маскарадом, грандиозными танцевальными номерами и прочими увеселениями.
Шпатц сложил газету. Интересно, имеет ли отношение портрет Адлера штамм Фогельзанга в подвале дома в Вассерфале к почти расстроенному из-за бегства Сигилд браку Гоззо штамм Крессенштейна? И какие вообще дела связывают сутягу Пфордтена и конструктора люфтшиффов Крессенштейна? Безуспешно поломав голову над этим вопросом, Шпатц допил пиво, расплатился по счету и направился к остановке ластвагена.
Крамма в конторе не оказалось, что, впрочем, Шпатца не удивило. Дом Зеппа пакт Ледебура был за городом, именно поэтому детектив и взял слежку за ним на себя. Оставалось только ждать. Шпатц включил примус, поставил чайник на огонь и, удобно устроившись на диване, погрузился в чтение содержимого папки «Гутт Массмер», которую так и не успел открыть в тот день, когда Крамму нанесла визит Фрид пакт Пфордтен.
Содержимое папки представляло собой вырезки из газет, заметки от руки и напечатанные на машинке, сложенные в таком порядке, что по ним можно было проследить биографию.
Гутт Массмер сначала был корреспондентом «Вихтигецайтунг», посвятивший все свои публикации разоблачению оккультистов и медиумов. Он проникал в кружки и записывался на приемы, описывал трюки, которыми пользовались медиумы, чтобы произвести впечатление, его публикации вывели на чистую воду с десяток жуликов, зарабатывавших на доверии честных фрайхеров и эдлеров Шварцланда.
Но в какой-то момент он перестал публиковаться. И даже основал свой оккультный кружок. И даже написал несколько трудов о классификации возможностей оккультизма. Которые, впрочем, так и не стали достоянием широкой публики по неизвестным причинам.
По утверждению герра Массмера, оккультные практики позволяют добиться двух результатов — природного магнетизма и метапсихического контакта. Природный магнетизм обычного человека был ограничен возможностью перемещать мелкие предметы, не больше куриного яйца, а границы метапсихического контакта так и не были им обнаружены. Возможно, что правильно подобранные и слаженные действия группы обученных оккультистов могут на время превратить человека в марионетку, выполняющего волю дирижера этого «оккультного оркестра».
Массмер исчез пять лет назад. Корреспондент «Билегебен цайтунг» скупо сообщил в новости о происшествиях, что его бывший коллега не явился на службу, не пришел на очередное заседание своего кружка, а когда полицаи вскрыли дверь его квартиры, то и там его тоже не обнаружили.
Шпатц сложил документы по порядку и вернул папку в шкаф. Официальное время рабочего дня Шпатца подходило к концу, и он уже подумывал о том, чтобы написать Крамму записку и отправиться домой, как дверной колокольчик звякнул.
— Фройляйн Лисбет, прошу вас, — В контору вошла невысокая девушка в темно-синем платье и черном плаще. Волосы небрежно собраны в хвост шнурком, на тонком кончике носа — круглые очки. — Герр Шпатц, я думал, вы уже ушли! Что ж, тем лучше, не придется вам пересказывать то, о чем хочет поведать фройляйн Лисбет.
Фройляйн сняла плащ, бросила его на стол Шпатца и прошла в комнату. В отличие от многих других девушек, она вовсе не цокала каблуками, ноги ее были обуты в удобные мягкие туфли на плоской подошве.
— Фройляйн Лисбет — ассистент доктора Зеппа пакт Ледебура. И она не против с нами немного… посплетничать. Верно?
— Точно так, герр Крамм. И я рассчитываю, что вы тоже выполните свою часть договора…
— О, не сомневайтесь! Давайте же начнем, я в нетерпении!
— С какого момента мне начать?
— Давайте с первого появления Сигилд.
— Хорошо. Я увидела эту девчонку однажды утром, когда приехала на работу. Лаборатория герра пакт Ледебура занимает правое крыло его дома. После того скандала он больше не занимается государственными исследованиями, но бросить науку не в его силах…
— Какого скандала?
— Когда приняли доктрину о чистоте крови, герр пакт Ледебур был единственным, кто высказался против. Он заявил, что наука не терпит такого расточительства, как немедленная казнь всех носителей грязной крови. Что их надо исследовать, а не убивать. Другого бы за столь смелое высказывание могли казнить, но всем известно, что он плохой политик и лицемер… Так что его просто оставили в покое, и он продолжает заниматься своими исследованиями самостоятельно.
— Он исследует виссенов?
— О нет, что вы. Носителей грязной крови казнят немедленно, а мертвыми они ему неинтересны. Он исследует влияние агрессивной среды на живой человеческий организм. Предельно низкие и предельно высокие температуры, совместимые с жизнью. Взаимодействие с органическими и минеральными веществами…
— Давайте не будем вдаваться в научные подробности, фройляйн Лисбет. Нам все равно не угнаться за вашей мыслью. Вернемся к фройляйн Сигилд…
— В первый раз она прожила в поместье неделю. Совала всюду свой нос, присутствовала на опытах… При моей попытке возразить, герр Ледебур грубо меня осадил и сообщил, что фройляйн может делать все, что захочет. И если она захочет, чтобы я встала на голову, я или встану, или могу сразу же убираться из его дома.
— Вы знали, кто она?
— Нет. Он не называл ее Сигилд. Для него она была Мими. Любую свободную минуту он был готов проводить у ее ног, щебеча разные романтические глупости.
— Это было на него не похоже?
— Не сказала бы… Он ученый. Его настоящая страсть — это наука. Во всем остальном Зепп похож на мальчишку. Он любит шоколадные конфеты и запускать бумажных змеев… Так что сам факт его влюбленности меня не удивил. Удивил объект. Мими, то есть Сигилд, отвратительно некрасивая. Она неприветливая, никогда не улыбается, почти не разговаривает. Я сначала подозревала, что она рвется смотреть на опыты, потому что на кого-то шпионит, но потом поняла, что ничего подобного. Ей просто было забавно наблюдать за подергиваниями испытуемых. Иногда она даже смеялась.
— Как часто она появлялась?
— Примерно раз в две недели. Она проводила в поместье несколько дней, потом исчезала.
— Когда в последний раз она наносила визит доктору?
— Три недели назад…
— А сейчас?
— А сейчас я не представляю, где она. И не думаю, что она еще раз появится.
— Что-то произошло?
— Мими… Сигилд схватилась за один инструмент и порезалась. Доктор потребовал, чтобы я обработала рану. Я, конечно же, ей помогла. И…
— И?
— И провела тест втайне от нее и доктора. На грязную кровь. Второй тип дал положительный результат.
— Вы ей сказали?
— Нет… Мы поспорили с доктором пакт Ледебуром. Он посчитал, что тот инструмент оказался на столе не случайно. Я ушла будто бы собирать вещи, но на самом деле в лабораторию. А когда вернулась, чтобы поговорить, Мими убежала. Показала доктору результат теста.
— И он не стал вас выгонять?
— Не стал. Он попытался догнать Мими, но не смог. Последнюю неделю он изо всех
