— За нами уже охотятся, если ты не заметил! — вмешалась Руся.
Монг скосился на зомби, что-то обдумывая. — Ты ведь начинающий некромант верно?
— И что?
— Попробуй допросить вон того красавца. Я знаю, что чем сильнее некромант, тем лучше понимает нежить. Пусть расскажет сколько за нами отправилось и чего им надо. Вдруг я ошибаюсь.
Зомби вперился в меня бессмысленным взглядом. Белёсые размытые глаза смотрят в пустоту, изо рта вырывается глухой рык. Я бы с удовольствием прервал его муки, так не хотелось подходить ближе, но переборов отвращение, шагнул навстречу. Сгнившая голова приподнялась. К горлу подступил кислый комок. Я закрыл нос рукавом и приблизился ещё. Некромант я или кто, в конце то концов. Должен терпеть и такое.
— Ты меня понимаешь?
— Агррр. Аррр
— Зачем преследуете? Что Вам надо?
— Мне кажется, вопросы несколько сложноваты, — вмешался Монг. — Давай проще.
Я уже готов был согласиться, но рот зомби растянулся в улыбку, взгляд неожиданно прояснился, стал осознанным. Кто-то неимоверно сильный захватил контроль над телом и откровенно наслаждался. По моей коже пробежал мороз. На этот раз от страха. Легко быть смелым когда знаешь, что воскреснешь, когда руку тяготит уникальный меч, а за плечами за двадцатку уровней. Глядя в глаза чудовищу, начинаешь ценить жизнь.
— Тебе не уйти от Короля-Лича, хранитель артефактов, — произнес зомби, разделяя каждое слово. — Он найдёт тебя и сдерёт кожу с ещё живого. Десять тысяч неутомимых взяли след. Готовься хранитель.
— А твой король-лич знает, что я для вас стараюсь?
— Глупый хранитель, мы не доверим свою судьбу какому-то человеку. Все игроки должны умереть.
Кулак врезался в челюсть быстрее, чем я открыл рот. Бурые пятна мозгов разметало на пол дороги. — Ну, мы вроде узнали что хотели, — сказал Монг, невинно обтирая ладонь о ближайшие лопухи. — Я так понимаю, мы направляемся в крепость Улу-Торк, слёзно просить вождя о помощи?
— Верно. Глаз находится за морем, и нам понадобится команда.
— Я в деле, — отрезал Монг. — Не хочу оставаться в стороне, пока по дорогам расхаживают вот такие. Кстати, с тебя ящик эльфийского, когда всё утрясётся.
Монг сунул пальцы в рот, грудь растянулась, впуская воздух. От свиста мы с Русей закрыли уши. В стороне затрещало, будто через лес прёт танк. Проламывая кусты, пугая кого можно и нельзя, на дорогу ворвался вороной конь.
— Я наконец придумал ему имя, — обнял Монг крутую шею.
— И какое? — поинтересовался ради формальности.
— Назову его — Цезарь, — гордо молвил Монг и потрепал вороную гриву, отчего рожа коня вытянулась вдвое. — Смотри, как красиво шею гнёт и хвостом виляет. Понравилось кличка, сразу видно. Будет он у меня царских кровей, — показал Монг свои белые, как школьный мел, зубы.
Я хотел было рассмеяться, смешно ведь разъезжать на римском императоре до пояса голым, но от зловещего, распластанного посреди дороги зомби исходит настолько мерзкий запах, что стало дурно. Голова закружилась, и я обнял гладкий бок своего коня. Удивительно, что прискакал тоже. Мог бы умчать обратно, к Рыцарями Смерти, где наверняка приготовлено вкусное сено и удобное стойло с парочкой кобылиц. Выходит, даже для неразумного зверя есть нечто большее, чем набитый живот.
Русана присела рядом с оборотнями, внимательно разглядывая застывшие в оскале крупные клыки и раздутые как у синтолового качка мышцы. Как по мне, занятие глупое. Программный код твари стёрт вместе с проблемами, что пыталась доставить. Но изящная ладошка повела против шерсти, зацепив следом моë внимание.
— Не простые, — сказала Руся уверенно. — Да и выглядят больше обычных, диких. Стальные браслеты, — звонко постучала ноготком. — Народ луны ценит свободу превыше всего. А вот ещё одна странность. Вот смотри, на плече что-то есть.
