карте жизни. Да, они выбирают среди доступных им сценариев, но мы не имеем права влиять на их выбор. Каждый элемент природы событий уникален, у каждого определенная роль в истории, и если мы попытаемся что-то изменить, вычеркнуть какую-либо деталь или кого-то из общей картины, то изображение не сложится. Вселенская гармония может нарушиться, а это пострашнее любой войны…
Нарина в отчаянии спрятала лицо в ладонях. Послышался хруст костей, и она тотчас испуганно прощупала шейные позвонки. Выдержала паузу и привычным строгим тоном скомандовала:
– Аро Сиврес, мы уходим.
Феликс мигом поднялся, между делом схватил со стола красное яблоко и сунул его в карман. Что-то до этого записывавшая Ния тоже закопошилась в кресле, будто собиралась уйти вместе с ними.
– Плодородного вам Веремея, Матушка Летта, – с холодной учтивостью проговорила Нарина. – Не будем более отнимать у вас время.
Фел, прежде чем последовал за ней, успел заметить печальную улыбку хозяйки. И вдруг директриса остановилась в проходе перед болезненно худой, костлявой женщиной, чьи глаза застилала туманная пелена слепоты. Он сравнил ее со смертью из комиксов, которой для полноты образа не хватало только заточенной косы. Незнакомка схватила кривыми пальцами Нарину за предплечье и, уставившись на нее, прокряхтела:
– Черный ворон столкнется с Солнцем. Жертва Вер-Шителя падет. Пламя принесет шаману До́ру неизлечимую хворь. Проклятая кровь обагрит твои руки.
Нарина так и застыла в изумлении.
– Ния, отведи нашу гостью в почивальню, живо! – приказала Матушка Летта, а затем мягко обратилась к незнакомке: – Полно, Гвиве́тта, ступай с Нией, не пугай добрых людей.
Феликс с тревогой посмотрел на девчушку, с бесстрашной учтивостью провожающую слепую старуху в комнату, пахнущую пирогами, и обернулся к явно взволнованной Нарине.
– Не обращайте внимания. – Матушка Летта встала. – Гвиветта вчера едва не погибла на корабле, так и не добравшись до дома в Ривьере. А сейчас Веремейская ночь, сами понимаете. Она немного расстроена. Доброго вам пути, дорогие. Если желаете, Симфония проводит вас к празднующим на Поляну Диких Огней.
– Благодарю, но это лишнее. Мы отправимся сразу в Шамадор.
Нарина генеральской походкой вышла из комнаты.
– Феликс, – тихо окликнула Матушка Летта. Он резко остановился и оглянулся, опешив, ведь был уверен, что его полное имя во время разговора вслух не произносилось.
Хозяйка подошла ближе и заключила его руки в свои широкие ладони. От нее веяло выпечкой, уютным теплом и нежностью. Фел вдруг с тоской вспомнил приютившую его пожилую пару, Мэри и Дэвида, которые заботились о нем после больницы. Ему нестерпимо захотелось обнять Летту, забиться, словно цыпленок, под надежное крыло, но он сдержался.
– У тебя великая судьба, мальчик мой, – ласково прошептала она. – В нужный момент сделай правильный выбор. Ты сильнее, чем думаешь. И поймешь это, когда придет время.
Феликс хотел попросить пояснений и просто подольше побыть с этой чарующей тетушкой, но услышал требовательный голос:
– Поторопитесь, аро Сиврес!
– Простите, мне надо идти, – извинился он, погрустнев.
– Конечно, мой мальчик, – женщина разжала ладони. – Ступай с Прав-Дой.
Феликс поклонился и выбежал вслед за Нариной.
* * *
Айси шаталась по комнате как неприкаянный призрак. Она уже успела помыться, дважды расчесать мокрые волосы, переодеться, даже забралась в кровать, но сон не шел ни в какую. Ее переполняли впечатления и усталость, и какое-то время она просто лежала на спине, уставившись в потолок. Это не помогло. Тогда она сосредоточилась на мыслях о скорой встрече с отцом, ну или хотя бы об их скором общении. Сегодняшних событий с лихвой хватило бы на долгий рассказ, да и результат расследования воистину был похож на фантастику.
Айсин неуклюже повернулась на другой бок и подсунула под голову согнутую руку. Она задумалась о Нейране, пытаясь найти вразумительный ответ, зачем он воспротивился воле матери и отправился покорять Ратные Столкновения. Глупое, бессмысленное действие. И все-таки оно тревожило ее. Она поймала себя на неприятной догадке, что сама могла подтолкнуть его к этому. Нейран не был святым, но все же Айси не хотела, чтобы его поймали. Ее не покидало смутное беспокойство, связанное с черной золой. «Можешь ли ты все-таки работать на Подражателя?»
В мысли незаметно прокрался Гитер Домитор, человек, выглядевший в ее воображении, как тень, и считавшийся погибшим от проклятия Нихиля – самой страшной смерти во всех измерениях. И вот, оказывается, он живее всех живых. Айси вновь прокрутила в голове выражение лица Нарины, когда та услышала его имя. Айси терялась в предположениях, какое же страшное прошлое объединяет этих двух людей, раз упоминание одного имени вводило директрису в состояние, близкое к бешенству. Нарина наверняка была бы рада, если бы Домитор оставался среди мертвых, но в ее глазах явно зажегся какой-то огонь, когда выяснилось, кого они преследуют. Преимущество перешло на их сторону, но этот странный огонек… Айсин могла только предполагать, что он значил. Надежду на реванш? Месть? Или, может, Нарина собралась собственноручно убить Домитора, лишь бы точно знать, что он испустил последний вздох?
Айсин вертелась в постели. Ни мысли, ни тело не могли успокоиться, терзаемые сомнениями, причин которых она и сама толком не могла бы нормально объяснить.
– К черту! – воскликнула она и вскочила.
Раз ей нельзя на бал в честь окончания Ратных, – впрочем, он не сильно ее интересовал, – а Нарина велела не шляться по Шамадору, оставалось два места, в которых ей не грозило напороться на сунтлеоновских стражей: дом Семперов и арестантские. Однако Вермон и Лиар начали кропотливую работу над созданием лекарства от могильного вируса, и Айси сочла, что мешать им невежливо, поэтому отправилась туда, где находился тот, кто имел прямое отношение к похищению трупа Ярен.
Улизнув из комнаты и преодолевая путь быстрыми шагами, Айси никак не могла избавиться от мыслей о Гитере. Он скользил в них, словно подводный змий в соленых водах, и все время всплывал на поверхность. Нарина собиралась проверить слова Сирнеуса в Лесном Королевстве, а Айси надеялась получить от Таллики подтверждение, что они имеют дело именно с Гитером. Да, ее руку до сих пор уродовал футаркский обет, но… «Но ведь просто кивнуть она сможет?» Айсин задумчиво спускалась по истертым каменным ступенькам помещения, куда были вмурованы казематы. В прохладном коридоре веяло сыростью, а света от факелов едва хватало, чтобы не споткнуться. Она осторожно нащупывала место, куда поставить ногу.
– Я не…
– Заткнись, пока не создам полог тишины!
Айсин вздрогнула и остановилась. Затаив дыхание и аккуратно ведя рукой по стене, она поспешила к источнику звука, чтобы оказаться в радиусе действия полога. Под пальцами чувствовался толстый слой пыли.
– Готово. Как
