Имеющий уши да услышит, как говорится. Всё, что я хотел знать, уже прозвучало. Итак, план демонов — дать Ино Сонним убиться об меня, чтобы влить в моё тело сразу чёртову прорву Силы. Я тогда стану практически непобедим, но душа не выдержит такой тьмы, и они получат демона необычайной мощи.
Нет, вероятнее всего, это произойдёт не сразу. Даже очернённой, моя душа запомнит ненависть к демонам. Я полностью разнесу этот мирок и, возможно, ещё парочку…
Но демоны — не торопятся. Их много, и жизнь каждого отдельного индивидуума волнует только этого отдельного индивидуума. А ещё они умеют ждать.
Чертовски коварный план.
Впрочем, я услышал и кое-что ещё. Ино не просто так рассказала это мне сейчас — вместо того, чтобы без предупреждения напасть и заставить защищаться.
— Боишься умирать? — заметил я.
— Понятия не имею, что ждёт после, — горделиво фыркнула Ино.
Ага-ага. Снова говорим намёками. Не знаю, что дальше, а неизвестность пугает.
— А ты не задумывалась о… других вариантах?
— Может, и задумывалась, — отрезала Ино. — Вот только Мать не позволит мне провернуть ничего такого. И да, что бы ты там себе не думал, Готфрид — у тебя не выйдет вырубить меня, лишить сознания или что-то в этом роде. Я слишком сильна. Или проиграешь сам, или убьёшь.
А жить-то хочется, несмотря на смелый тон.
— Тебе никогда не говорили, что ты отлично выглядишь? — усмехнулся я.
— Не время для комплиментов, Готфрид.
— Может, и не время. А для оптимизма? Я знаю миры, свободные от демонов, или те, где они не успели закрепиться. Нужно лишь найти вход, и…
— Так у тебя нет этого входа?
Ино безнадёжно закрыла глаза. Упс… кажется, ответ неверный, и она ждала от меня совершенно другого. Ждала, что я прямо сейчас открою какой-нибудь портал, уведу её туда, где не властны ни демоны, ни её мать, что обрекает на смерть родную плоть и кровь…
— Тогда какой от тебя толк? — выплюнула она после короткой паузы, вновь поднимая глаза.
— Никогда не знаешь, к чему придёшь.
— Слова, — она презрительно взмахнула длинным мечом, подобрав его с алтаря. — Итак, Готфрид, из какого бы ты мира там ни пришёл и что бы ни играл в нашем. Предпочтёшь умереть или убить меня?
Так быстро сдалась?
Второй меч полетел в мою сторону.
— Предпочёл бы свою монтировку, — заметил я.
— Оружие, которое поглощает Силу? Мать запретила приносить его туда, где можешь появиться ты.
Ладно. И этот план тоже не прокатит. Он всё равно бы не прокатил — не те мощности.
— Что ж, — сухо вздохнул я. — Я бы обсудил это всё подробнее, но ты заранее убедила себя, что всё плохо, Сонним.
— Всё хуже, чем ты можешь себе представить, Готфрид, — отрезала Ино. — До матери не добраться. Её приказа не нарушить. Её воля — не то, с чем можно заигрывать, и если я попробую нарушить приказ или, того хуже, предать её — всё самое плохое, что ты даже не можешь вообразить, случится.
Она сама верила в это — даже если это отчасти и было правдой. Она уже сдалась. Мечтала о том, чтобы всё было иначе; чтобы я явился и предложил ей готовое решение, при котором она остаётся жива и здорова. Но… не хотела сама даже пальцем шевельнуть, чтобы дать мне ключик к такому решению.
Обидно. Чёрт, просто обидно, когда всё так заканчивается.
Впрочем, даже при таком выборе альтернатив я всё равно не хотел умирать. Знаете, как говорят? Пока ты жив — есть возможность найти выход, а если ты мёртв — то всё кончено.
Я не знал, найду ли выход. Но и упускать надежду на него я не хотел.
— Тогда, — я поднял предложенный мне меч, — остаётся только один выход, так, Сонним?
— Так, Готфрид, — глухо согласилась она.
***
Кажется, кто-то не старался.
Вентиль на стене уж слишком бросался в глаза — медный, блестящий. Похоже, его держали в порядке, чтобы не заржавел, в отличие от соседних.
Пальцы Йоко пробежались по вентилю. Так это он или не… Ведь это может быть и здешнее убогое подобие водопровода, не так ли? Ох, только бы это был не водопровод.
