Условный сигнал.
Тива предупреждала, перед тем как уйти.
С трудом продрав глаза, Малеммил помог Нику отворить дверь, и внутрь зашла сама мадам Люссоль в сопровождении полуварварши и двух вооруженных мужчин. Судя по внешнему виду, они запросто могли бы сойти за людей Гашура, но эти, скорей всего, были преданы лично хозяйке ночных бабочек и охраняли ее при выходах в город.
Заперев дверь, молодцы перенесли стол в центр помещения и соорудили для госпожи сиденье из матрасов. Смуглокожая куртизанка тем временем достала принесенную с собой снедь. За неимением стульев эльфам пришлось завтракать стоя.
— Тива сказала мне, что вам знаком этот выскочка. — бросила между делом Люсинда, окуная кусочек хлеба в банку с клубничным вареньем.
— Винфри Тэльмонд. Бывший городничий того места, где мы с Ником встретились. — ответил на незаданный вопрос Малеммил.
— И откуда же у обычного городничего такие деньги?
Малем открыл было рот, но принц пихнул его локтем в бок.
— Ладно, можете не рассказывать. — женщина промокнула уголки рта белоснежной салфеткой. — Мне гораздо интереснее, что как вы планируете поступить с этим Винфри после всего вот этого вот. — она изящным жестом указала на перебинтованные уши Ника.
Ответ мадам Люссоль прочитала в холодном блеске золотых глаз. И он ее явно удовлетворил.
Хищно улыбнувшись, она продолжила:
— Что ж, скоро вам представится возможность с ним снова встретиться.
— Прошу прощения, уважаемая. — взял слово Никаниэль. Не смотря на жажду мести, он отнюдь не забыл о том, ради чего вообще полез в то логово разврата. — А что на счет наших с вами договоренностей касательно интересующей меня информации?
Пусть эта женщина и была давней, а может и нынешней, любовью Малема, сам Ник старался держаться с ней как можно более официально. Благо опыта в подобных вещах у него хватало.
Люсинда нахмурилась. Принц напрягся.
Заметившие это охранники положили руки на рукояти оружия и подошли поближе к хозяйке, но та жестом отослала их прочь.
— На самом деле я ожидала несколько другого результата. — задумчиво произнесла бывшая жрица любви, накручивая на палец локон. — Спалить «Русалку» я могла бы и сама. Мои мальчики легко бы с этим справились.
— Люси… — попытался что-то вставить Малем.
— Однако! — она повысила голос, не давая себя перебить. — Этот Тэльмод все же получил щелчок по носу и его вес в глазах остальных заметно упал. — женщина подалась вперед и посмотрела прямо в глаза Никаниэлю. — К тому же у вас теперь появилась личная заинтересованность. Причем, на мой взгляд, гораздо более весомая, чем до этого.
Принц напряженно слушал рассуждения теневой лидерши города. Похоже она все-таки не собиралась утаивать информацию о местонахождении некроманта. А о том что до недавних событий друзья хотели лишь припугнуть залетного богача, ей знать не обязательно. В любом случае, обстоятельства уже изменились.
— Несколько недель назад в город действительно прибыл некромант. — принялась рассказывать мадам Люссоль, вновь взявшись теребить несчастную прядь. — Он вроде как что-то искал. Но обратился не к тем людям и загремел в темницу. Бежал, был снова схвачен, и гореть бы ему ярким пламенем, происходи дело в любом другом городе. — женщина криво ухмыльнулась. — А тут — его выкупил Красавчик Винцесс. Тварь редкостная, но он мне должен. Скажете ему, что от меня. Он поймет.
Стиснув зубы, Ник изобразил учтивый поклон.
— Мне нравятся твои манеры, юноша. — Люсинда встала, собираясь уходить, но, обернувшись, спросила. — Скажи, а в твоей стране действительно так хорошо, как описывал мне этот подхалим? — она кивнула на ничуть не смутившегося Малема.
Никаниэль несколько замялся, переводя взгляд с хозяйки борделей на ее охранников и обратно.
— Можешь говорить. Они верны мне как прикормленные псы добродушного хозяина. Я сама их воспитала.
