— Хорошо, пусть будет Егэр.
— А кто твой спутник, и как его звать?
— Его зовут Ап, он мой раб из дикого племени мумбо-юмбо, почти из центра Африки.
— Он жил там, куда мы идём?
— Я не знаю, куда мы идём, но скорее всего, нет, он жил совсем в другой стороне.
— Ладно, посмотрим. У тебя есть ко мне вопросы?
— Нет. Хим всё мне сказал, а большего и не надо.
— Тогда собирайтесь, завтра с самого утра выезжаем. Запас продуктов мы взяли на всех, а дальше будем промышлять охотой и грабежом.
Я усмехнулся, кивнул и, забрав Апа, мы ушли, заранее осмотрев ездовых животных, моих новых, так сказать, товарищей. Ну, про их верблюдов я уже сказал, а больше никаких животных и не имелось, кроме одного осла.
М-да. Я чувствовал, что миссия отряда довольно необычна и не требует широкой подготовки, хотя пару дополнительных ослов в дорогу я бы взял. Ехать далеко, и продукты тянуть на себе не сильно хочется, но нет и нет. Одного осла взяли, и то хорошо.
Ночью мы ушли спать в свою хижину, а наши новые товарищи остались в своей. Как только на землю опустилась глубокая ночь, я проснулся и, взяв небольшой пузырек с нужным ядом, тихо выскользнул из хижины и быстро ушёл в сторону. Найдя неприметное место, оглянулся, опасаясь, что за мной увяжется Ап, но никого не заметил, если он и увидел меня, то быстро потерял из виду. Раздевшись догола, я обернул вокруг бёдер приготовленную набедренную повязку и пошёл в гости к вельможе.
Весь чёрный, в темноте я оказался практически незаметен и, подобравшись вплотную к хижине, дождался, когда охранник отвлечётся и быстро откинул полог хижины, чтобы убедиться, что вельможа на месте.
Так оно и оказалось, в темноте я смог разглядеть контур его тела и лица, а также узнал голос по могучему храпу. Бросив на место полог, забрался наверх хижины и через дыру в центре вылил внутрь хижины содержимое пузырька. Испарившись, яд принесёт этому индюку много страданий, и ему будет долгое время не до меня, если он вообще вспомнит о моём существовании.
Я не кровожаден и когда эмоции схлынули, решил, что убивать не стоит, а вот наказать — самое то. Так что, вельможа останется в живых, но помучается хорошо, чтобы гордыню поумерил, а то взяли моду над воинами потешаться. Нетушки, за всё будет ответ, и довольно серьёзный.
Вернувшись обратно, я вновь облачился в свою одежду и отправился спать в хижину. Ап не спал, он, отсвечивая яркими белками глаз, тревожно взглянул на меня и промолчал.
— Всё хорошо, а теперь спать, — сказал я ему и уткнулся в травяную подушку.
Тут же прискакал Джа и, лизнув пару раз мои волосы, сразу замурчал, утыкаясь в меня лапами, как в подушку. От такого соседства сразу стало на душе спокойно и радостно. Хоть кто-то меня здесь любит, а то болтаюсь, как не пойми кто и где. А ведь рассчитывал совсем на другое. И где, блин, Змееголовый? Куда он подевался? Что-то тут не так с этим миром, но что, я пока не могу понять. С этой мыслью я и заснул, так ничего и не решив для себя, а с утра вместе с Апом явился на пункт сбора.
Меня уже ждали. Перекинувшись приветствиями, мы выдвинулись в сторону окраины села и пошли по дороге, что постепенно истончалась до обычной тропинки. Впереди на сотню километров простиралась пустота, и дорога буквально за последней хижиной практически обрывалась, уступая место сначала засеянным полям, а потом обычной саванне.
Наши верблюды величавой поступью шли вперёд, направляемые рукой командира отряда по имени Рам. Куда конкретно мы двигались, я не знал, но дорогу запоминал. Ап молчал, лишь изредка кидая равнодушный взгляд на меня. Кажется, он знал этот путь, или понимал, куда мы идём. Вообще, мне очень интересно узнать, как находил нужную дорогу в саванне Рам. Здесь же никаких значимых ориентиров нет, карт древние люди не знали, по крайней мере, эти точно. Тогда, как они узнавали верное направление?
