в штанах явно увеличило.
— Как скажешь. — Пожала плечами рыжуля, от которой больше не исходили волны вспыхнувшего на мгновение жара.
Она была вновь собрана и даже слегка бесстрастна.
На секунду прикрыл глаза.
Относительный плюс быть бронебойщиком — нас всего двое на весь бепо. Специалист даже моего уровня воспитывается из определенной "заготовки", которая готовится в Семье (ни разу не слышал, чтобы вне дворянских Родов удавалось найти силы, средства, материально-техническую базу и, естественно, деньги на подготовку бронебойщика-"абитуриента"). Для понимания, на всю Академию ныне обучается всего шесть бронебойщиков. Всего двое могут сравниться со мной по уровню. Нет, в результате взаимодействия с группой и по другим факторам, они мне фору дадут запросто. Но в личном мастерстве… Хм. В общем, процесс воспитания подобного специалиста (мой даже к середине еще не подошел) процесс долгий и очень дорогой. Потерять довольно серьезное усиление перед возможной вылазкой из-за проблем с эмоциями не может себе позволить ни один командир. Вот и приводят меня "в норму" всеми доступными способами. Рыжуля решила, что этот- самый простой.
Бешенное желание схлынуло, стало немного легче дышать. Фууууух… Вот это… "Напор".
Поднимаю веки.
Ко мне все еще прижималось голой грудью очаровательная девушка. Но тот гормональный шторм, что бушевал в моей крови, уже сходил на нет. Во всяком случае, я больше не испытывал сложностей с тем, чтобы держать себя в руках… И, если честно, до сих пор не могу сказать, как вообще устоял… И смог бы повторить это вновь, при повторной "атаке". Это ведь не только природная сексуальность (чего у рыжули и так хоть отбавляй!), какое-то воздействие на химическом и биологическом уровне разом.
— Дай! — Потребовала красотка, демонстрируя аккуратную ладошку.
Аккуратно достаю флягу и передаю ее рыжуле. Ты привычным движением сворачивает крышечку и… Нет, даже не делает глоток, а, скорее, смачивает губы в напитке.
— Ням-ням! — Совсем по-детски причмокивает пухленькими губками она (в этот раз с жаром, охватившим тело при мысли где эти губки могли оказаться через несколько секунд, не останови я процесс, удается справиться куда легче!).
Удовлетворенно кивнув, она возвращает мне пойло.
— Пей целиком, — потребовала девушка абсолютно серьезно. — Потом сон. Не менее четырех часов. Поеду я с вами на платформе и проконтролирую. Это приказ.
Киваю, делая первый глоток. Душистая жидкость приятно обжигает язык и гортань, высокоточно взрываясь в где-то в районе желудка.
— Девушка, любовница, жена? — С интересом оглядела меня с ног до головы Лиза.
Кажется, если подобному "напору" и сопротивлялись, то не так чтобы часто. Где-то внутри даже мелькнуло чувство разочарования от собственной "стойкости". Еле заметное, на самой грани восприятия, но все же. В конце концов, дуальность человеческой природы предполагает не только социальное, но и звериное начало. И ничего с этим не поделаешь. В сухом же остатке всегда остается лишь выбор и принятие последствий за него!
— Да, нет, хотелось бы. — Коротко сообщил я.
Та кивнула, принимая объяснение. Что ж… Откровенность за откровенность. И да, Я ЗНАЮ, что такие вопросы в подобные моменты — большая глупость, но…
— Скажи, а для Юры ты сделала бы то же самое? — Поинтересовался я, припомнив имя второго бронебойщика, с которым мы так толком познакомиться и не успели.
— Конечно. — Бесстрастно повела плечиками девушка.
— Спасибо за откровенность. — Выдохнул я, делая очередной глоток.
Лиза только плечами пожала, вызвав очередное остаточное бурление гормонов в крови.
— Оденься, пожалуйста. — Попросил я.
— Как скажешь, — кивнула та, наклоняясь за одеждой столь грациозно, словно бы стремилась показать, чело я лишился.
Однако мне после честного "признания" рыжули наблюдать за этим зрелищем было куда легче.
И уже застегивая гимнастерку, девушка бесстрастно сообщила:
— А Лешему, в свое время, помогло.
— Правда? — Как-то тупо поинтересовался я, чтобы хоть что-то сказать.
— Ага! — Согласилась та, но через секунду сообщила. — А, может, и вру. Что бы тебя позлить… Кто его знает?
Ответа она ждать не стала, понятно. Просто развернулась и зашагала обратно к поезду.
— Вот ведь, сссс… Стерва! — Едва ли не восхищенно протянул я.
Мне действительно нравилась эта девушка! В целом, я имею ввиду.
— Ага, знаю! — Согласилась та, не оборачиваясь.
Но цели свое она добилась. В голове окончательно прояснилось, а в руке оставалась еще даже не ополовиненная фляга. Сейчас допить и спать. Желательно без снов.
Глава 19
Нашего отсутствия никто не заметил. А если и нашелся какой "зоркий" товарищ, то виду не подал. Оно и правильно. Мне бы, например, и в голову не пришло отслеживать передвижения рыжеволосой красавицы, чтобы потом не нарваться на простой и ясный вопрос: "А зачем ты это делал?". При всей его банальности, дать на него такой ответ, чтобы он удовлетворил вопрошающих господ, будет очень и очень не просто. Просто у них очень все плохо с доверчивостью, а вот скептицизм и подозрительность буквально въелись в кровь. Профессиональная деформация как она есть.
На обратном пути поискал глазами Агапова. Прапорщик нашелся в окружении нескольких офицеров. Старших. Решив, что в такой компании фраза "Спасибо, дядь Кость! Отменное пойло оказалось!" будет несколько неуместной, от идеи вернуть фляжку прямо сейчас отказался. Тем более, уже почти родная десантная платформа оказалась гораздо ближе. А глаза начали наливаться свинцом, все норовя закрыться. И отчего-то я был уверен, что дело тут вовсе даже в особом составе травок, а вовсе не в сорокоградусной основе, на которой они настаивались.
— Ладно, — буркнул сам себе под нос. — Пока не грохнулся, нужно вернуться на базу.
"Грохаться" правильно, с моей точки зрения, вообще процесс ответственный. И краеугольный его камень — выбор места, где это можно сделать. Чтобы потом не было мучительно больно, когда с него придется-таки подниматься. А с учетом как начинают слипаться глаза…
Все наши были уже там. За пару дней уже образовался определенный порядок, и всяк сверчок свой шесток запомнил. Порадовавшись, что все при деле (кто оружие полирует, кто книжку читает), я протопал в другой конец платформы на свое место. Кстати, есть чем гордиться. Даже в таком состоянии я умудрился никому ноги не оттоптать. Мо-ло-дец!
— Заканчивают! — Сообщила Терская, едва я плюхнулся на ставший уже почти родным мешок. — Десанту уже приказали занять штатные места.
Окинув взглядом платформу, еще раз убедился, что все мои на месте… И над всеми
