было в первый раз. Плохая игра, промах, жесткое столкновение… для меня это никогда не было приемлемо. Теперь я полагаюсь на этих ребят, а мне остается только стоять в стороне и смотреть.
— Но на этот раз, когда всё пойдет наперекосяк, ты поделишься тем, чему научился, и вернешь их в нужное русло. Ты научишь их, чтобы они не повторяли одну и ту же ошибку дважды. Никто, даже ты, Гризли, не идеален. Всё, что ты можешь сделать, это показать им, как восстановиться и в следующий раз добиться большего успеха.
Когда Шейн ничего не говорит, я надеюсь, что он размышляет над моими словами, но потом во мне просыпается неуверенность, и моя дерзость берет верх.
— Я могу сделать то, что делаю с детьми, когда они нервничают.
Он бросает на меня ещё один невеселый косой взгляд.
— Ты готов к этому, здоровяк? — я приподнимаю брови. "Lose Yoursels" Эминема начинает заполнять комнату, и я начинаю танцевать.
Через несколько секунд входят Тедди и Гаррет.
— Что происходит? Кто нервничает? — спрашивает Тедди.
Я улыбаюсь Шейну, когда он встает в полный рост. Я подпеваю, и Тедди с Гарреттом присоединяются ко мне, собирая свой завтрак. Шейн изо всех сил старается держать лицо, но я вижу, что это помогает.
Входит Хэнк в шортах и с выражением крайнего раздражения на лице.
— Серьезно, у кого проблемы в такую рань?
Это заставляет Шейна рассмеяться, и, люди, я сделала это. Этот здоровяк вылез из своей ямы и стоит здесь, на кухне, с нами.
∞∞∞
Мы с детьми приезжаем на стадион на час раньше, чтобы быть уверенными, что не пропустим, как Шейн и Коул выбегут на поле. Шейн ушел этим утром так же тихо, как и всегда, только на этот раз он выглядел немного растерянным.
Я предположила, что это из — за того, что он рос, переезжая из приемной семьи в другую, он не умеет ничего, кроме как справляться со всем самостоятельно. Я хочу показать ему, что он больше не одинок. Я хотела, чтобы кольцо доказало это, но я также знаю, что для этого нужно нечто большее, чем просто сказать об этом. Это требует повторения и ломки старых привычек и ожиданий.
Моё тихое утро превратилось в полный хаос, когда я пыталась выбраться за дверь, чтобы отвезти Хэнка на выездную игру. Затем в моём заказе на доставку из Интернета были ошибки, и я ужасно расстроилась из — за того, что не смогла прийти на игру в платье принцессы.
Каким — то образом мы добрались до наших мест в первом ряду, прямо на пятидесятиярдовой дистанции, с закусками и ничего не пролив. Гаррет, Тедди и Лив устраиваются поудобнее, пока я осматриваю поле. Солнце стоит высоко, небо голубое, и осенний воздух только начинает проникать внутрь. Сегодня идеальный день для футбола.
Когда голоса дикторов наполняют стадион, меня охватывает волнение в предвкушении того, как Шейн и Коул пройдут по туннелю. Я готова к хорошей игре, но не совсем готова к встрече с журналистами после неё.
Последнее сообщение от Эда, агента моего отца, было о том, что они с Робом слили информацию, и репортеры будут расспрашивать Шейна о растущем слухе о том, что он женат. Он сказал, что Шейну также следует быть готовым к вопросам об отце, учитывая слухи, и отказаться от комментариев, поскольку официальное заявление будет опубликовано на этой неделе.
Я отбрасываю все эти мысли в сторону, когда представляют команды. Сегодня я собираюсь насладиться игрой. Я замечаю Коула и подталкиваю ребят локтем. Мы встаем и отдаем ему официальное приветствие, трижды вскидывая кулаки в воздух, точно так же, как мы привыкли сидеть на трибунах и смотреть, как это делает наш отец. Дети улыбаются и хихикают, когда Коул в ответ строит нам глупые рожи, прежде чем вернуться к делу.
Я жду, всё ещё пытаясь увидеть Шейна. Сегодняшний выход будет для него совсем другим, и после того, чем он поделился этим утром, это будет сложно. Я знаю, что он не был готов к тому, что его игровые дни закончатся, и очень многое в нем всё ещё жаждет быть тем, кто наденет форму и выбежит на поле.
Затем я вижу, как он направляется к нам от боковой линии, не сводя с нас глаз. Его широкие плечи напряжены под облегающим пуловером команды. Мужчина был эффектен в защитных колодках и шлеме, но, возможно, он выглядит ещё более привлекательно в шортах с логотипом Moose и наушниками на шее.
Когда он приближается, я встаю, поднося руки ко рту.
— Картер, — когда мой голос доносится до него, его глаза встречаются с моими.
Лив видит его и машет рукой.
— Шейни.
На его лице появляется едва заметная улыбка, прежде чем он снова смотрит мне в глаза. Я поворачиваюсь, показывая его имя и номер на его старой майке на спине. Он не отрывает от меня взгляда, и я не могу его прочесть. Он просто смотрит на меня, застыв на месте. Это долгий, пристальный взгляд, и мир вокруг нас расплывается всего на несколько секунд. Затем, прежде чем я успеваю подготовиться, слегка потирает её и едва заметно кивает.
Я понятия не имею, что только что произошло. Мне нужен повтор. Кто — нибудь, позовите рефери, чтобы он объяснил, что, чёрт возьми, только что произошло. Это было напряженно, как затишье перед бурей. Пугающе тихо, но экстремально.
Я выхожу из своих мыслей, решая вернуться к этому позже.
— Кто готов поиграть в футбол? — спрашивает ведущий, когда игроки выходят в центр поля для жребия. Мяч отбит, и Коул выбегает на позицию. Мы все сходим с ума, готовые к каким — то действиям.
Мой взгляд снова останавливается на Шейне. Он стоит ко мне спиной, разговаривает и подбадривает своих игроков. Моё сердце не может не наполниться гордостью. Он сильный и добрый, он принимает удар, положивший конец карьере, и превращает его в нечто потрясающее не только для себя, но и для каждого из парней, ловящих каждое его слово.
Глава 18
ШЕЙН
— Защита сегодня выглядела хорошо. Команда правильно начинает сезон. Каково это — быть в стороне, а не забивать голы?
Я ненавижу эту часть. Я терпеть это не мог, когда был игроком, необходимость собираться с мыслями и выступать перед людьми, когда всё, чего я хотел, — это побыть в тишине и поразмыслить.
Игра сегодня прошла очень хорошо. Мои ребята играли так, словно были настроены
