бы иначе… но время вспять не повернуть.
— Эй, подруга, чего раскисла? Хочешь, массаж сделаю сегодня? — глядя на улыбку Ричарда невозможно было самой не улыбаться и Пенни немного расслабилась.
— О, нет, только не это! — она выставила руки вперёд, — давай сегодня выпьем?
— Льюис, я бы без винишка к тебе не пришёл, — Ричард поднял руку с пакетом, в котором бутылок было явно больше двух, — но всё я тебе не дам выпить, и не мечтай. Сейчас я пойду куплю креветок. Ведь про паэлью ты только что придумала, да?
— Дааа… — виновато простонала Льюис, — для паэльи у меня дома только рис.
Ричард по-доброму рассмеялся, чмокнул в щеку подругу и удалился из магазина.
Пенни поставила пакет с пятью (!) (Матерь божья, пять бутылок!) бутылками вина под стойку с кассой и посмотрела на время. До закрытия оставалось всего тридцать пять минут и она стала прибирать рабочее место за кассой. Через некоторое время, она взглянула в зал и насчитала всего троих человек. Две женщины активно обсуждали что-то у стойки с фантастикой, а третий, судя по короткой стрижке — это был мужчина, находился у художественной литературы.
— Буду рада видеть вас снова, — Пенни мило улыбнулась и протянула женщинам пакет с книгами, когда те наконец определились чего хотят.
Льюис посмотрела на неразобранную стопку книг на прилавке и надула губы. Ей предстояло взбираться на стремянку, чтобы это убрать на самую верхнюю полку. И нашелся же любитель, кто хотел их посмотреть. Она подумала, что надо бы Достоевского переселить на полку пониже.
Она уже убирала последнюю книгу, как за спиной раздался мужской голос с требованием продать ему шоколад.
— Простите, но у нас нет шоколада. Хотя, это отличная идея, сэр, — не поворачиваясь, Льюис пыталась втиснуть толстую книженцию между другими книгами. Как-то ведь она здесь стояла раньше!
— Жажду узнать, чем всё закончилось после перетраха.
— Что? — теперь ей пришлось обернуться.
Если бы Пенни до сих пор что-то держала в руке, то обязательно бы повалила это на пол. И каким чудом она сама спустилась со стремянки при этом не упав, она не понимала.
Она довольно быстро очутилась напротив Алека, который держал в руках "Шоколад" в мягком переплете. Конечно, кто бы мог ещё шутить похабные шуточки о её любимом романе.
От неожиданности, Пенни не знала, что и делать. Что говорить? Какое-то время она просто стояла и молча смотрела на него. Разглядывая, будто привидение.
— Ты… — обретая способность к нормальному воспроизведению речи, Пенни сглотнула, чтобы смочить вдруг пересохшее горло, — ты здесь…
Она похлопала глазами и взяла в руки книгу.
— Надо же, ты вышел из леса? — Пенни смерила его скептическим взглядом, будто не верила ещё тому, кто перед ней.
Рада видеть тебя.
Слова застряли в горле. Откуда-то вылезла гордость, которая мешала говорить.
Очень рада видеть.
— Что-то нужно ещё, кроме книжки?
Алек
Весь день Алек провел в поисках. Иголку в стоге сена, не иначе. Ничего, кроме фото ребенка и штемпеля на конверте у него не было. И этого было чертовски мало.
В пригороде Лондона имелось несколько действующих приютов и Лестеру удалось посетить только два. Причем в одном из них с ним даже разговаривать не желали, сразу пустившись в путешествие по миру английской бюрократии. Мол, вам зарегистрироваться вот на этом сайте, пройти вот эти вот курсы, заполнить документы, сдать тесты, пройти специалистов. И это он еще даже ребенка не видел.
Лестер был зол, как тысяча голодных волков. И если бы не баранье его упрямство, то плюнул бы на эту затею еще в моменте. Как будто мало на свете детей, которым не досталось семьи. Почему вдруг его так задело это письмо? Сидя в каком-то средненьком пабе, Алек перечитывал корявое послание мальчишки. Рассматривая вложенное в конверт фото. Кайл, пять лет. Голубые глаза, темные волосы. Обычный мальчонка, тощий, бледный. Дался он ему в самом деле.
Убрав конверт во внутренний карман куртки, Лестер доел свой ужин, подсунул под пустой пивной стакан наличку и вышел в бесснежную лондонскую зиму. Там, в родном уже лесу, давно хрустел под ботинками наст. Ночью звенящий воздух бодрил с каждым вздохом, наполняя грудь свежестью. В городе ее будто сдавило свинцовыми тисками.
Отвык ты, Лестер, от шума, гари и всех этих сомнительных радостей.
Он вполне мог пойти домой, в купленную после продажи дома квартиру, скудно обставленную, но вполне жилую, пусть и погрязшую, небось, в пыли. За столько-то времени. На завтра имелось еще несколько адресов. Алек отвел себе неделю, решив, что за это время намучается в городе по самые не хочу, вспомнит, почему не стоило даже нос сюда совать и вернется со спокойной вполне совестью, решив, что сделал, все что мог. Откровенно говоря, он что-то подсник за день и уже не пылал той уверенностью в успехе. Нет, если бы он нашел мальчишку, то свернул бы горы, чтобы его забрать. Тут сомнений у Лестера не было. Вопрос в том, как найти. Это раньше он мог бы играючи, подключив связи тряхнул бы своих ребят, те бы поскребли по контактам среди знакомых копов, пробили по базе. Теперь Алек всего этого не мог. А один, как известно, в поле не воин.
Как ни странно, здесь, в городе, одиночество ощущалось куда сильнее и острее, чем в глуши Ирландских лесов. Потому ли, что вокруг люди, или от того, что появившись в Лондоне, имея свободный вечер, он поразительно четко осознал: ему некому нанести визита. По крайней мере, никто не будет такому визиту рад. Алек хмыкнул, скользнув взглядом по вывеске какого-то книжного магазинчика. Обычная, ничем не примечательная. И одно только это вернуло его на пол года назад, окунув будто в ледяную прорубь в затянутый слезами взгляд огромных, почти детских глаз.
Пенни Льюис. Наивная, любопытная девчонка, от воспоминаний о которой до сих пор сводило скулы. Первые дни после ее отъезда Алек бесился. Бесился, потому что вдруг столько вещей в его берлоге пропахло ею. И столько всего вызывало воспоминания. Яркие, сладкие. Лестер раз за разом напоминал себе, чем все закончилось. Он позволил себе всего на шаг отойти от созданных самолично правил и все ухнуло в бездну. Хороший урок.
Остановившись у магазина, он рассматривал витрину, вспоминая адрес. Пенни точно говорила, еще приглашала зайти, будучи в городе. Улицы и номера домов никак не шли в голову. Тогда Алек, повинуясь дурости не иначе зашел в ближайшее интернет-кафе и принялся изучать адреса всех имевшихся в Лондоне книжных лавок, пока не наткнулся
