— Уважаемый, вы не подскажите, в каком доме проживает госпожа Амалия Рест? — спросил Арнольд.
— А вам чего от нее надобно, уважаемый господин? — не переставая хмурить косматые брови, спросил смелый мужик в засаленной рубахе.
— Я ищу ее брата, Адриана. Он сказал, что отправился поведать сестру, но к большому сожалению, он срочно необходим мне на службе.
— Крайняя хата с левого края. Только она вам не откроет.
— Почему же?
— Она никому не открывает в последнее время, сдурела девка, умом помешалась за несколько дней. Только кричит иногда, да ногтями об стены скребет.
— Интересно. А Андриана вы не встречали?
Мужик отрицательно мотнул головой и поспешил уйти, явно торопливо перебирая ногами.
— Ну что, вперед? — спросил Арнольд риторически и направил своего фестрала в указанном направлении.
Глава 61. Мужчина и женщина
Из маленького кривого домика, как и предупреждал нас случайный прохожий, доносились странные звуки и громыхание посуды. Даже на расстоянии я учуяла концентрированный запах химикатов и поморщилась.
Слишком много. Это как минимум небезопасно для здоровья, чего уж говорить о самочувствии в плане ума. Все химикалии в любом количестве требовали определенных ресурсов, и ни один здравомыслящий травник не стал бы так самонадеянно браться за все сразу.
Но похоже к Амалии Рест это не относилось.
— Будьте осторожны господа, и не покалечьте девушку. Прежде всего Андор должен заглянуть в ее голову.
Рассредоточившись вокруг дома вампиры оставили меня под присмотром Маро, который с огромной радостью принял мое бренное тело в свое седло, и нежно поцеловав плечо, укрыл полами своего костюма.
— Что думаешь об этом, Кэтрин?
— Здесь явно что-то не так. Что-то меня смущает…
Не успев закончить фразу и зависнув на полуслове, я во все глаза глядела за тем, как вампиры проникают в дом, туманом просочившись в щели, и оттуда слышится грохот, женский нездоровый смех и мужской вскрик.
Подпрыгнув в седле я сжала пальцы на узде, слыша, как часто бьется сердце от испуга. Замерев взглядом на закрытой двери, я из последних сил сдерживалась, чтобы не броситься к дому и не узнать, что происходит, и почему никто не возвращается так долго!
Но скрипнула ржавая щеколда и створка открылась выпуская мужчин на улицу. Первыми вышли Эрик и Джес, за ними Андор с Дилейном и Асфером, Стефан и Арнольд вели под руки тощую, я бы даже сказала костлявую девушку с запутанными волосами и сажей на лице. Она скалила белые ровные зубы и рычала будто животное. И только идущий за этой процессией Торфин шел опустив голову, но стоило ему поднять лицо, как я открыла рот от ужаса.
Правая половина челюсти и виска была обожжена, кожа на израненных местах стянулась, будто бы под прищепкой, и покраснела.
— Боги, что случилось?! — получив разрешение от Маро, я покинула седло и бросилась в сторону раненного вампира, который грустно улыбнулся.
— Она бросила в меня какой-то склянкой. Странно, но рана не заживает. Совсем. — Вынес вердикт он и замолчал, разочарованно опуская глаза. — Странное чувство, никогда не ощущал рану так явно.
— Я уверена, Изабелль понравиться твой шрам, он выглядит очень мужественно, — в попытке поддержать я уловила смущенную улыбку вампира и благодарность. — Что с девушкой, Андор?
Вернувшись к остальным, я обратилась к своему вампиру, глядя на то как он хмуриться, и недовольно глядит на сидящую на коленях девушку, метавшуюся в крепком, но бережном захвате вампиров.
— Ничего не понимаю. Она будто бы сошла с ума, но даже у умалишенных разумности в мыслях больше чем у нее. Фразы рваные, громкие, дикие. Ничего не понимаю.
— А что понимаешь? — обратилась я, доверительно прижимаясь к его руке. — Послушай, Андор. Скажи мне что тебе знакомо.
— Анри. Тепло. Кровь, кровь, кровь, — медленно говорил он, продолжая внимательно разглядывать беснующуюся Амалию. — Освобождение. Плен. Так, стоп! Я поймал воспоминание!
