Празднование свадьбы состоялось в родном городе в загородном доме Леманна. Роскошное оформление помещения, создавало атмосферу торжественности.
Жених был облачен в черный костюм с белым цветком в петлице, а невеста надела шикарное платье, украшенное бриллиантами с длинным четырехметровым шлейфом. Светло-карамельные волосы были красиво забраны в причёску и покрыты фатой из старинного французского кружева. По негласной оценке, (так как торжество проходило в тайне от СМИ) платье вошло в двадцатку самых дорогих в мире.
Молодожены эффектно появились перед ожидавшими их в фуршетной зоне гостями, для которых играла романтичная музыка в исполнении известного английского музыканта.
Свадебный вечер был ярким, все радовались, много смеялись и танцевали. Жених и невеста подготовили незабываемый красивый танец. Маленькая Надя сделала музыкальный подарок — она спела песню, специально написанную одним известным поэтом для мамы и папы. Получилось это неожиданно и было исполнено на отличном уровне. С потолка, усеянного цветами, сыпалось конфетти. Все были в восторге от детского живого вокала!
Особое волшебство охватило всех во время огненного шоу и фейерверков.
На второй день состоялось венчание в великолепном соборе в окружении самых дорогих и близких. Это была очень трогательная и красивая церемония.
После торжеств Ирина Леманн и Надежда Сергеевна Леманн уехали из родного города и вернулись в новый для них дом. Удачный вариант покупки особняка подвернулся Сергею совсем скоро, и молодая семья обживалась на новом месте.
— Поговори с Ларисой Александровной, — просил Леманн свою жену. — Пусть она переезжает к нам. Дом огромный, места всем хватит, и она будет рядом с тобой, когда родится малыш.
— Мама считает это неудобно. — пожала плечами Ирина.
— Тогда давай так: мы заберём из квартиры оставшиеся вещи, а она пусть переезжает туда вместо нас! Квартира всё равно пустует. Я уже хотел продавать за ненадобностью. Но подумал, что Надя подрастёт, и квартира может ей пригодится. Я подготовлю документы на Надюшу. Получится, что бабушка Лариса живёт в квартире своей внучки. Так будет удобнее?
Леманн сверкнул белоснежной улыбкой.
— Она не хочет нас стеснять.
— Как же сложно договариваться с порядочными людьми! — пошутил Сергей. — Она нас не стесняет. Когда родной человек рядом — это очень помогает. Её там ничего не держит. Мы её семья. Мы здесь. Я хочу, чтобы тёща жила поблизости. Может, это странно звучит! Аха-ха-ха! Но твоя мама на самом деле мировая женщина, очень мудрая, Надюша к ней привязана. Давай я сам поговорю?!
— Сначала я сама, в крайнем случае пустим в ход тяжёлую артиллерию — внучкины слёзы.
— Аха-ха-ха! А ты хитрая женщина, Ирина Леманн! Иди ко мне! — Сергей нежно обнял жену. Голос вдруг стал серьёзным. — Мне так тепло с тобой! Как будто всё, что было до тебя, это было не со мной или в другой жизни. Или, словно, я скитался десять лет и лишь сейчас обрёл дом. Внутри, в душе стало тепло. Рядом с тобой я чувствую себя дома. Ты мой мир, мой дом, моя жизнь. Если ты куда-нибудь исчезнешь, я не смогу жить без тебя, я просто больше не представляю другой жизни без тебя и наших детей.
Ирина посмотрела в синеву его глаз и ответила:
— Серёжа, ты меня влюбил в себя второй раз, дал мне второго ребёнка, мы поженились и обвенчались, и после этого ты допускаешь, что я могу куда-то исчезнуть? Нет, дорогой! Ты мой, я твоя, и это уже навсегда! Сам напросился! Теперь ты от меня, даже если захочешь — не отделаешься! — Ирина шутливо повисла у него на шее.
Леманн подхватил её на руки и понёс в спальню:
— Договорились!
Мимо прошла домработница с тележкой для уборки. Она скромно поспешила удалиться.
— Ой, — вздрогнула Ирина. — Не могу привыкнуть, что в доме ещё кроме нас кто-то есть. Может, мы всех отпустим, и я всё буду делать сама?
— Карамелька, ты знаешь какая площадь этого дома? Пока ты во всех комнатах вымоешь полы, снег растает, пройдёт лето, и наступит новая зима. Я хочу тебя любить и видеть! Успокойся, ты привыкнешь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Может мне на какие-нибудь курсы пойти?