— Знаете, — задумчиво проговорил беглый принц, — спроси вы меня об этом пару месяцев назад, и я, не задумываясь, ответил бы: «Несомненно». Но теперь… Мне с каждым днем все больше кажется, что везде все одинаково. И от длины ушей, цвета кожи и продолжительности жизни мало что зависит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я и не сомневалась. — она кивком головы приказала телохранителям открыть дверь. — Все мальчики, у меня дела. Надеюсь с Тэльмондом проволочек больше не будет. Вы с ним скоро встретитесь. На все остальное — ответит Тива.
Глава 43
Едва дверь за мадам Люссоль закрылась, как полуварварша облегченно выдохнула и плюхнулась на ее место.
— Не знаю как у вас, мальчики, а у меня от нее прям мороз по коже. — Тива вздрогнула, будто кто-то внезапно подул ей сзади на шею. — Есть в ней что-то такое вот прям… не знаю даже как описать.
— Да-а, она особенная. — протянул Малем, расплывшись в мечтательной улыбке. — Всегда такой была.
Ночная бабочка озадаченно приподняла одну бровь, на мгновение задумавшись об услышанном, но практически сразу тряхнула головой и, облокотившись на стол, спросила:
— Так вы значит маги?
Малеммил удивленно посмотрел на друга.
— Мне пришлось. — объяснил ему Ник. — Иначе было не выбраться. — и, повернувшись к Тиве, ответил. — Нет, не маги, но кое-что можем. Надеюсь ты сохранишь наш секрет в тайне.
Куртизанка доверительно кивнула.
— Как и вы мой.
— О чем это она? — тут же поинтересовался Малем.
— Ты ему не рассказал что ли? — удивилась девушка.
— Не рассказал о чем? — не унимался Малеммил, переводя взгляд с друга на полукровку и обратно.
Никаниэль закатил глаза и глубоко вздохнул. Эти двое определенно были в чем-то схожи. И если уж не внешностью, то хотя бы манерой поведения. Предчувствуя, что разговор имеет нешуточный шанс скатиться в уличный балаган, принц жестом попросил Малема подождать и сменил тему на более важную:
— Расскажи мне лучше поподробнее про местного некроманта. — обратился он к Тиве. — Что из себя представляет? Что умеет? И так далее. И кто такой этот ваш Симпатяга, или как его там?
— Красавчик Винцесс. — поправила его полуварварша и тут же сморщилась, словно укусила что-то неимоверно кислое. — Представь себе бородавчатую жабу, которую трахнул плешивый пудель, а плод этого союза поплавился на солнце и затем скатился вниз с высокой горы, ударившись о каждый попавшийся по дороге камень. Представил? Так вот получившийся уродец будет эталоном красоты по сравнению с кфхановым Винцессем!
Жрицу любви брезгливо передернуло, а Малеммил восторженно расхохотался. Ему ему явно пришлись по душе как грубоватая манера речи девушки, так и ее красочное сравнение. Впрочем, на подобное проявление чувств она ответила лишь ледяным взглядом прищуренных глаз.
— Хорошо. — на самом деле Ника мало волновала внешность этого человека. — А что на счет некроманта и зачем он Винцессу?
Но Тива лишь небрежно пожала плечами.
— Про некроманта знаю не больше, чем сказала госпожа. Пришел, искал, сидел, бежал… А Винцесс, скорей всего, решил продать его на одном из своих тайных аукционов. Хотя кому этот изверг сдался… Вам-то он, кстати, зачем? — как будто мимоходом поинтересовалась ночная бабочка.
— А что за тайный аукцион? — спросил Малем, проигнорировав, ее вопрос. — Что-то раньше я тут такого не припомню.
— Знаешь ли! — гневно вскинулась полукровка. — Если бы не приказ госпожи, кфхан бы я с вами тут сидела. Так что заткнись и не тявкай. Я разговариваю с Никанором.
— Я тоже тебя люблю, родная. — Малеммил беспечно послал девушке воздушный поцелуй.
Тива озлобленно сжала кулаки. Ее глаза метали молнии. Но, в то же время, затаилась в них и спрятанная будто под толстой коркой льда печать, которой накануне там еще не было. Никаниэль, конечно, мало знал девушку, но, даже так, ему показалось, что ее что-то гложет и как минимум часть этой грубости напускная и призвана скрыть ноющую душевную боль.
— Тива, — спокойно обратился к жрице любви принц, — что-то случилось?
