Хог видел много городов, но Чароград поразил его, ибо ничто не могло сравниться с городом магов. Здесь не было узких улочек, с нависающими над ними балконами, не видевших никогда солнечного света, не было сточных канав и слоя мусора на мостовой… А еще здесь были сады. Сейчас деревья спали зимним сном, но северянин мог представить, как будут выглядеть весной эти старые кряжистые яблони и тонкие ветки вишен. Публика здесь тоже была совершенно особая, все-таки маги – необычный народ. Хог, идя по улице города, чувствовал себя так, будто переходил в брод бурную реку. Чужая сила бурлила вокруг, дергала его во все стороны, так что происходящее в темном переулке первым заметил его спутник. Волчонок бесшумно прыгнул вперед, как большая кошка, и приземлился на спину одного из вооруженных людей, окружавших невысокого тщедушного старичка.
Северянин выхватил меч и последовал за Лидером. К удивлению Хога, лезвие Э-Лир засияло, осветив место битвы. Клинок с хищным свистом впился в тело одного из бандитов, тут же вспыхнувшего синим пламенем и рассыпавшегося в прах. Остальных нападающих постигла судьба первого. Волчонок управился со своим сам, только его противник не сгорел, а будто разлетелся на темные полупрозрачные клочки ветоши, они медленно кружились в воздухе, опускались на мерцающий в свете дальних фонарей снег – и таяли. Хог застыл в изумлении.
– Что это?
– А ты догадайся с трех раз! – ехидно ухмыльнулся Волчонок, но тут же посерьезнел: – Дорого бы я дал, чтобы Дорн сейчас был здесь!
Северянин хотел было спросить, что тот имеет в виду, но тут о себе напомнил спасенный.
– Спасибо, молодые люди!
Взгляды друзей обратились к старичку, который, притулившись к стене, прижимал к себе дрожащими руками какой-то сверток.
– Что же ты, почтенный, стражу-то не позвал? – спросил северянин, убирая сопротивляющийся меч в ножны.
Старичок поежился, и тут Хогу бросилось в глаза то, что он не заметил с первого взгляда, – глаза спасенного в темноте отчетливо поблескивали янтарем, но не так, как у Волчонка или его лесных тезок. Так светились в темноте зеленые глаза Котика.
Хог мгновенно осознал, что значили те клочки невесть чего – это были тени. А стоящий перед ним дед – алди. Да и ощущения от него исходили почти такие, как от Дорна. А что там рыжий алди говорил о Мастере теней?
Э-Лир стремительным движением выпрыгнула из ножен, длинное лезвие жадно потянулось к тонкой шее дрожащего старика, по клинку из Темного серебра бегали синие переливы.
– Ты что! – Волчонок всем телом повис на руках северянина, с трудом отводя меч в сторону.
– Это же он! Мастер теней! Мы нашли его!
– Не смеши меня, – сейчас Волчонок был до ужаса похож на своего старшего брата.
Между тем старик, услышав слова «Мастер теней», ожил и приободрился.
– Послушайте, молодые люди! Я и в самом деле никакой не Мастер теней, иначе зачем бы собственные порождения напали бы на меня. Но я и в самом деле алди, как ты правильно догадался! – старик посмотрел на Хога. Янтарные глаза алди и серые глаза северянина встретились. Первым не выдержал и отвел взгляд Хог.
– Прости.
Алди словно бы все безмолвно рассказал о себе. Впрочем, алди он был только на четверть, и способностей этого народа у него почти вовсе не было. Правда, не только рассказал, о Хоге он тоже многое узнал. Северянина, однако, это больше не тревожило, он знал, что перед ним надежный союзник.
– Мое имя Вельран, – представился старик. Друзья сразу почувствовали, что это настоящее имя, без прозвищ и недомолвок.
– Я Хог Хогарсон, и меня иногда называют Охотником, – осознав, что он сказал, Хог поперхнулся, издав что-то похожее на всхлип. Он ведь совсем не это хотел сказать! Но слово не воробей…
Вельран уважительно кивнул и обернулся к альву.
– А я – Андер Черный, друзья зовут меня Волчонком.
– Тебе подходит это прозвище, Андер, – старик улыбнулся, и Волчонок расплылся в ответной улыбке.
