цепкий и в то же время задумчивый взгляд, собирающий морщинки от уголков глаз. Сейчас он сидел в кресле, словно на троне, гордо выпрямившись, высокомерно выпятив грудь и подняв подбородок. Одет он был богато и изысканно. Темно-вишневый камзол, сшитый по испанской моде с разрезами на рукавах. Фиолетового цвета берет с пером. Три перстня на пальцах. Своего рода показатель престижа и богатства. По его левую сторону сидел Дюваль, а по правую, как я понял, старший дознаватель, шевалье Этьен де Карди. Шарль в свое время описал мне его внешность. Высокий, поджарый, лет тридцати пяти. Жесткий, царапающий взгляд, нос с горбинкой, густые брови, тонкие губы сжаты в одну прямую линию и почти не видны из-под пышных и подкрученных усов. Ни граф, ни дознаватель мне не понравились, хотя бы из-за того, что смотрели на меня, как на отпетого злодея. Только взгляд Жака Дюваля подбадривал меня.
«Что ж, господа-товарищи, приступим».
Пару минут меня изучали, пытались давить взглядами. Как граф, так и старший дознаватель, и лишь Дюваль спокойно смотрел на меня. Сделали они это зря, дав мне время взять себя в руки. Своим молчанием они хотели надавить на меня, нагнать страха, заставить почувствовать несуществующую вину. Обычный психологический прием. Вот только я не совсем обычный человек, к тому же сейчас я был предельно собран и хладнокровен.
Неожиданно входная дверь где-то у меня за спиной открылась. Послышались уверенные шаги мужчины. Он остановился за моей спиной.
– Ваше сиятельство? – раздался чей-то голос.
– Дай ему Библию, Колен.
Секретарь графа, обойдя меня, развернулся и негромко сказал:
– Клод Ватель, положи руку на Библию и повторяй за мной слова клятвы.
Я положил руку на Библию, которую держал секретарь, затем стал громко повторять за ним слова клятвы, при этом все трое внимательно следили за моим лицом. Когда мы закончили, Колен повернулся лицом к графу, коротко поклонился и спросил:
– Я еще нужен, ваше сиятельство?
– Нет, Колен. Иди.
Вот тут я удивился. Ведь кроме этих троих в комнате больше никого не было. А кто будет записывать? Где писец? Понятно, что я шпион и сведения мои секретные, но ведь они не представляют никакой тайны ни для комиссии, ни для короля, так как именно на них я работаю. Не будет же граф на пальцах объяснять королю, каким образом он получил эти сведения? Или им моего рапорта хватит, что я вручил Дювалю?
– Шевалье, приступайте, – отдал приказ граф дознавателю.
– Слушаюсь, ваше сиятельство. Клод Ватель, ты находишься в Бурже уже две недели?
– Да, ваша милость.
– Тебе были даны точные указания, что делать и к кому обращаться. Это так?
– Да, ваша милость.
– Из-за тебя был убит заместитель прево Антуан Обрио?
Вопрос был поставлен довольно интересно. Он не обвинял меня прямо в убийстве Обрио, но при этом пытался представить меня соучастником в этом деле.
– Нет, ваша милость.
– Но именно тебя застали в кабинете с мертвым телом заместителя прево, о чем капитан городской стражи официально подал рапорт.
– Я его не убивал. Его слова против моих слов. Приведите господина капитана сюда и пусть тот скажет мне это прямо в лицо. Я жду, ваша милость, – я это даже не сказал, а отчеканил твердым и уверенным голосом.
Старший дознаватель замялся, покосился на графа и, не дождавшись никакой реакции со стороны своего начальства, продолжил допрос:
– Мы пока отложим этот вопрос, но обязательно к нему еще вернемся, Ватель! Обязательно вернемся!
Судя по тому, как вопрос сразу был замят, нетрудно было понять, что капитан бежал из города. Гийом де Мершье был готов бежать сразу после того, как был убит Оливье де Мони и арестован королевский нотариус Фонтен, но выжидал до последнего момента. Он прекрасно понимал, что дело о смерти Антуана Обрио это только одна из ниточек, которая потянется к нему, и стоило прибыть в город королевской комиссии, решил, что, держась за хлебное место, он может легко лишиться головы. В тот самый момент, когда я первый раз говорил с Дювалем, уже бывший капитан выехал из городских ворот.
«Это была пристрелка, господа. Вот только ваши снаряды легли мимо».
Окинув меня недовольным взглядом, де Карди снова спросил:
– Из допроса де Брига мне известно, что ты, Клод Ватель, помимо бумаг забрал у него шкатулку с деньгами. Там, по его показаниям, было сто золотых монет. Где они?
– Отдал шевалье Антуану де Парэ. При этом присутствовал солдат по имени Жак, который приехал вместе с шевалье, а когда я забирал шкатулку, в кабинете казначея находился стражник и лейтенант городской стражи. Можете проверить, – снова отчеканил я.
– Не сомневайся, обязательно проверю. Теперь, Ватель, поведай нам, что произошло в доме шевалье Оливье де Мони, – в голосе дознавателя слышалось неприкрытое злорадство.
– Несколько дней назад мне предложили встретиться с одним из доверенных людей бывшего лейтенанта арбалетчиков Оливье де Мони. Я сразу ему не поверил, но так как находился в безвыходном положении, решил рискнуть.
– Так ты у нас храбрец, Ватель! – издевательски воскликнул де Карди. – Взял и согласился встретиться с отъявленным головорезом!
– А вы бы как сделали, ваша милость, если бы вас, в случае отказа, пообещали выдать бандитам?
Отвечать старший дознаватель, естественно, мне не стал, а этак небрежно махнул рукой и сказал:
– Ладно, продолжай.
– Вот только при встрече, за свою помощь, он потребовал помочь ему разобраться с главарем. Они в свое время что-то не поделили, и он поклялся ему отомстить. Он назвался Гийомом. Лысый, крепкий мужчина. Он…
– Почему именно тебя, Клод Ватель? – перебил меня дознаватель. – У него что, кроме тебя, друзей-приятелей не было?
– Все очень просто. Он боялся предательства, боялся, что о его желании отомстить узнает главарь, а в этом случае его ждала жуткая смерть. Он просто не хотел рисковать. Я могу продолжать, ваше сиятельство? – получив кивок графа, я продолжил: – Уже после того, как я дал ему клятву помочь, он рассказал мне про свой план мести. И что мне было делать? У меня не было ни одного помощника, не было денег, потому что во время ареста все было украдено стражниками. Потом, когда нашли настоящего преступника, поднявшего руку на помощника прево, меня выпустили, но при этом я остался без какой-либо помощи и без денег. Перед тем, как он мне все рассказал, оказалось, что он сделал попытку убить лейтенанта чужими руками, но убийца смог его только ранить. Тогда Гийом решил воспользоваться тем, что главарь лежит раненый и не сможет оказать ему сопротивления. Видно, второй ключ от входа у
