кто в ней был.
– Значит, в числе гостей может быть управляющий его банком? – засмеялась Джилли, не в силах сдержаться.
– Если управляющий банком настолько расположен к Уильяму, чтобы прийти на вечеринку, то милости просим. Вот мы и на месте!
Под натиском толпы, которая теперь окружала торт, Джилли отступила назад. Дафна нашла Уильяма, взяла его за запястье и вывела вперед. Джилли искала в его лице признаки напряжения, крайнего расстройства, но он, похоже, держался молодцом. Он всегда одевался довольно строго, так что, вероятно, всего лишь снял галстук и уже был готов для вечеринки, но выглядел очень мило. Действительно, очень мило, подумала Джилли и поняла, что, вероятно, пристрастна. Она спрашивала себя, на какие ухищрения пошла Дафна, чтобы заманить его в отель.
– Леди и джентльмены, – сказала Дафна, – мы собрались здесь, чтобы поздравить этого молодого человека с днем рождения. Но прежде чем мы запоем нестройным хором одну из самых избитых мелодий, я думаю, Уильям хотел бы произнести краткую речь.
Уильям непринужденно огляделся, не торопясь говорить, но приветствуя гостей улыбкой.
– Когда моя тетушка сказала, что я хотел бы произнести речь, думаю, она на самом деле имела в виду, что это следует сделать. Хотя в речах я не силен, но очень рад возможности поблагодарить вас всех за то, что пришли. Действительно, здорово встретиться со старыми друзьями – теми, кого я не видел очень давно.
Раздались аплодисменты и выкрики, свидетельствующие о том, с какой теплотой относились гости к Уильяму, после чего прозвучала неизменная песня.
Затем Дафна снова выскочила вперед. Она явно обожала Уильяма, но не любила оставаться в тени.
– Теперь, когда мы разобрались с официальной частью, я хотела бы обратить ваше внимание на этот замечательный торт! Я думаю, вы все должны хорошенько его рассмотреть, пока его не разрезали.
У Джилли вдруг сдали нервы, ей показалось, что все, у кого в руках был телефон, принялись фотографировать ее торт. А ей хотелось только одного: чтобы Уильям оценил его и, может быть, сказал ей пару добрых слов. Тогда она могла бы быстро выпить бокал и ускользнуть.
Только она не взяла в расчет Дафну.
– А теперь, – возвестила Дафна, размахивая большим, невесть откуда взявшимся ножом, – пусть пока это не свадьба – пауза для смеха, – но знаменательный повод, и великолепный торт, который я считаю произведением искусства, подтверждает это. И я хотела бы познакомить вас с замечательной женщиной, которая его изготовила. Джилли!
Джилли ухватили за руку и потащили, так что она оказалась перед тортом рядом с Уильямом. Она бросила на него извиняющийся взгляд и получила насмешливый взгляд взамен.
– А теперь, – сказала Дафна, – разрежьте торт!
– Разрежьте торт, разрежьте торт! – подхватили со всех сторон.
Тут из толпы гостей выскочил деловитый субъект с дорогой камерой и потребовал, чтобы, прежде чем будет отрезан первый кусок, Джилли и Уильям позировали, взявшись руками за нож и глядя в объектив.
– Мне очень жаль, – почти не разжимая губ, сказал Уильям. – Понимаю, как вам неловко.
– Я не знала, что Дафна организовала фотографа.
Джилли тоже говорила, почти не разжимая губ.
– Обними ее, Уильям! – приказал фотограф.
– Это не официальный фотограф, – пробормотал он. – Кажется, он из университетского клуба планеристов. Я его лет двадцать не видел.
– Но он пришел, – сказала Джилли, вспомнив слова Дафны.
– А теперь поцелуйтесь, – скомандовал приятель из университетского планерного клуба.
Джилли ожидала, что Уильям пойдет на попятный, но, когда толпа поддержала фотографа криками «Поцелуйтесь, поцелуйтесь», он отложил нож, взял ее за подбородок и поцеловал.
Отвечая на поцелуй, который был коротким, но настойчивым, Джилли почти не слышала приветственных аплодисментов.
– Надеюсь, вы не в претензии, – после сказал Уильям. – Публика требовала.
– Ничуть. Нельзя разочаровать публику.
Дафна была вне себя от счастья.
– Я так рада видеть вас вдвоем! Кто-нибудь скажет, что я лезу не в свое дело, а, по-моему, я помогаю Купидону!
Она быстро удалилась, возможно, почувствовав, что зашла слишком далеко.
– Мне очень жаль, – снова сказал Уильям. – Сейчас найду ее и все объясню. Вмешиваться в мою жизнь – это одно, а вы – совсем другое дело. Я скажу ей, что у вас есть друг.
И он устремился за Дафной.
Сейчас или никогда, подумала Джилли и схватила его за пиджак.
– Нет! Нет! У меня никого нет.
Уильям остановился, а затем медленно обернулся. Джилли была готова провалиться сквозь землю, боясь увидеть на его лице смущение или растерянность, потому что ему хотелось, чтобы у нее кто-то был. Но когда она увидела, что он улыбается, ее паника утихла. Лицо у него было веселое, ласковое, и, как она поняла, очень довольное.
– Я так рад. Давайте выпьем. Не знаю, как вам, а мне кажется, пора!
– Отличный план! – ответила Джилли.
Машину она заберет завтра, а сегодня вечером вернется на микроавтобусе.
Пропустив по бокалу, Уильям вместе с Джилли отправились обходить гостей. Все они были его давними друзьями и знакомы с флотилией его тетушек, а потому присутствие Джилли никого не удивило. Очевидно, считалось нормальным, что Уильям появлялся под руку с дамой. Некоторые задавали вопрос о свадьбе, спрашивая, почему их не пригласили, но Уильям объяснял, что они с Джилли вместе недавно. Он нежно и чуть собственнически похлопывал ее по руке, тем самым давая понять, что она важна для него. Джилли было невыразимо приятно ощущать себя в паре, после того как она столько лет была одна. Однако в присутствии Лео этого теплого чувства принадлежности у нее не возникало.
– Ну, я думаю, мы со всеми поговорили, – сказал Уильям через некоторое время. – Пора есть торт!
Тут же к ним подошел официант, ожидавший сигнала, и они с двумя тарелками сели на диван и принялись за торт.
– Это действительно самый чудесный торт на свете, – сказал он. – Не могу поверить, что можно сделать нечто столь красивое и вкусное и что эту кудесницу я знаю.
– Спасибо. Я всегда считала, что не должно быть компромисса между красотой – ну, не совсем красотой, это так, детали, – и вкусом.
– Не могу поверить, что ради меня можно потратить уйму времени и сил, – продолжал Уильям. – Дафна сказала, что хотела обратиться к профессиональным кондитерам, но вы настояли на том, чтобы сделать торт самой.
Насколько помнилось Джилли, дело обстояло не совсем так. Дафна определенно просила ее приготовить торт, но, как теперь выяснилось, это было частью ее хитроумного плана по сводничеству.
– Мне нравится готовить торты. Правда, такого я не делала с тех пор, как дети выросли. Теперь я пеку торты для постояльцев или для благотворительных