Я присмотрелся, где пальчики раздвинули черный клок шерсти, ловя себя на мысли, что подобными вещами должна заниматься не ведьма из леса, а кое-кто более мужского начала. Среди грубых волос спрятался красноватый череп. Под раскрытой в немом крике челюстью, расправила крылья летучая мышь. Я осторожно коснулся выпуклой кожи, что совсем недавно начала покрываться заживляющей корочкой. Эмблему выжигали раскалённым таро. В нос забрался запах огня и палëной шерсти. Монг навалился сзади, заставив колени дрожать и вытянул через плечо массивную голову. — Дело дрянь, — услышал я под ухо. — Они из городского караула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И большой караул в Чернотопи? — спросил я, ловко выходя из захвата, но Монг как будто и не заметил, снова окунулся в размышления вслух.
— В Красном замке Рагора будет раза в два меньше. Там охраной занимаются игроки. А в Чернотопи эту грязную работу поручили неписям-наемникам. Зря конечно, учитывая нынешнюю ситуацию. Непросто им придется. Против десяти тысяч оборотней горстке игроков не устоять. Эти твари быстро регенят жизнь и выносливость, да ещё быстры как черти с шестого круга Баала. Удивительно, что ты так легко победил. Даже мне пришлось бы повозиться.
— Как думаешь, почему они охотятся за мной? — спросил, подбирая окровавленную саблю, с которой ещё капают густые капли. Хоть и простая, но служит верно. — Им тоже нужны артефакты? Но я ведь тоже планирую разделить миры. Зачем убивать союзника?
Монг почесал затылок. Лицо сморщилось как весенний виноград. — Я бы на их месте прикончил тебя как можно раньше. Вот представь, что судьба твоего родного мира зависит от сопляка-задрота, что от силы день в игре. Без обид, я утрирую. Вот убьёт тебя например Талос, или его брат-маг. В этом случае, чтобы прибрать арты себе, Темной Империи придется уже иметь дело с ними. Сильнейший по слухам мечник плюс искусный маг. Делай выводы.
— В каком-то то смысле ты прав, — опустил я голову. Полезли всякие мысли о моём жалком месте в этом мире. Оказаться между игроками и внезапно получившими свободу неписями. Что может быть хуже.
— Лёш, прекращай делать такое лицо, — сильно толкнула Руся в плечо, чего явно не ожидал. Боль помогла прийти в чувство. Мысли вновь потекли в нужном ключе. — ты же Некромант, да ещё избранный богами! — почти прокричала она.
Монг рассмеялся, попытался соединить буквы в слова, но получилось плохо. Цезарь тоже ухмылялся, правда по-конски задирая верхнюю губу.
— избранный кем? Богами? Мне кажется, кто-то пьёт эльфийское-особое втихаря.
— Я говорю правду! — притопнула Руся. — Верховные боги решили…
— Ладно, ладно, — остановил яростные нападки азиат. — Боги так боги. Решили так решили. Давайте уже ехать отсюда, хочу скорее найти ужин и выспаться.
Мы вскочили на коней, я пришпорил Обжору. Имя придумал еще пару часов назад, когда мой вороной с особым аппетитом прикончил молодую акацию.
Река окончательно повернула в сторону каменного хребта, истончаясь у края горизонта золотистой чертой. День подходит к концу.
— Солнце уже на исходе, а у меня в животе шаром покати, — сказал Монг поравнявши коней. Обжоре не понравилось, и он решил укусить Цезаря за ухо, но император вовремя выгнул шею. — Послушай, некромант, что ты думаешь о зажаренном на углях молодом кабанчике, приправленном лимонным соком и красным перцем?
Я проглотил пару литров слюней пока слушал, представляя как отрываю исходящую паром ногу.
Глава 20
Монг достал короткий лук, похожий на игрушку в жилистых руках, и двумя пальцами потянул тетиву, направляя взгляд то за реку, то в высокую траву у дороги. Дерево натужно затрещало. Когда показалось, что вот-вот сломается пополам, нить с облегчением дёрнулась, заставляя воздух вибрировать. Монг довольно хрюкнул. — В игре, мой юный друг, в отличие от реала, кабан животное глупое. Наше счастье, что хотя бы мясо съедобно. Сперва запасёмся едой, а воду наберём в ручье, что на границе Топи. Ты ведь умеешь охотиться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я опустил глаза. — Пока нет.
— А ты, ведьма?
Руся кивнула отрицательно. Реснички заблымкали, будто всю жизнь была вегетарианкой.
— Не смертельно. Все мы когда-то были начинающими, хотя знавал нескольких, что так и остались. Ладно, я скоро. Займитесь пока чем-нибудь полезным.