Между тем Хог заметил, что их собеседник дрожит уже не от страха, а от холода. Хотя ночь была всего лишь прохладной и одет Вельран был добротно, куда ему равняться на двух дюжих молодцов, еще простудится ненароком, и так за сегодняшнюю ночь столько пережить пришлось.
– Поздно уже, – сказал северянин, поглядывая на небо. – Давай мы проводим тебя, Вельран, чтобы еще чего не случилось.
Они несколько раз бывали в гостях у Вельрана после этого случая. Кого-то могло заинтересовать, что же понадобилось заезжим молодцам явно не книжного вида в библиотеке, но Волчонок придумал хорошую маскировку: они потихоньку перетаскивали хранителю магические книги. Мол, решили заработать ребята, с кем не бывает. Дорн их действия одобрил и сказал, что лучшего места для хранения этих книг, чем Сельгенская королевская библиотека, и придумать нельзя. К тому же, Вельран много чего мог порассказать о предмете их поисков. Оказывается, Мастер теней уже давно тревожил покой жителей Сельгена, против него оказались бессильны и сильномогучие стражи, и маги. С ним мог бы справиться другой Мастер теней, но в Сельгене не было алди, об этом позаботились драконолюды, не терпевшие присутствия кого-то из этого народа, остались только беспомощные полукровки вроде Вельрана, которых они не могли учуять. Зато их учуял Мастер теней и принялся уничтожать.
И вот они решили, что настала пора Вельрану и Дорну встретиться. Местом встречи была выбрана библиотека. Хог не хотел подвергать Вельрана опасности, достаточно и того, что старик один раз едва не погиб. А стены библиотеки были надежнейшим образом защищены от любых видов магии.
Северянин легонько постучал в дверь, этого было достаточно. Лев, вырезанный на створке двери, зашевелился, его деревянные глаза вспыхнули алым огнем.
– Кто пришел? – грозно спросил деревянный страж.
– Хог Хогарсон к хранителю Вельрану.
Глаза льва потускнели, словно он о чем-то призадумался, потом деревянный зверь гаркнул:
– Проходи! – и дверь медленно отворилась.
Котику было неуютно, он чувствовал, что магия Мастера теней опутывает город, как огромная паутина. Чистым было только то здание, на шпиле которого он сидел.
Хог держал в руках маленькую чашечку, которой боялся больше, чем разъяренного медведя. С тем хотя бы понятно, что делать. Волчонок, хитрец, заявился в гости в волчьем обличье, ему проще, вылакал предложенное молоко из миски и довольно растянулся у огня, а северянину приходится отдуваться. Хог почувствовал, что еще немного – и он уронит проклятую чашку, которая невесть почему еще не откололась от ручки под весом налитого в нее чая. Он поставил чашку на стол и вдруг понял, что его палец застрял в ручке. Гостеприимный хозяин болтал что-то, хрустел печеньем, прихлебывая из своей чашки, сестры-близняшки той, что поставила Хога в столь неловкое положение.
Внезапно наверху послышался дикий грохот. Хог вскочил, кипяток из чашки пролился ему на ноги. Северянин зашипел и выхватил меч. Так, с мечом в руках, чашкой на пальце и мокрых штанах, он и помчался по винтовой лестнице на чердак. Волчонок летел за ним след в след. Где-то внизу причитал библиотекарь.
На чердаке было темно, но меч Хога услужливо засиял неровным синеватым светом, осветив двух готовых вцепиться друг в друга алди.
Одним алди был Дорн. Второй был маленьким, серым и больше походил на мираж, чем на живое существо. Противники замерли, ослепленные и обескураженные внезапным появлением третьей силы.
– Стойте! Стойте! – на лестнице послышалось кряхтенье, и на чердак ввалился задыхающийся Вельран. – Не троньте ее!
Только тут Хог заметил, что второй алди и вправду был женского рода. Он не успел разглядеть ее толком. Серая алди вспорхнула и, бесшумно крутнувшись в воздухе, влетела в большое старое зеркало, висевшее на стене.
– Кто это был? – спросил Хог у Вельрана.
Но ответил Дорн:
– Фэйтхэ[16] – серый алди, – алди медленно расслабился и спорхнул со стены, за которую цеплялся, на пол. – Теперь я понимаю, почему из всех домов в Сельгене властью мастера теней не затронут только этот.
