объединить усилия.
Среди этой суеты Ивор стоял, обняв за плечи Ольгу и Звездочку. Рядом радостно улыбалась Юля, с азартом наблюдая за строительством.
Наконец Ивор тяжело вздохнул и посмотрел на своих близких сложным взглядом.
— Пора поставить во всем этом точку, — решительно сказал он. — Я должен поговорить с Владыкой Парагоном. Выяснить отношения раз и навсегда.
Он нежно погладил Юлю по голове.
— А после, обещаю, больше никаких опасных вылазок. Мы будем жить здесь в мире и безопасности, наслаждаясь каждым днём.
— Будь осторожен, и прошу, без опрометчивых решений, — взволнованно попросила Ольга.
— Мы будем ждать твоего возвращения не натвори опять ничего, — добавила с усмешкой Звездочка.
Ивор улыбнулся им и ласково коснулся щеки Юли.
— Я скоро вернусь, это обещаю. А вы пока обустраивайтесь здесь поудобнее. Уверен, из этого места мы создадим отличный дом. Хотя… Вид из окон на морскую гладь был, конечно, поинтереснее.
С этими словами он сосредоточился и разверз перед собой портал в Высший Космос. Ивор бросил последний теплый взгляд на своих близких и шагнул в водоворот темной энергии.
Оказавшись по ту сторону, он огляделся. Вокруг простиралась бескрайняя темнота, лишь кое-где усеянная тусклым мерцанием далёких звёзд. Холодное дыхание пустоты коснулось его кожи.
Ивор сосредоточился, призывая внутреннюю энергию. Она тут же отозвалась, заставив по венам побежать знакомое приятное покалывание. Теперь, вдали от подавляющего влияния мира Юли, его сила вернулась в полной мере.
Юноша почувствовал далеко впереди знакомое мощное излучение чистого Света. Это был Парагон. Ивор был готов встретиться с ним в последний раз.
Он двинулся вперед сквозь темноту космоса, оставляя за собой след из теней. Вокруг Ивора клубилась аура Пустоты, искажая пространство вокруг.
Вдали замерцали очертания Небесного Града за массивными золотыми стенами. Ивор без колебаний направился прямо к ним, не сбавляя скорости.
Огромные врата были заперты. Но едва Ивор подошел, они сами отворились перед ним.
И местные на этот раз встречали его далеко не со страхом, а с неким благоговением.
Глава 281
Последний разговор
Ивор шёл по мощёным улицам Небесного Града, направляясь к центральной площади, где возвышался небесный чертог Парагона.
По мере продвижения вглубь города взгляды ангелов и младших Серафимов, что встречались Ивору по пути, наполнялись благоговейным трепетом и уважением. Они без страха смотрели ему вслед, понимая, что перед ними существо, обладающее поистине колоссальной мощью. Силой, равной Творцу Мироздания.
Ивор шёл уверенно и спокойно, не обращая внимания на взгляды. Его плащ развевался за спиной, при каждом шаге волнами расходясь тёмная аура Пустоты. Лицо юноши было сосредоточенным и серьёзным.
Наконец он достиг славного Небесного чертога. Стража впустила его без лишних вопросов, лишь провожая взглядом. Ивор проходил через прекрасные мраморные коридоры, усеянные золотым орнаментом, картинами и иконами. И каждый, кто встречался ему на пути, будь то Херувим, престол, или же низший ангел, все лишь склоняли головы, опуская свой взгляд. Наконец, Ивор достиг небесных врат, которые также открылись перед ним., а стража беспрепятственно пропустила его.
Ивор вошел в огромный круглый зал под гигантским куполом, украшенным лепниной и фресками. Посреди зала на постаменте возвышался трон из чистого света.
На нем восседал Парагон — творец всех миров. Его фигура излучала величие и спокойствие. Длинные золотые локоны ниспадали на плечи. Глаза светились мудростью тысячелетий. За спиной возвышались огромные белоснежные крылья, каждое перо которых переливалось всеми цветами радуги.
Вокруг трона парили херувимы, тихо переговариваясь друг с другом. По периметру зала стояли в почетном карауле высшие ангелы с золотыми копьями наперевес.
Свет проникал в зал сквозь витражи окон, заливая всё волнами разноцветья. Царила атмосфера покоя и гармонии. Казалось, само время остановилось в этих священных чертогах.
Когда Ивор вошел, Парагон мягко улыбнулся ему и встал, чтобы уважительно приветствовать достойного гостя. Его движения были полны величавого достоинства, а во взгляде читались не только доброта и понимание, но и признание.
Это место дышало спокойствием и умиротворением. Здесь царил дух гармонии и созидания, которым проникнута вся Вселенная Парагона. Ивор почувствовал это, едва ступив в эти священные чертоги.
— Рад видеть тебя в добром здравии, Ивор, — мягко поприветствовал Парагон, сходя со своего возвышения. — Я узнал, что ты сумел спасти свой народ из недр Пустоты, сотворив для них новый мир. Это поистине достойный подвиг.
— Я сделал то, что должен был, чтобы защитить тех, кто мне дорог, — сдержанно ответил Ивор. — Хоть это и далось непросто, благодаря твоим детям.
— Понимаю. И я искренне сожалею, что один из моих сыновей был причастен к гибели твоего родного мира, — вздохнул Парагон. — Я не буду оправдывать Метатрона. Его поступок недопустим для Серафима, и он понесёт заслуженное наказание вместе с другими причастными.
Лик Владыки выражал искреннее сожаление и печаль.
— Что ж, я рад это слышать, — кивнул Ивор. — И что же будет с Метатроном?
— Я лишил его и других высших Серафимов их божественной силы и сослал в один из миров, созданных мною, — пояснил Парагон. — Теперь они будут жить там простыми смертными, познавая тяготы жизни тех, кого так легкомысленно губили. Это справедливое наказание за преступление, совершённое ими.
Ивор задумчиво кивнул. Он ожидал куда более суровой кары для Метатрона и его приспешников. Но, похоже, Парагон решил действовать иным путём. Возможно, смерть была бы слишком простым наказанием за то, что он совершил.
Сам Ивор уже не чувствовал прежней ярости или желания отомстить. Главное, его близкие были в безопасности. А новый мир, созданный им, не уступал прежнему практически ни в чём. А в некоторых аспектах был даже лучше.
— Что ж, возможно ты прав, но все же после случившегося я малость сомневаюсь в тебе, как в творце, — заметил Ивор. — Все же ты дважды упустил ужасные вещи, что творились под носом. А милосердие порой сказывается наихудшим образом, как в случае с Немезидой.
— Я стараюсь учиться на собственных ошибках, — улыбнулся в ответ Парагон. — Как видишь, даже я не лишён слабостей, несмотря на все мои божественные силы. Но в этот раз Я забрал все, затронул и жизненную силу, так что они не только лишены той самой энергии, но и ослаблены.
Он тяжело вздохнул и продолжил:
— Я слишком полагался на своих сыновей в управлении мирами. А сам ушёл в изучение тонких материй творения, думая, что всё идёт как надо. Но