Короткий поворот. Вентиль повернулся легко и ровно, без звука — а затем звук всё-таки раздался. Каменный, глухой. Что-то открывалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ох, блин. Кажется, они даже не пытались спрятать рычаг. Просто… не подумали о том, что ход будет искать кто-то, кроме хозяин дома, вот и…
Шаги позади. Ох, чёрт — сейчас ещё не хватало! Доспехи стражника бренчали; он почти не скрывался.
Видимо, придётся задержаться.
***
Эмбер прекратила красться, отойдя на приличное расстояние от той двери. Если Готфрид был прав — а приходилось признавать, что он был прав — то стражи дальше быть не должно было, а вот Йоко…
Какой-то звук за поворотом. Это Йоко?
— Эй, кто…
Эмбер еле успела отпрянуть от длинного копья, которым ей чуть не прилетело по макушке.
— Что… — не поняла она.
— Ты? — из-под закрытого шлема на неё глядели вечно насмешливые глаза Йоко. — Эмбер, это ты?
Плутающие застыли, оглядывая друг друга.
— Модный прикид.
— У тебя тоже.
Неловкая пауза.
— Травм нет?
— Пара ушибов и царапин, а у тебя?
— Плюс-минус то же самое.
Новая неловкая пауза.
— Если тебя интересует, дорогуша, то… выход там, — рука Йоко указала куда-то за спину. — И, похоже, его не охраняют.
Эмбер стянула шлем и прикрыла глаза.
— Значит, пора уходить, вот только…
— Ральф? — бровь Йоко, чей шлем тоже оказался в руках, поползла вверх. — Это ведь он остался там нас прикрывать, да?
— Не-а, — Эмбер покачала головой. — Готфрид.
— Чего? — на лице Йоко отразилось полное изумление. — Вы припёрлись сюда спасать меня… С Готфридом?
Эмбер пожала плечами.
— Так вышло.
— Но без Ральфа!
— Ральф боится крыс.
— Да знаю я про его индийские флешбе… погоди, что?! Каких ещё крыс?
— Долгая история.
Плечи Йоко чуть дёрнулись.
— Так, ладно, Эмбер. Я ценю то, что вы пришли сюда за мной — правда, ценю — но тут одно из двух. Либо мы уходим, либо мы спасаем Готфрида. И, знаешь, несмотря на сильную благодарность, мой голос — за то, чтобы уходить.
Эмбер прикрыла глаза.
— Уходи. Этот путь точно ведёт наружу?
— Ну, проверить пока не вышло… Но, похоже, да.
— Тогда уходи, — повторила Эмбер. — А я вернусь за Готфридом.
— Ты же знаешь, что можешь не вернуться? — голос Йоко был холоднее льда. — Я уважаю такой героизм, но… есть героизм, а есть идиотизм.
— Я знаю, — согласилась Эмбер. — И Готфрид тоже знал. Выбирайся, найти Ральфа. Он должен быть у… в общем, помнишь тот трактир, в первый вечер? Ищи его там. А я…
Судя по тому, как закачалась голова Йоко, этот план одобрения не получил.
— Удачи, — фигура в доспехах стражника развернулась к потайному ходу. — И ещё раз спасибо, что пришла за мной.
— Потом поблагодаришь.
— Да в том-то и дело, — со стороны Йоко раздался нервный смешок. — У меня нет уверенности, что представится новый случай.
***
И это чистая правда, думала Эмбер, пробираясь обратно. Ино Сонним… если верить тому, что рассказывал Готфрид, это какая-то машина для убийства. Второй человек в местной империи — при том, что вся иерархия здесь строится на силе.
Но, возможно… удастся как-то провернуть это тихо?
Ино ждала его. Зачем? Возможно, конечно, просто для того, чтобы прикончить, но ведь это можно было сделать и днём. Кто бы ей запретил? Кто вообще мог что-либо запретить настолько влиятельной особе?
Правильно. Никто и ничего. Но здесь — хитрый план, тайная операция… Значит, дело не в простом убийстве. Значит, есть что-то другое. Возможно, что-то, о чём она не знает.
Готфрид. Доверия этому типу не было до сих пор — слишком много всякой чуши он нёс, и каждый раз новой. Но он, не задавая вопросов, пришёл сюда и сделал то… что сделал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ага. Вот та дверь. Снаружи по-прежнему никого, но изнутри доносятся голоса.
— …не будем это затягивать, Сонним. Если всё, так или иначе, закончится определённым образом — зачем ещё дополнительные спектакли?
