– Конечно знаю. – На лице старика появилось выражение торжествующего самодовольства. – Зайдите со стороны городской канализации. Найдите ближайший колодец и пройдите через земную твердь. Вы были в нужном месте ранее. Значит сможете сориентироваться в пространстве, если я дам вам один интересный состав, его пьют разведчики в катакомбах. Он открывает вам доступ в вашу внутреннюю империю и позволяет в голове видеть объёмную карту своих следов. Вы не помните сколько шагов прошли от входа в склеп до нужного гроба, но ваш мозг все еще помнит. Не точно, с ошибками, но эта память позволит вам сориентироваться в городских катакомбах и найти путь. Зелье не слишком полезно при использовании и может вызывать микроинсульты. Но я думаю, для вас не существенно.
– Раз так, то мы приступаем немедля. – Ричард поднялся с кресла. – У нас нет не минуты времени в запасе.
– Пойдемте, джентльмены, и помните, я вас жду в гостях, как только вас отпустят государственные дела.
Пару часов спустя Рей и Ричард спускались в канализационный колодец. С дорогой к нужной точке канализации проблем не возникло. Свое время Салех достаточно подробно выучил карту столичных подземелий. Эти знания не раз выручали приятелей в прошлом, пригодились и сейчас.
– Так, Ричард, мы сейчас как раз там, где надо. Дальше ты говори, куда нам вести. – Рей оперся на покрытую мхом стену.
– Надеюсь, средство сработает как надо! – Ричард опрокинул в себя содержимое крохотного бутылька, и тут же запил его глотком бренди из фляжки. Уж больно противным оказался на вкус алхимический состав.
Через десяток ударов сердца глаза Гринривера закатились, и он, дезориентированный, осел на землю. Вернее осел бы, если бы Рей Салех не подхватил приятеля и удержал его на ногах.
А понять Ричарда можно было. Исчезло ощущение верха и низа, мир вспыхнул, словно созданный из жидкого света. Молодой человек закатил глаза, и крепко сжал веки, но свет никуда не пропал и обжигал веки уже откуда-то изнутри… К слову, глаза Гринривера при этом на самом деле светились. А еще его замутило.
Но ошеломление первых мгновений прошло, и внутренний свет немного утих. Очень странно вели себя мысли, они словно давали эхо ассоциаций и образов. Это пугало, ведь у мыслей, фактически, появилось эхо, которое еще долго могло шептать уже забытой идеей.
Какое-то время Ричард боролся с тошнотой. И старался унять свой бунтующий мозг. И это ему, на удивление быстро, удалось. Сказались многочисленный практики работы с собственной болью. Мельтешение образов стихло. И теперь уже Ричард мог управлял светящимся миром. Он попытался вспенить, как он шел по императорскому склепу. Память отозвалась, порождая просто ворох воспоминаний, смазанных, не слишком точных, но они зажгли сияющая дорожку следов. Ричард выловил из памяти дорогу до склепа и дорогу в коллектор. И это тоже не потребовало хоть сколько-то серьезных усилий. И еще одна цепочка следов возникла в воздухе. Они накладывались, одна на другую, и причудливо сплетались потоками света.
На адаптацию ушло какое-то время. Иногда Ричард случайно упускал мысль, и мир, заботливо нарисованные его мозгом, форменно заливало кровью. А их темноты звучал шепот. Видимо, у препарата был еще и галлюциногенный эффек.
Но у Гринривера в итоге получилось. И он осторожно раскрыл глаза. Его следы, что висели в темноте внутреннего мира, теперь ярко светились сквозь стенку коллектора. Ричард сделал первый, самый острожный шаг, и прижал ладонь к стене. Камень стены исчез. Молодой человек снова коснулся гладкой поверхности камня и активировал атрибут, снова.
До склепа было около трех десятков в сторону и трех метров вверх.
