семена обостренное чувство справедливости. Чтобы докопаться до сути, он мог даже нарушить закон. Сама понимаешь, мы не могли его оставить в органах. Сейчас он работает в охранной фирме, но иногда я пользуюсь его услугами для расследования.
– О, да вы плохой мальчик, Владимир Сергеевич.
Кирьянов не обратил внимания на мое последнее замечание.
– Сема – лучший. Я не знаю никого другого, кто в нашей ситуации может помочь тебе с домом мэра. Единственное, позволь ему все сделать самому. В нем я уверен – Семен не попадется. А если и попадется, выкрутится как-нибудь и не выдаст наших имен. А вот тебе я помочь не смогу.
– Ладно. Как с ним связаться? – наконец согласилась я.
– Он сам с тобой свяжется. Думаю, в самое ближайшее время. Я предупредил его, что счет идет на часы.
– Спасибо.
– Пока не за что. Надеюсь, ты права. Иначе все это не имеет смысла.
– А я надеюсь, что не права. Иначе итогом нашего расследования будут три трупа, – ответила я.
* * *
Через час раздался короткий звонок в дверь. Хоть я и ждала его, но от неожиданности подпрыгнула на месте. Пират соскочил с кресла, в котором спал, свернувшись на моем старом свитере, и, как заправский хозяин, прошествовал в прихожую, подняв и распушив свой роскошный хвост. Я пошла следом, на ходу оглядывая комнату – нет ли где бросающегося в глаза беспорядка.
К приходу гостя мы подготовились. Пират тщательно вылизался, а я нашла в интернете карту и изображение дома мэра в Видном. Это были фото из различных СМИ и соцсетей. Когда-то в Тарасове имел место большой скандал по поводу сноса старых домиков в этом поселке и застройки элитными коттеджами. Шухов в то время еще не был мэром, но уже грелся при правительстве и попал в скандальные репортажи. Дело, как это водится, замяли, прессе рот прикрыли, но интернет все помнит.
То, что я увидела, вызывало смешанные чувства: территория была огромной и открытой. Разглядывая на спутниковом снимке ее площадь, я задумалась о том, как можно незаметно пробраться во владения похитителя, особенно сейчас, когда на белом снегу заметен даже воробей, не говоря уже о человеческой фигуре. Хотелось верить, что неожиданный помощник, волшебным образом свалившийся мне на голову, поможет справиться с этой непростой задачей.
Надо сказать, что первой мыслью стало разочарование. Я ожидала увидеть на пороге кого-то, по виду похожего на Рокки Бальбоа. Но передо мной стоял худенький человек среднего роста, одетый вполне по-граждански. Джинсы, темно-синий пуховик, серый шарф
