Катрин вскочила на ноги так быстро, что Марго подпрыгнула от испуга. – Боже, Марго, ты хочешь сказать, что мне нельзя будет оперировать? Что мне придется иметь дело только с медицинскими случаями, но не с хирургическими?
– Нет! – Марго тоже вскочила и положила обе руки на плечи Катрин, слегка встряхивая ее. – Это совсем не то, что я собиралась сказать. – Катрин, все в порядке. Присядь и послушай.
На какое-то мгновение Марго подумала, что Катрин собирается просто повернуться и уйти.
– Пожалуйста.
В конце концов, Катрин уступила и опустилась на скамейку, но на этот раз расстояние между ними было гораздо шире.
Как можно спокойнее. Марго продолжила. – Ты не можешь проводить операции, без прямой доступности вышестоящего специалиста скорой, который бы имел возможность принять ответственность за пациента.
– Что, черт побери, это значит? – В голосе Катрин подозрение смешалось с разочарованием.
– Это значит без меня.
Прошла минута. Затем другая. Катрин поднялась, сделала несколько шагов в сторону, повернулась, снова подошла к скамейке и села. – Ты будешь присматривать за мной как за ребенком?
– Нет. Я буду тебя контролировать. – Прежде чем Катрин снова начала протестовать. Марго придвинулась ближе и положила руку чуть выше ее колена. – Катрин, это не сильно отличается от ситуации, когда хирурги-выпускники должны отработать дополнительный год практики перед окончательными экзаменами.
– Выпускникам нужна практика под присмотром. Мне – нет. – Это добавляло к ее физической травме еще и профессиональное оскорбление, и сердце Катрин разрывалось от обиды и несправедливости.
– Конечно, тебе это не нужно. Я это понимаю. Но таким образом госпиталь будет в безопасности, если… что-нибудь случится. – Марго могла лишь догадываться, как это должно быть унизительно для хирурга такого класса как Катрин. – Про это никто не должен знать. Мне не нужно быть рядом с тобой во время операции, тебе просто придется держать меня в курсе дел, что, впрочем, ты и так должна делать. Это просто формальность.
– Как долго? – безучастно спросила Катрин. Она не могла сопротивляться. Она не хотела сопротивляться Марго.
– Шесть месяцев. Этого времени будет достаточно, чтобы удостовериться, что дальше не будет никаких проблем. – Марго рискнула потрепать Катрин по руке. – И я не думаю, что они возникнут.
– Хорошо, – кивнула Катрин.
Марго сжала ладонь подруги. – Катрин…
– Все хорошо. Как скажешь. – Катрин встала и огляделась, только сейчас заметив, что они были одни. – Нам пора возвращаться.
– Хорошо. – Марго хотела сказать, что она очень сожалеет, но это бы прозвучало так банально. Разобраться в этом вопросе была ее инициатива, и, несмотря на то, что Катрин это расстроило, Марго находила окончательное решение справедливым. Тем не менее, ей было горько слышать боль в голосе Катрин.
Некоторое время они шли в молчании, потом Катрин спросила. – Значит ли это, что я всегда должна буду выходить в те же смены, что и ты?
– Да.
– Ну что же, есть в этом хоть что-то хорошее.
Марго бросила быстрый взгляд на Катрин и та улыбнулась ей в ответ. В следующий миг они уже вместе тихонько хихикали.
– Ты понимаешь, что мне это не нравится так же, как и тебе? – спросила Марго.
– Что именно? Контролировать меня или…
– Нет. – Горячо прервала ее Марго. – Мне не нравится то, что ты теряешь что-то очень важное, несмотря на то, что в этом нет твоей вины, и ты итак уже много настрадалась. Несправедливо, что ты должна страдать еще больше.
Катрин резко остановилась посреди улицы и схватила Марго за руку, разворачивая девушку так, что бы их лица оказались друг напротив друга. Она наклонилась вперед, их тела едва не соприкасались. – Я рада, что я здесь. Рада, встретила тебя. Все будет хорошо.
Завороженная выражением силы и энергии на лице Катрин, Марго нервно рассмеялась. В моменты подобные этому, проявлялся образ совершенно другой женщины бурлящий под внешним спокойствием Катрин. В ней чувствовался огонь. Марго практически ощущала его жар. Ей хотелось бросить себя в это пламя страсти Катрин и пылать вместе с ней. Ее тело желало этого, и она боялась, что ее сердце желало того же. – Я тоже. Очень рада.
– Хорошо. Значит все хорошо. – Катрин заставила свои пальцы разжаться и отпустила руку Марго. – Так, завтра мне выходить на работу?
– Ровно в семь утра.
– Я не опоздаю.
– Знаешь, с твоим плечом, тебе не стоит ездить на велосипеде еще пару дней.
– Возможно, ты права, – согласилась Катрин, – Здесь не очень далеко, я могу пройтись пешком.
Марго покачала головой. – Конечно же, не можешь. Подходи к моему дому примерно в шесть пятнадцать, выпьем по чашечке кофе, и вместе подберем Линду. Мы с ней подвозим друг друга по очереди.
Лишь секунду посомневавшись, Катрин кивнула – Замечательно. Спасибо.
– Хорошо, значит, договорились.
Катрин не хотелось говорить ей "спокойной ночи", но она знала, что ей надо зайти в дом. Находиться рядом с Марго было самой сладкой мукой, которую она когда-либо испытывала, и ей оставалось лишь сдерживаться. Она чувствовала себя уставшей и расстроенной и больше всего на свете хотела забыться в объятиях Марго. Наклонившись вперед. Катрин коснулась губами ее щеки. – Спасибо тебе за все, Марго.
Прежде чем Марго смогла подумать, прежде чем смогла придумать повод или обдумать или пожалеть, она сделала шаг навстречу, обвила руками шею Катрин и поцеловала ее. Она почувствовала, как Катрин напряглась от неожиданности и как ее губы, прижатые к губам Марго, распахнулись с мягким стоном. Спустя лишь мгновение, руки Катрин были на се бедрах, мягко притягивая их еще ближе. Дрожь пробежала по всему телу Марго, когда она почувствовала как ее грудь, ее живот и бедра прижимаются к Катрин. Едва держась на дрожащих ногах, Марго скользнула пальцами в волосы Катрин, лаская ее затылок, в то время как язык чувственно исследовал поверхность губ Катрин.
Их языки встретились, сначала исследуя, затем лаская друг друга. Марго тихонько застонала, пораженная неистовостью обычного поцелуя. Губы Катрин пылали, ее пальцы обжигали пламенем и, касаясь живота Марго, заставляли ее кровь вскипать от давно забытого вожделения.
– Марго, – Катрин отвела свою голову назад, ее голос сорвался на низкий печальный стон, – нам нельзя этого делать.
– Я знаю. – Марго дрожала, всем телом прижавшись к Катрин, не уверенная, что сможет устоять на месте. – Я не знаю… Мне очень жаль… Не понимаю почему…
– Я хочу заняться с тобой любовью, – прошептала Катрин, прижавшись губами к уху Марго. – Каждый раз, когда я смотрела на тебя сегодня, я хотела прикоснуться к тебе.