Весь путь занял почти час. Под конец Ричард снимал совсем уже тонкий слой земли. Он боялся стереть какую-то могилу. Все это время Рей терпеливо ждал в сотне метров от места раскопок. На тот случай, если Ричард наткнётся на подземную речку, или случится обвал. Но судьба была сегодня явно на стороне приятелей. Реальный коридор склепа располагался буквально в двух метрах от того, как его запомнил мозг Гринривера. Под конец молодого человека начало отпускать, и следы, которые ярко светились в пространстве, стали выцветать и растворяться в темноте внутреннего мира.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ричард взял из рюкзака плотный мешок, в который он ссыпал кости из всех склепов подряд. Ему нужны были члены императорский семьи, которые умерли в течении десяти лет после свадьбы. В итоге расхититель гробниц закинул в мешок почти два десятка костей. В конце он даже вскрыл гроба Анны и добавил к костям еще и куклу. После чего кинул на пол земляного тоннеля пару крупных серебряных дисков. Через тысячу ударов сердца амулеты рассыпится прахом и заполнят коридор влажной землей. Разумеется, это не скроет, на долго, следы осквернения, но даст приятелям пару суток времени. Коридор земля завалила основательно.
Без лишней суеты приятели прогулялись по городской канализации и вылезли из нее в районе квартала терпимости.
Медлить Рей и Ричард не стали. И уже двадцать минут спустя возница вез компаньонов в квартал магической академии. Там жили маги и студенты, из тех, кто по богаче. Адресом Рей Салех озаботился заранее.
Вся операция заняла утро и изрядную часть обеда. Так что в дверь нового дома барона Дюфона Ричард постучал когда часа на здании ратуши пробили три часа дня.
– Сэр Эжен, крайне рад вас видеть. Смотрю, вы еще не обзавелись слугами? – Ричард всеми силами старался выглядеть приветливо. Только он успел забыть, что сейчас производит не самое лучшее впечатление. Так что, когда из испуганного архимагу смерти в сторону Ричарда выстрелила змея из черного тумана, Ричард профессионально спрятался за приятеля. Рея темные заклинания брали с большим трудом, так что громила только горестно вздохнул, когда плотная прорезиненная куртка и вся одежда под ним, распались серым прахом. А еще рассыпался прахом брезентовый рюкзак, в котором Рей Салех таскал бомбу. Так что бывший лейтенант остался в одном котелке и штанах. И держал в руках он здоровенный кусок хрусталя, в котором клубилась тьма. Бомба выглядела как восьмигранная хрустальная призма, которую на торцах свели в пирамиду.
Стайка девушек, что гуляла рядом, весело загомонила. Громила умел производить впечатление.
– Я… я не узнал вас, простите… – Только и вымолвил молодой человек. Сам он взирал на гостей с выражением то ли ужаса, то ли восхищения.
– Надеюсь, у вас найдется рубашка? – Рей тянул слова, с трудом пряча бешенство. От запоздалого понимания того факта кто едва не умер, вместе с изрядным числом жителей, Салех мгновенно взмок.
– Да, да, прошу вас извинить, проходите в дом…
Дверь за компаньонами с лязгом захлопнулась, отсекая тех от улицы.
– Я должен извиниться, я еще плохо контролирую свою силу, ту что вы мне подарили. Но должен сказать, сэр Ричард, я счастлив. Мы так счастливы… – Архимаг отчаянно лебезил.
Рей аккуратно примостил бомбу на коврике перед дверью. После чего оттолкал в угол холла, чтобы не спотыкнуться о нее даже случайно.
– Что, небось думаете о свадьбе? – Ричард внимательно разглядывал интерьер казённого дома.
Барон в это время копался в шкафу и вытащил из одного из низ стопку белых сорочек. Стало ясно что вещи уложены где попало, и еще не успели разойтись по дому.
Рею он протянул одну из них.
– Я люблю, знаете, брать одежду для сна на пару размеров по больше, думаю, она хоть как-то исправит ситуацию. А я сбегаю, позову посыльного, ко мне приставили, пусть сбегает за портным.
– Мы поступим проще. У мистера Салеха есть смена одежды, он, как и я, хранит ее у лучшего городского модельера. Отправим посыльного туда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Рей, все еще недовольно ворча, натянул на себя шелковую сорочку. Она пришлась в пору, но смущала кружевными манжетами.
– Пройдемте на кухню, джентльмены, надеюсь, в там найдется бутылка вина. Мы заселились в этот дом три дня назад, и я еще совершенно не понимаю, что где лежит, а слуги появятся только на днях.
