— Послушай, дружище, мы вообще-то к тебе по делу зашли… — прервал я их.
— Ну наконец-то! Истоплю тебе самую лучшую баню, с молочной ванной и щелоковым мочалом!
— Нет-нет, ты меня не так понял. Мне нужна информация.
Банник умолк и обижено надулся.
— Не грусти, вот разберемся с делом, и непременно к тебе нагрянем, еще и сам в шею выталкивать будешь. Верно, Руди?
— Если у него найдется вода из Проклятых Болот, то я здесь жить останусь, — поддержал меня тот.
— Ладно, выкладывай, чего у вас там.
— Слыхал что-нибудь про вампирский бал-маскарад?
— Это тот, где ряженые кровососы на десерт грызут за шеи ряженых красоток и дворянчиков?
Я аж поперхнулся прохладным квасом, которым меня потчевал щедрый банник.
— Это как?
— Ну… Это всего лишь слухи, конечно. У меня пару дней назад были два некроманта, так они обсуждали, не будет ли оскорблением хозяев, надеть стальные ошейники в дополнение к костюму проклятой души.
— Стоп! Значит, у тебя мылись два некроманта, которые собирались на этот бал?
— Моются крестьяне в речке, а у меня парятся, — пробурчал недовольно перебитый мною Йорхш, — Один из них, кажется, занимает важный пост в Некроситете и лично знаком с главой рода Мрегейл.
— Любишь подслушивать? — усмехнулся я.
— Нет-нет, — зачастил банник, оглядываясь, — я просто как раз приносил им новую смену полотенец, вот и услышал краем глаза…
— И увидел краем уха. Понятно. А расскажи-ка, друг мой банный, мне о некромантах подробнее.
— Я не только рассказать, я и показать могу. Завтра на рассвете они снова сюда заглянут, смыть остаточные некро-эманции после практических занятий на кладбище.
Мы с Руди переглянулись: похоже, богини Судьбы ненадолго отвернулись, и нам наконец-то улыбнулась удача…
Глава 18. Слуга некроманта
Смотреть на престарелого некроманта, который моется проточной водой в лучах искусственного солнечного света, мне не особо хотелось, а потому сперва мы решили устроить смотрины… слугам, которых каждый из двух колдунов привел не меньше десятка, оставив в комнате, специально отведенной для прислуги. Репутация бани была столь безупречна, что вместе со слугами остались и телохранители. Впрочем, два сильнейших некроманта вряд ли могли опасаться нападения, да и, в случае чего, наверняка могли за себя постоять.
Удивительно, но наш «клиент» относился к нежити исключительно презрительно, как объяснил Йорхш, а потому среди его слуг были только живые люди и один настоящий лепрекон. Скорее всего он выступал за кого-то вроде казначея. Впрочем, оно и понятно: мертвые слуги, как правило, неуклюжи, медлительны и совершенно лишены воображения и инициативы. Послушные исполнительные куклы, но не более того. Хотя, именно за эти качества многие их и ценили, но только не мессир Карах.
А вот при подборе телохранителей он больше ценил их… живучесть. Роль его «мертвого щита» выполняли два высших скелета, два выращенных специально для этой работы вурдалака и громадный, просто невероятных размеров голем плоти, из тела которого в самых неожиданных местах торчали глаза, рты и руки, сжимавшие разнообразное оружие.
— Эй, смотри, кажется, твои братья, — усмехнулся я, указывая Руди на вурдалаков.
— Мясо, — презрительно скривился тот, — Тупое мясо, выращенное на убой.
— Но выглядят все равно грозно.
Я знал, что некоторые некроманты специализируются на трансформации мертвой плоти, и, например, при вызревании вурдалаков способны изменить тело будущего живого мертвеца так, как им угодно. Собственно, Руди был ярким примером их мастерства. Эти же двое были похожи на статуи: высокие, широкоплечие и с рельефной мускулатурой. Впечатление портили только жуткие сморщенные морды с громадными клыками, да густо покрывавшие все тело костяные шипы длиною в полпальца.
Да уж, такой и от стрелы прикроет, и дорогу в толпе для хозяина расчистит. Невольно я покосился на своего телохранителя, который выглядел не в пример более хлипким и неуклюжим, словно небрежно вылепленная пародия на человека. Сгорбленный, длиннорукий и с выпирающими под тонкой кожей ребрами, Руди не производил особого впечатления. Впрочем, я видел его в деле и был уверен, что в драке он ничуть не уступает этим двум «статуям».
— В общем, с тобой все понятно, займешь место кого-то из этих… А вот кого мне подменить?
— Этот сгодится? — вурдалак ткнул меня локтем в бок и указал на одного из слуг, который стоял чуть в сторонке, — И что это у него в руках?
Тот сжимал в руках что-то длинное, завернутое в черную ткань. Слуга прижимал странный сверток к груди так, словно это была ядовитая змея. Мерзкая, противная, но бесконечно дорогая ему змея. Он постоянно оглядывался по сторонам и вздрагивал от каждого громкого звука.
— Я так думаю, что это — посох некроманта.
— Ого! А разве эта штука не должна его убить?
Руди был прав. Прикосновение такого посоха может быть смертельно опасно для человека, а низшей нежити грозило развоплощением. Слишком многое значил для некроманта его рабочий инструмент, чтобы оставлять его без присмотра, не наложив защитных чар.
— Готов поклясться, что этот слуга обладает слабым магическим даром, а посох каким-то образом настроен на него, и потому не причиняет вреда. Ну или, по крайней мере, не убивает. Не будет же некромант повсюду таскать с собой эту штуку? Она тяжелая и в парилке может испортиться.
— Я слышал, что посох — почти живое существо, которое тянет силу из своего хозяина, даже просто находясь неподалеку от него. А если оборвать эту связь, то посох погибнет.
— Роль носильщика посоха-убийцы мне подходит. Осталось только ее каким-то образом заполучить, — после недолгих раздумий решил я, и мы направились в парилку, где банник был уже готов начать «допрос».
— Чего вы так долго? — зашипел на меня Йорхш.
— Присматривались. У тебя все готово?
— Нужно еще подождать, пока они совсем не разомлеют…
Какое-то время мы просто слушали, о чем беседуют колдуны. Сперва два мага Смерти обсуждали нерадивых студентов, потом — достоинства одной из молоденьких преподавательниц, начиная от профессиональных и заканчивая внешние. И лишь через час обмывания костей собственных — в прямом смысле — и своих коллег в переносном, они коснулись интересующей меня темы. Бал-маскарад. Едва они завели об этом разговор, я дал знак, и Йорхш принялся швырять на жаровню толченые листья правдолюбки. Сизый дым, смешиваясь с паром, просачивался в отверстие и одурманивал разум обоих некромантов, делая их излишне болтливыми. Банник же наслал на них сонливость: почти все духи места могли управляться с сонными чарами. Домовые и банники могли усыплять людей, конюшие — лошадей, а лесовики и луговики всякую прочую живность. Вопросы, которые он должен был задать магам, тоже были нами обговорены заранее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