Двинувшись медленно в сторону девушки, он протянул раскрытую ладонь и успокаивающе зашипел:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Тшшш… Амали, я хочу помочь, — но девушка, хоть и замерла, все равно скалилась в ответ. — Я только загляну в твои мысли, и постараюсь понять, как я могу тебе помочь.
Напряженно уставившись на его пальцы, она громко сопела, но не двигалась с места, позволив вампиру прижать пальцы к вспотевшему лбу.
— Ее опоили. Чем-то мутным и горьким. Она не хотела пить, со слезами просила этого не делать, но он делал, заливал ей в горло силой.
— Кто он? — напряженно спросил Арнольд.
— Андриан. Она кричала ему, чтобы он не трогал Лели, ведь она не виновата, но он был непреклонен. Ей очень больно, все тело горит огнем, — Андор говорил все тише и тише, но я слышала каждое его слово, погружаясь в неприятные для себя воспоминания. — Глаза болят, зубы ноют и так хочется кричать от боли, но никто не слышит просьбы, все бояться.
— Он отравил ее змеиной бузиной.
— Ты уверена?
— Абсолютно. Мне знакомы все эти симптомы. Нужно увести ее отсюда, ей потребуется хороший уход и долгое лечение, но думаю через пару недель она начнет приходить в себя.
— Она станет нормальной? — удивился Торфин, касаясь пальцами своего ожога.
— Не сразу, но да. У нее еще есть время и нельзя его терять. Я готова взять лечение на себя и приютить ее в Хейсенвале, если мои мужчины не против. Амали может знать где сейчас ее брат, думаю он уже в курсе, что его план провалился, и вампиры теперь начеку.
— Думаю, Кэтрин права. Нам действительно стоит всем вернуться в свои крепости и не спускать глаз с таали.
— Я могу сказать, что нужно делать, если у кого-нибудь проявиться симптомы отравления престонией. Мужчины рода сами смогут обезопасить своих женщин.
— Мне нравиться как ты говоришь, Кэтрин, — вновь одобряюще улыбнулся Арнольд. — Мужчина, женщина. Не монстр и жертва, не чудовище и несчастная, ни вампир и донор, а мужчина и женщина. Это великолепно.
— Для меня это выглядит именно так. Нам скорее нужно домой, с каждой потерянной минутой Амали становиться все хуже, ее память сгорает. И утро уже сильно, — сказала я, вглядываясь в ползущее на небо солнце.
— Не будем терять время, — подтвердил Андор, и девушка под его ладонью закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.
— Ты и так умеешь? — удивилась я.
— И не только, — хитро улыбнулся вампир, подхватывая изможденное тело на руки.
Глава 62. Откровение души
Вернувшись домой, я приготовила для девушки спальню, не без помощи Эрика вымыла ее бесчувственное тело и уложила в постель, приготовившись готовить микстуру. Закрывшись в кабинете, я до полудня терла травы и смешивала настойки, даже не заметив, как Стефан подкрался сзади и принялся крепко разминать мои плечи.
— Ты устала, тебе нужно отдохнуть.
— Я должна закончить, Стеф. Чем раньше я дам ей выдержку, тем больше воспоминаний она сохранит.
— От того, что ты падаешь с ног, никому не лучше.
— Я не падаю, я сижу.
— Кэтрин, — Стефан склонился и мягко обнял меня за плечи, пока я бездумно наблюдала за закипающей в небольшом котелочке водой. — Я могу закончить, а ты иди спать, на тебе лица нет.
— Ты рецепта не знаешь.
— Так напиши мне его, и я закончу.
— Нет, Стефан, прости. Это личное.
Вампир отпустил мои плечи и сел на поставленный рядом стул, заглядывая в лицо внимательно и давая понять — предстоит душевный разговор.
— Ты слишком быстро определила, чем отравили Амалию. Скажи мне, Кэти, что связывает тебя и выдержку из змеиной бузины?
— Это обязательно?
— Я не Андор, не могу прочитать твои мысли, поэтому спрашиваю. Да и ты сама недавно заявляла, что мы о тебе ничего не знаем. Так поведай, время пришло.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Забросив в забурлившую от жара воду смесь нужных трав, я устало откинулась на спинку стула, разглаживая и без того гладкую юбку.
— Кто пострадал от этого в твоей жизни?
— Моя мать, — я навесила на лицо самую равнодушную улыбку, и опустила глаза. — Ее отравил тем же способом, человек который не принял отказа быть с ним.
