теперь у меня будут проблемы. Чувствовал, что будут сложности — “Спасибо тебе, Локар, самый лучший бог на свете!”.
— На здоровье, грешник, цени меня, и, может, твоя жизнь будет чуточку лучше.
Сука! Нет более подходящего слова, чтобы описать ситуацию, в которую снова меня втянуло высшее существо.
— **** **** ******** ** ******* **** **** *****!
Учительница улыбалась, а студенты молча стали собираться и выходить из аудитории. Никто ничего не говорил, все смотрели на меня и не понимали, как реагировать.
Солнцева толкнула меня в плечо и произнесла:
— Подожди пару минут, нужно зайти в свой кабинет, и пойдем к директору. Ивар, это очень плохо. Артефакт крайне дорогой, — и ушла.
Стоял и не знал, что думать. Она издевается? А может, это подстава? Елизавета не просто так постоянно улыбалась и подмигивала мне, а еще и первым вызвала зачем-то. Ладно, прорвемся.
* * *
Солнцева забежала в свой кабинет.
— Умница, ты просто умница, Ивар. Ты не представляешь, что можешь. Эх, жаль, что тебя будут использовать. Но я постараюсь сохранить тебя… Очень постараюсь, ты такой особенный и будешь только моим. Только моим! — сказала Лиза, облизнувшись.
Где это видано, чтобы лекарь оказался настолько выдающимся магом. Нужно только как-то успокоить директора. А сейчас бы поменять нижнее белье, потому что она вся намокла. Столько энергии вырвалось.
Пока эти глупые детишки пытались защититься от нее, Елизавета впитывала столько, сколько могла. Ее каналы максимально растянуты и, кажется, вот-вот порвутся. Сколько времени она пыталась перейти на следующий уровень. Сколько месяцев по вечерам поглощала энергию с “Благословения Богов”, а тут всего за несколько секунд подойти настолько близко к прорыву.
Не зря она поверила в Ивара. Ой не зря. Он оправдал все ожидания. Солнцева бегала по кабинету в поисках запасного белья. В последнее время у нее часто случались неожиданные возбуждения. Тяжело без мужчины почти год. А идти к директору в таком виде нельзя.
У него отличный нюх, и может опять начать приставать со своим предложением выйти за него замуж. Нет, конечно, он не плохая кандидатура, но хочется кого-то помоложе, да и быть на вторых ролях она не привыкла.
Наконец-то заветное исподнее было найдено. Она быстро задернула свое платье и сняла насквозь мокрые трусики. Бросила их на стол и надела новые, жаль, что не под цвет платья — черные.
И пошла к Ивару.
* * *
Через несколько минут вернулась Солнцева, зачем-то взяла меня за руку, и мы двинулись к директору. Сильных переживаний по этому поводу у меня не было. Когда ты проживаешь тысячи смертей, когда твою душу лично мучает бог, что может быть ужасного в обычном человеке?
Мы поднимались на самый верх, карта в голове показывала место, куда нам нужно идти, но меня тащила Солнцева. Через некоторое время стояли около большой деревянной двери, которая была вся в узорах, почему-то думаю, что в магических. Золотые ручки кольцами.
Не успела Елизавета ничего произнести, как дверь начала сама открываться. Меня затащили внутрь, посадили на мягкий диван почти у самого входа. Осмотрелся, около окна стоял большой рабочий стол из темного дерева, украшен инкрустацией из драгоценных камней и покрыт кожей. На нем лежали блокноты, старинные перья с драгоценными чернильницами. За столом — массивное кожаное кресло, источающее атмосферу власти и уважения.
Свет от витражных окон мягко проникает внутрь, озаряя многочисленные полки, заполненные томами книг, скорее всего, магических, артефактами и реликвиями. Все просто кричит, что это особенное место.
В центре комнаты стоит бронзовый глобус сложной магической конструкции, вращающийся медленно и источающий приглушенный свет. Посмотрел на диван, на котором сижу. Обитый бархатом, яркого цвета, на нем тоже какие-то замысловатые узоры. Судя по вони, магия.
Все в этом кабинете говорило о важности места, в которое попал, и важности человека, принимающего решения. Сидел молча, пока учительница что-то долго шептала на ухо директору. А он украдкой бросал сальные взгляды на ее декольте. Наконец, его суровый взор уставился на меня. Он встал и пошел в мою сторону.
Когда оказался рядом, думал, меня вырвет. Дикая вонь говорила, что это сильный маг. Еле сдерживался. Он протянул мне руку и сказал:
— Здравствуйте, молодой человек! Я Андрес Владимирович Ураган. Рад, что вы в добром здравии и отлично выглядите.
Сжал зубы и протянул ему ладонь. Он крепко ее схватил и изучал мои глаза. Потом ухмыльнулся, сел рядом. Елизавета подошла и встала около меня.
— Иван, вы разрушили уже второй артефакт в нашем университете, и если первый мы можем простить, то “Благословение Богов” — это подотчетная вещь. Выделяется из канцелярии его величества, и у нас в Первом магическом всего одна. Мне придется писать императору, в канцелярию, чтобы объяснить, что произошло, и просить еще один. А это крайне затратно для нашего университета, — сказал директор.
— Если позволите, то зовите меня Ивар, тоже нравится мое имя на западный манер, — сказал я с улыбочкой.
А в голове только одна мысль: “Приплыли”. Сейчас отчислят, а это значит сразу ад. Пытался сидеть ровно, мои зубы уже начинали скрипеть, потому что вонь от директора дополнилась вонью Елизаветы. Видимо, она как-то умеет ее глушить. И смотрел на них.
* * *
Когда в дверь постучали, Андрей Владимирович, который предпочитал, чтобы его называли на западный манер Андрес, знал, что это Солнцева, магические руны четко определили ее. Но с ней был еще кто-то. “Студент?” — подумал директор. Что же он такого совершил, если его лично притащила Лизочка? Слепок магической души говорил, что он уже встречал этого мальчика.
Дарков? Точно, это он. Андрей Владимирович не хотел принимать лекаря в этом году. Когда они появляются, местная знать очень резко на них реагирует, и возникают сложности, но Иван просто переполошил всех. Выбора не было, очень важные люди попросили за него, поэтому теперь этот студент стоит перед его дверями.
Когда они вошли, то Иван сел на диван, а Лизочка встала поближе и рассказала, что он сломан “Благословение Богов”. Гнев охватил директора, такую редкую и дорогую вещь испортили. И все из-за него… Но потом Солнцева рассказала, что у мальчика нулевая основа, и сейчас, во время «куаткузи» он обнулил артефакт, забрал все, что в нем было.
А ему вообще-то более тысячи лет. Столько времени он служил батарейкой для магов и пять сотен — в
