влезать в шкуру частного сыщика. Спрашивается, кто их любит, этих сыщиков? Клиенты и потерпевшие, обратившиеся с жалобой или просьбой, постоянно что-то недоговаривают, а то и врут, принимая сыщика за свою прислугу, должную тупо отрабатывать денежку, а не проявлять творческую инициативу в деле по расследованию преступлений. А уж как полиция-то к ним относится! Вот, разве что, с Шерлоком Холмсом да с Эркюлем Пуаро инспектора считались, да и то, через раз. Опять-таки, это литературные персонажи, а в реальности полицейский попросту упрятал бы самодеятельного детектива в камеру, чтобы тот не мешал расследованию. А уж в условиях социалистической законности и наличия советских правоохранительных органов, частных сыщиков попросту не должно быть. Поэтому, придется соблюдать максимум осторожности и вести себя не так, как пишут в детективах, а сообразно моей должности и положению. То есть — отрабатывать полученную информацию, чтобы, при малейшей возможности, дать делу законный ход.
Титана я застал на рабочем месте. Он взирал на меня с большим любопытством и на всякий случай поводил носом в надежде уловить флюиды порочных увлечений, но лишних вопросов задавать не стал. Разумеется, моему соседу по кабинету было жуть, как любопытно — отчего это насквозь положительный Леха опоздал аж на три часа, и его пришлось «прикрывать», но Титанов умел молчать. Первые выводы сделал — перегаром не пахнет, значит не водка, а женщина. Будь на его месте Джексон или Серега Савин, то сейчас бы начали докапываться — как мол, девушка-то, ничего? А муж у нее есть? А нет — то серьезно ли все у нас, а коли серьезно, то когда свадьба и будет ли «простава» трудовому коллективу? Мой экс-наставник, в этом отношении был золото. Если надо — сам расскажу, а нет, так и ладно.
Титан же кивнул на мой стол, где лежали отписанные мне материалы, требующие разрешения. Бегло посмотрел первый — сообщение из травматологии об оказании помощи гражданину Саенко. Присел, полистал, проникся. Вот с этим придется разбираться прямо на месте. Еще один матерьялец, напрашивавшийся на отказной, может и полежать, а я решил, что лучше-ка сейчас умчусь по делам, нежели стану сидеть тут и ждать, пока не явятся мои боевые товарищи и не начнут изводить расспросами. А мне хвастаться своими любовными похождениями было не с руки. Не тот, понимаете ли, случай.
А так, пока бегаю, глядишь у народа и интерес ко мне пропадет. Вдруг появится более завлекательная тема, нежели опоздание Воронцова?
Саенко жил в получасе ходьбы от отдела. Парень молодой, постарше меня нынешнего года на два. Пребывал он даже не на больничном, а на выходном, а по поводу своей травмы — рассеченного затылка, зияющего теперь выбритой плешкой и яркой зелёнкой, поведал, что поссорился вчера с приятелем, получил от него в пятак, отлетел в сторону и ударился затылком о батарею, но заявлений писать не станет и претензий не имеет. Дескать, дело у них сугубо личное, в котором замешана девушка. Все ясно — лосиные бои из-за самки, в которых самцы обламывают друг другу рога. Не знаю, кому и когда помогала драка, чтобы девушка осталась с ним, а не ушла к сопернику? Сомнительно, чтобы девушка выбрала себе сильнейшего из соперников, она-то, чай, не лосиха. Ну да их дело. А мне так и проще. Если к обидчику претензий нет, то я и настаивать не буду. Заполучив объяснение с собственноручной подписью потерпевшего, поковылял обратно, вспоминая виденные в прошлой реальности американские фильмы. Вон, до чего же тамошним копам хорошо живется! Никто из них даже не подумал бы, что материалы, касающиеся какой-то травмы, следует проверять по месту жительства, да еще и расспрашивая потерпевшего. Там все просто — если тебя насмерть не убили, а ты сам не явился в участок, чтобы подать жалобу, так и гуляй себе лесом. Ну, или техасской степью. А то и так — получил житель Мичиганщины или Оклохомщины тяжкие телесные повреждения (жена, скажем, с двух рук пальнула), но выдвигать обвинения не желает. Не желаешь — так твоя воля! Жена владеет оружием на законных основаниях? Если да, так какие проблемы? Это вам не Советский Союз, где по «тяжким» уголовное дело возбуждают на автомате, а потом ломай голову — как бы его угробить?
В райотделе дежурный не дал мне незаметно прошмыгнуть мимо и крючковатым пальцем призвал к себе.
— Вот, Воронцов, тебя материал дожидается. Расписывайся и забирай.
Я попробовал возразить, дай хоть почитать, что там, но дежурный был непреклонен:
— Тут видишь, твоя фамилия стоит? Вот и получай, а потом читай, сколько душе угодно.
У дежурного своя задача — как можно быстрее от расписанных материалов избавиться, а то сам же и получит потом. Придётся брать. Расписался, взял. Ну, это не иначе, как в наказание за утреннее отсутствие — материал очевидный, и уголовному розыску здесь делать нечего. А вот участковому — самое то.
Гражданин Лазейкин накатал заяву на своего соседа, гражданина Хорькова, с которым подрался на лестничной площадке. И приложил справку о наличии у него «гематомы в правой части лица». Значит, на лице, то есть, налицо мы имеем «причинение легких телесных повреждений, не повлекших кратковременного расстройства здоровья». Статья 112 УК РСФСР, часть вторая. Спрашивается — на фига дежурная часть вообще заявление приняла? Или до сих пор не могут оправиться от комплексной проверки? Скорее всего, так оно и есть. Надо было сразу в суд товарища отправлять, мол, дело частного обвинения. Вот идите туда и обвиняйте своего супостата, сколько вашей душеньке угодно.
Лучше всего было бы, конечно, сходить к начальству, чтобы переписали материал на участкового, но там сразу встанет вопрос, а что это вы, товарищ Воронцов, оперативки игнорируете? Были бы на месте, всё и решили бы своевременно. Да и не любит начальство свои решения менять.
Но что хорошо, так это то, что помимо самого заявления, в котором гражданин требовал (именно так!) привлечь соседа к уголовной ответственности, имелось и подробное объяснение, взятое Серегой Савиным. И, судя по всему, вина у соседей обоюдная. Что же, мне легче, никуда бегать не нужно. Поэтому ратовать за передачу материала участковому не буду, вынесу сам постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, с предложением для гражданина Лазейкина обратиться в народный суд.
Народные судьи со своими всегда солидарными народными заседателями дела по 112-й статье тоже не уважают. И понять их можно — работы невпроворот и по серьезным делам, а тут кто-то лезет с жалобой из-за подбитого глаза. Скорее всего,