— Какие курсы?
— Как быть хозяйкой большого дома? Серёж, не смейся, я не знаю, как себя вести. Я привыкла работать, а не смотреть, как другие работают.
Леманн донёс жену до спальни:
— Дорогая, нажми ручку на двери.
Они плюхнулись на кровать.
— Милая, твоя работа сейчас любить меня и родить малыша. А потом, если захочешь работать — пожалуйста! Придумаешь, чем хочешь заняться, и я тебе помогу. А с персоналом дома всё просто. Они обученные. Сами со всем справляются. Ты постепенно привыкнешь, не волнуйся, всё будет хорошо!
***
Прошло два месяца после свадьбы.
Слухи о ней всё же просочились в прессу, вычеркнув Леманна из списка самых завидных миллиардеров-холостяков. На Ирину началась самая настоящая охота журналистов, блоггеров, медийных агентств — все хотели заполучить первое фото второй жены Сергея, а ещё лучше фото со свадьбы. Офисы официальных компаний Леманна заваливали предложениями об интервью. Предлагали баснословные гонорары.
Для команды Сергея начались напряжённые будни — обеспечить безопасность семьи.
Дядя Федя стал личным телохранителем маленькой Нади по дороге в лицей и обратно домой.
— Это временно. Интерес уляжется, и всё будет нормально. — успокаивал Фёдор Ирину.
— Так непривычно быть взаперти, как в клетке. — вздохнула она.
— Ты хорошо справляешься. С тобой очень приятно работать. — подбадривал Федя. — Не забывай, что это для твоей же безопасности. Не зря Викторович журналюг пираньями называет. Сожрут и не заметят. Если хочешь прогуляться по городу, это можно устроить. Только понадобится небольшой маскарад. Парик, очки, неброская одежда, дешёвенькая машинка — и я отвезу тебя куда захочешь! Главное одна никуда не выходи. Я серьезно!
— Хорошо, слушаюсь, начальник, — улыбнулась Ирина.
— Викторович и сам так иногда гуляет. Переодевается в бомжа или обычного работягу. Иногда берет неделю и временно устраивается на работу в пиццерию курьером, или ещё куда-нибудь.
— Зачем? — округлила глаза Ирина от удивления.
— Викторович говорит, это помогает ему держать связь с реальностью. Осознавать, что деньги, положение, власть — это не вечно. Ему нравится общаться с простыми людьми. Помогает детям или старикам, если они нуждаются. В прошлом году устроил день рождения уборщице из бургерной на свою зарплату повара, детям помог к ней на праздник приехать из другого города. Они, оказывается, не виделись восемь лет. Она боялась умереть, не повидав внуков. Бабуля была так рада, благодарила его очень душевно, Викторович потом неделю счастливый ходил.
— Ого, я не знала. А разве это небезопасно?
Фёдор ухмыльнулся, улыбаясь своим мыслям:
— Есть негласное правило — он не должен нас заметить. Конечно, я не могу позволить, чтобы Викторовичу какой-то случайный дурак навредил. Поэтому приходится присматривать и идти на разные ухищрения.
— Это такая игра? Кто из вас выигрывает?
— Я умею быть невидимым, — подмигнул Фёдор, — Он лишь однажды меня поймал, так мы с ним и познакомились. Я в такую угодил переделку, из которой самому было не выбраться. Он меня не сдал, вытащил из дерьма и предложил работу. Без него меня бы уже отправили к праотцам. А я с тех пор стараюсь быть незаметным, пока получается. Аха-ха! Я и телохранители, мы не вмешиваемся, если Викторович сам справляется.
— О чём ты?
— Ну он как-то сцепился с охранниками у ресторана. Викторович мимо шёл, никого не трогал. Они докопались до него, начали руки распускать. Такие подготовленные, не молодняк. Викторович сам справился, сначала раскидал их, а потом аккуратно сложил у чёрного входа. Кто-то снял на телефон и выложил в сеть. Аха-ха! Не помню точное название видео, но что-то там созвучное бомж-ниндзя, набрало миллионы просмотров. На нём не видно, что это Викторович, грим профессиональный. Вот так журналисты предлагают бешеные деньги за интервью, а видео с миллиардером в общем доступе. Давай покажу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
