– Я… хотела бы развеяться, – сказала она, протягивая ему стакан с недопитой водой, и утомленно улыбнулась.
– Каким именно способом? – спросил он с готовностью.
– Я прокатилась бы на большую ярмарку, – сказала Лидия.
– С радостью составил бы тебе компанию. Туда, я знаю, приезжают купцы с Востока и из Европы. Но сейчас у моих фиалок особое время. Не могу их покинуть. Правда, поезжай в Нижний. Я дам тебе названия сортов, ты поищешь…
– И деньги… – Пришлось кстати, даже не надо придумывать, как попросить, обрадовалась Лидия.
– Разумеется. Я дам тебе деньги.
– Я верну тебе с процентами, – пообещала Лидия смеясь.
Николай наклонился, потом сел рядом, обнял ее за плечи.
– С большими процентами. – Его рука легла ей на грудь и легонько сдавила.
– Деньги вперед, – потребовала Лидия полушутя-полусерьезно.
– Согласен. Обещаю немедленно отправиться в банк, – говорил он, а сам лихорадочно соображал – как ему снять деньги со счета? Счет его, но он закрыт для пользования. Нужна подпись сестры.
Он набрал воздуха.
– Я должен тебя кое о чем попросить, Лидия.
Лидия с интересом поглядела на Николая. Она догадывалась, что с его деньгами что-то не так. И вот теперь она узнает – что именно.
– Я готова, – кивнула она. – Но моя помощь тебе будет кое-чего стоить.
– Ты не поцелуешь меня лишний раз? – спросил он.
Она засмеялась.
– Поцелую. Но тогда тебе не будет процентов.
– Лидия, я знаю, у тебя дар копировать…
Она взглянула на него. Что ж, это похвала. Она копировала, причем не только Шурочку. Лидия взглянула на пальцы, указательный был в чернилах.
– Хорошо. Давай.
Николай подошел к столу и принес лист, на котором была подпись сестры.
Когда подпись на нужной бумаге была готова, Николай помчался в банк.
А Лидия быстро оделась и поехала к своей Наставнице.
20
– Что, опять она? Волковысская помеха твоей удаче? – Наставница смеялась. – А я думала, ты нашла наконец мужчину, который достаточно богат и готов на тебе жениться. Мы все с тобой сделали, чтобы это случилось.
Лидия чувствовала, как кровь давит на виски. Она посмотрела на буфет, где стоял графин с хересом. Наставница обычно держала его там.
– Хочешь? – спросила хозяйка, перехватив взгляд Лидии.
Гостья кивнула.
Запахивая халат – Наставница любила свое нагое тело, – хозяйка пошла к шкафу. Слушая, как булькает вино в рюмку из тонкого прозрачного стекла, музыкальным ухом Лидия улавливала «бульки» – раз, два, три…
– Влей в себя и подумай, может, сам рок ополчился против тебя в облике Волковысской? – засмеялась Наставница.
Лидия выпила, не смакуя, как старалась при Николае. Тотчас перед глазами возникли серые, большие, широко расставленные глаза. Они смотрели на нее насмешливо, они говорили ей – я вижу, ты хочешь стать мной. Не выйдет, не тщись…
Потом услышала голос – четкий, ясный, который говорил то, что так больно, почти до крови, ударило ее тогда, еще девочку: «Наконец-то эта Жировка отстанет от нас».
Жировка, Жирня, Жирок – как только не дразнили ее в Смольном. Конечно, у всех были прозвища. Но не такие отвратительные. Она бы не отказалась, не обиделась ничуть, если бы ее звали «Волченька» или «Волчок». Как Шурочку.
Лидия расплакалась.
Наставница подошла к ней, отставив свою пустую рюмку, взяла ее голову в свои руки и положила себе на грудь.
Лидия не раз плакала на этой нагой груди, обнимая нагое тело. Эта женщина брала ее к себе в постель, тоже голенькую, и согревала своим телом почти с первого дня в Смольном. Наставница – для нее. Надзирательница – для остальных. Никогда, даже мысленно, Лидия не называла ее по имени.
– Плачь, плачь, – шептала много раз Наставница, а ее руки шарили по всему телу. Как будто она искала точки, надавив на которые, выключит поток влаги из глаз. – Злее будешь, крепче станешь. Ты не она. – Потом целовала ее так, что слезы высыхали, а Лидия губами искала ее грудь, чувствуя, что младенческие движения губами придают ей странным образом силы. Ведь пусто в больших тяжелых грудях, никогда никого не кормивших настоящим молоком. Если она и кормила Лидию, то словами.
– Ты не можешь стать ею, – говорила она маленькой Лидии. – Ты хочешь походить на нее…
– Да… да… да… – Как молоточком выстукивали ее губы деревянные короткие слова.
– А потом… Ты успокоишься, да? Потом мы выдадим тебя замуж. И ты станешь бога-атой. – Она засмеялась. – И будешь делать мне дорогие подарки.
Лидия смеялась, она верила Наставнице. А почему нет? Никто никогда не любил ее так, как она. Вообще никак.
Между прочим, довольно скоро Наставница начала получать от нее подарки.
– Лидия, – сказала однажды Наставница, позвав ее к себе. То был день ее именин, Лидия принесла ей флакончик духов. – Ты выросла, и пора позаботиться о будущем. Ты не хочешь выйти отсюда без средств? Я знаю, у тебя есть чуть-чуть. – Она свела большой и указательный пальцы, оставив между ними крошечную щелочку.
Лидия кивнула.
– Пускай лежат. Но к ним надо прибавлять. Я познакомлю тебя с одним человеком. Ему нужна такая девочка… – Она наклонила голову набок, словно бросала последний взгляд на товар перед окончательным решением – годится или нет. – Да, именно такая. Только давай-ка мы подрумяним щечки и губки сделаем покрасней.
Лидия предчувствовала всем телом, каждой клеточкой – что-то случится.
– Он приедет с минуты на минуту.
Он был первым, толстый старик с дряблыми руками и висячим животом. Ему ничего особенного не нужно было – он заставил ее показать ему себя.
Она раздевалась дрожа, но Наставница сказала, что он даст ей кое-что…
Он угостил ее лафитом, перед тем как заставить ее сделать то, что он хотел.
Лидия училась предпоследний год, в банке у нее лежали деньги, поэтому будущее не казалось ей ужасающей зияющей дырой, в которую она ухнет, едва выйдя за порог Смольного.
Наставница пригласила ее к себе и сказала:
– Пришло время позаботиться о муже, Лидия.
– О муже? Но как же? – Она не сказала, что именно смущает ее – мысль о том, какого разбора мужчина захочет взять в жены такую, как она.
– Ты думаешь о том, чего у тебя уже нет? – Наставница опустила глаза и кивнула. Лидия сомкнула колени.
– Да, – сказала она. – Мужчины хотят получить в жены невинную девушку.
– Но они получат ее.
Лидия вскинула голову.
– Как-ак? – Она засмеялась. Смех прозвучал грубо, отрывисто.
– Так нельзя смеяться, Лидия, – осадила ее Наставница. – Есть в этом мире кудесники, которые могут вернуть то, что, ты думаешь, потеряла навсегда.
– Нет. – Лидия покачала головой. – Нет. Я изучала биологию. Я знаю…