Пока я этого не понял, но наш отряд уверенно двигался вперед, словно его командир отлично знал дорогу. Я мысленно пожал плечами в ответ на собственные рассуждения и продолжил внимательно смотреть по сторонам, а то и в небо, отмечая направление ветра и сторону, куда плывут облака относительно солнца.
Мы прошли весь день, так никого и не повстречав, замечая лишь следы людей и животных, когда-то здесь проходивших, оставленные на пыльной земле и траве. Совсем скоро начнётся сезон дождей, получается, в не самое подходящее время выступил наш отряд.
На ночь отряд остановился в саванне, недалеко от одиноко росшего дерева, тут же распределили смены. Разложив костёр, все расселись возле него, кроме одного из трёх братьев, что остался дежурить неподалёку. Сам собой завязался разговор. Привыкший командовать, я молчал, Ап тоже.
Главарь отряда Рам не стал долго ходить вокруг да около, а решил всё же выяснить, кто мы, и что собой представляем, ну а я терпеливо ждал, когда он всё же сам расскажет о цели нашей миссии.
— Послушай, Егэр, нам с тобой и твоим подельником ещё много времени проводить бок о бок, а я о тебе ничего не знаю, да и ты ничего о себе рассказывать не хочешь. А твой спутник и вовсе, как будто не отсюда родом. Всё время молчит, язык знает плохо. Да и вообще, очень похож на тех дикарей, что живут очень далеко, куда даже самые смелые отряды не заходили никогда.
Я посмотрел в глаза Рама, поправил бурнус, что почти всегда торчал на моей голове, на всякий боевой случай, и ответил.
— А о чём разговаривать? Меня настойчиво попросили вступить в ваш отряд, пообещав награду, я и вступил. Сражаться я умею, еду готовить тоже, даже лечить умею, хотелось бы знать, куда идём, но и это я узнаю, рано или поздно. Если ты не хочешь о том говорить, то это твоё дело, моё же — идти и выживать, убивая врагов и деля пищу с товарищами, пока мы не достигнем цели своей миссии, или не умрём.
— Гм, а ты не любопытный.
— Любопытство — роскошь, недоступная простым воинам, а уж меня оно и вовсе обошло стороной, своих тайн в достатке, чтобы интересоваться чужими.
— Вот в этом я не сомневаюсь. Что ты, что твой спутник, вызываете много интереса своей загадочностью. Я успел наслушаться историй про то, как ты сражался, защищая селение, но хотелось бы услышать о том из твоих собственных уст.
— Мне нечего рассказывать, я не рассказчик, а воин. Когда я сражаюсь, не думаю про то, как начну всё описывать. У меня в голове лишь одна мысль — убить и самому остаться в живых, всё остальное не важно. Сражался я хорошо и храбро, вот и всё, что могу сказать о себе.
— А твой раб и спутник?
— Он в тот день ещё не был ни моим рабом, ни моим спутником, а потому стоял в стороне. Не являлся он и врагом, как и другом, также оказался захвачен толпою, что напала на нас, и когда она разбежалась, достался мне в качестве трофея. Он не знает наш язык и родом непонятно откуда, не из здешних мест.
— Ну, это по нему сразу видно. Я и не рассчитывал на то, что ты станешь рассказывать о себе всю правду. О себе рассказывать тоже не буду, достаточно того, что я работаю на Хима, а его ты знаешь.
— Знаю, но плохо, он, кажется, торговец.
— Да, — кивнул Рам, — а ещё торговец удачей. Он всегда рискует и ищет то, чего нет ни у кого, то, что необходимо всем.
Я приподнял в удивлении брови, не совсем поняв смысл сказанной фразы. Торговать удачей ещё никому не доводилось, хотя помнится, Хим упоминал об этом.
— Он ищет редкие вещи, что нравятся людям и богам?
— Точно! А ещё направляет отряды на разведку чужих земель или вовсе необитаемых. Вот, как идём мы.
Я усмехнулся, уж с моими знаниями чужих земель впору самому становиться разведчиком, но не моё это, да и бессмысленно здесь такое занятие. Я согласился войти в отряд только для того, чтобы узнать больше информации, а заодно не одному войти в дикие земли. Хотя, тут всё кругом дикое. Древних цивилизаций почти нет, все они находятся на Средиземноморье, в основном, в Африке есть Карфаген, Египет, Куш и Аксум, ну и что-то там бедуинское в Сахаре, что с натяжкой можно назвать цивилизацией.
